История изучения этноконфессиональных отношений в Хазарии Михаил Талашов

Курсовая работа 46 стр. Французко-российские отношения в веках История Отечества. Курсовая работа 37 стр. Расходы Федерального бюджета Государственное и муниципальное управление. Развитие межбюджетных отношений в России Бюджетное право.

Гладышева Марина Михайловна marina studentochka. Цены, скидки и акции. Реферат , доклад , эссе , контрольная. Мы в социальных сетях. Вы делали мне летом "Банкротство кредитных организаций".

Только что забрал свою работу у научного руководителя. Есть совсем небольшие исправления, которые я и сам могу сделать. В целом работа одобрена и утверждена на защиту. Я обязательно напишу Вам о том, как пройдет моя сдача она у меня го. В соответствии с поставленной целью выделяются следующие задачи исследования: Выявление общих закономерностей развития отечественного хазароведения в указанный период.

Рассмотрение социально-политических факторов и научнотеоретических предпосылок изучения проблемы этноконфессиональных отношений в Хазарии. Определение специфики источниковой базы исследований по проблеме этноконфессиональных отношений. Анализ основных концепций этноконфессиональных отношений на территории Хазарского государства в отечественной историографии.

Объектом исследования является отечественная историография истории Хазарского каганата в период со 2-ой половины XVIII в. Предмет исследования - отечественная историография проблемы этноконфессиональных отношений на территории Хазарии. Во 2-ой половине XVIII столетия российские ученые впервые обратились к изучению исторического прошлого Хазарского каганата.

Предпринятые ими изыскания не являлись самостоятельными и не выходили за рамки предмета Отечественной истории, однако именно в это время были заложены основы отечественного хазароведения, что предопределило его эволюцию на несколько десятилетий вперед г.

Коллоквиум подвел итоги изучения истории Хазарии, наметил перспективы и направления дальнейшей исследовательской работы для отечественных и зарубежных специалистов.

Изучение отечественной историографии проблемы этноконфессиональных отношений на территории Хазарии предполагает не только анализ конкретных концепций, выдвинутых. По этой причине в основу работы были положены выводы В. Вернадского, обозначившего два подхода к исследованиям в сфере истории науки: Диссертация построена на принципах объективности и историзма при комплексном использовании историко-типологического, синхронистического, сравнительно-исторического, ретроспективного методов и метода исторической периодизации.

Методологическую базу работы составили труды отечественных и зарубежных историков. При анализе концепций славяно-хазарских отношений автор руководствовался идеями А. Петрухина и И О. В процессе верификации моделей межконфессиональных отношений предпочтение отдавалось подходам, изложенным в исторических монографиях М. При изучении отечественной историографии проблемы дуализма верховной власти у хазар основополагающими явились теоретические построения П. Материалы исследования построены по проблемнохронологическому принципу.

Историографические источники по проблеме этноконфессиональных отношений на территории Хазарского каганата можно разделить на две большие группы: В этот период отдельные вопросы хазарской истории рассматриваются через призму проблем Отечественной истории В. Грушевский 5, востоковедения В В. Григорьев и истории еврейского народа СМ.

Важным ограничивающим фактором исследований является узкая источниковая база российского хазароведения. Во 2-ой половине XIX в возрастает количество публикаций, посвященных конкретным проблемам исторического прошлого Хазарии, однако недостаток письменных и археологических источников обусловил поверхностный анализ изучаемых вопросов П. XX - начале XXI вв. В данный период завершается процесс становления отечественного хазароведения в качестве самостоятельной отрасли исторических знаний, что закономерно приводит к формированию богатого фонда научной литературы, посвященной исследованию истории Хазарского каганата Основной предпосылкой этого стало расширение источниковой базы, обусловленное прогрессивным развитием отечественного востоковедения, гебраистики и археологии.

По типу используемых источников научные публикации х гг. XX - начала XXI вв. Общей чертой научных исследований х - х гг. XX столетия является опора на марксистско-ленинский методологический фундамент, обусловивший повышенное внимание советских историков к уровню социально-экономического развития Хазарии и степени его влияния на сферу этноконфессиональных отношений.

Жесткое давление идеологического пресса в период сталинизма привело к чрезмерной идеологизированности и субъективизму отдельных работ по хазарской истории. Переход от формационного подхода к цивилизационному вызвал частичный откат к дореволюционным взглядам на развитие этноконфессиональных отношений в Хазарии. В то же время сохранился целый ряд положений, выдвинутых советскими специалистами, что позволяет считать исследования х гг.

Источниковую базу исследования составили арабо-персидские, еврейско-хазарские, византийские, древнерусские и армянские памятники. Основным критериями отбора источников явились полнота и информативность по рассматриваемой проблеме. В этой связи автор намеренно отказался от использования ранних армянских и византийских источников, поздних грузинских летописей, сирийских хроник и ряда еврейско-хазарских документов.

Важным признаком данной группы является акцент на истории ислама и мусульманских стран, обусловивший субъективизм и предвзятое отношение авторов к языческим этносам.

Вместе с тем, работы арабоперсидских ученых отличает высокая степень информативности и достоверности заложенных в них сведений. Особую ценность представляет материал, связанный с проблемой двоевластия и межконфессиональными отношениями на территории Хазарского государства.

Группа еврейско-хазарских источников включает в себя Еврейскохазарскую переписку X в. С ; Ибн Хордадбех. Книга путей и стран. Баку, ; Караулов H. Сведения арабских писателей о Кавказе, Армении и Адербайджане. С ; Его же. История Ширвана и Дербенда. Книга Ахмеда Ибн-Фадлана о его путешествии на Волгу в гг. Харьков, ; Путешествие Ибн-Фадлана на Волгу. Под ред академика И. Источники содержат важную информацию по вопросам этноконфессиональных отношений в Хазарии, уделяя особое внимание проблеме иудаизации каганата.

Несмотря на огромную значимость приведенных документов, следует учитывать их догматичный, субъективный характер, вызванный стремлением укрепить позиции иудаизма в борьбе с сектантством и конкурирующими монотеистическими религиями - христианством и мусульманством, повысить авторитет хазарских властей на международной арене.

Специфика произведений византийских авторов заключается в особом акценте на проблемы внешней и внутренней политики империи, в силу чего события хазарской истории получили фрагментарное освещение. При достаточной информативности и достоверности приводимых сведений, источники отличаются ограниченной полнотой и тенденциозностью в отношении варварских этносов, затрагивавших сферу политических интересов Константинополя. В работе используется византийская житийная литература, представленная житиями Стефана Сурожского, Иоанна Готского, двумя вариантами жития Кирилла Философа пространным и кратким , пространным житием Мефодия и объединяющим информацию последних трех источников житием Мефодия и Константина, составленным св.

Агиографические источники содержат ценные 9 Галеви Иехуда. Еврейско-хазарская переписка в X в. Хазарско - еврейские документы X в. М- Иерусалим, С ; Коковцов П. С ; Житие св. Димитрия Ростовского с дополнениями, объяснительными примечаниями и изображениями святых. Использование житийной литературы с целью распространения политического влияния Византии, значительная роль фантастических элементов повествования делает необходимой тщательную верификацию изложенных фактов, зачастую не являющихся достоверными, но несущих важную смысловую нагрузку.

Субъективизм, тенденциозность, искажение исторических реалий следует отнести к серьезным недостаткам данной категории исторических документов.

Однако скупая информация летописей не отличается полнотой, а отдельные факты - достоверностью, что существенно ограничивает возможности исследователей в определении характера и специфики славяно-хазарских взаимосвязей. Группа армянских источников включает в себя "Историю агван", авторство которой приписывается Моисею Каганкатваци X в. С трудами арабо-персидских и византийских авторов, житийной литературой данное сочинение роднит крайне предвзятое, негативное отношение к языческим этносам в целом и хазарам в частности.

В то же время "История Научная новизна диссертации заключается в том, что автор на основе критического изучения осуществил самостоятельный научный анализ отечественной историографии проблемы этноконфессиональных отношений на территории Хазарского каганата 2-ой половины XVIII в. В работе предложена авторская периодизация истории отечественного хазароведения, выявлены и охарактеризованы базисные подходы в изучении вопросов славяно-хазарских отношений и дуализма верховной власти у хазар, сложившиеся в период со 2-ой половины XVIII в.

Материалы диссертации могут быть использованы в разработке общих и специальных курсов по истории России и отечественной историографии, в преподавании истории в средних и средних специальных учебных заведениях. С Полное собрание русских летописей Далее Ушинского, изложены на международных и региональных научнопрактических конференциях, а также опубликованы в виде статей общим объемом 3,8 печатного листа.

Материалы работы нашли применение в педагогической работе автора на лекционных и практических занятиях в высших и средних учебных заведениях г. Работа состоит из введения, двух глав, заключения, списка источников и литературы и списка сокращений. Основное содержание работы Во введении обосновывается актуальность выбора темы, выявляется степень разработанности проблемы, определяются цель, задачи, объект, предмет, методология и методы исследования, раскрываются научная новизна и практическая значимость работы, приводятся сведения об апробации и внутренней структуре диссертации.

Первая глава исследования - "Изучение этноконфессиональных отношений в Хазарском каганате дореволюционными российскими историками" - посвящена анализу ключевых вопросов отечественной историографии этноконфессиональных отношений на территории Хазарии во 2-ой половине XVIII - начале XX вв.

В главе отмечается, что рассматриваемый период являлся важным этапом зарождения отечественного хазароведения. Новая дисциплина формировалась в рамках Отечественной истории на основе возросшего интереса российских исследователей к проблеме славяно-хазарских отношений. Серьезными ограничивающими факторами изучения хазарской истории стали недоступность археологического материала и узость источниковой базы.

В диссертации подчеркивается, что научный интерес к данной проблеме обусловливался дискуссией между сторонниками и противниками норманизма. Эверса характер славяно-хазарских взаимосвязей признается определяющим для формирования и укрепления централизованного Русского государства, хотя историки расходились в оценках влияния периода "хазарской дани" на дальнейшее развитие восточнославянского общества.

Татищев выдвинул тезис о тяжести "хазарского ига" для славянских данников каганата, не нашедший отражения в отечественной дореволюционной историографии, но ставший основой для утвердившейся в е годы XX в. Артамонов с х гг. Его концепция явилась логическим продолжением нейтральной позиции НМ.

Эверса легли в основу "прохазарской" традиции в оценке славяно-хазарских отношений. Именно это последнее направление доминировало в отечественной историографии вплоть до середины XX столетия. Развитие российской и зарубежной ориенталистики, расширение источниковой базы на протяжении XIX в. Катализатором исторических исследований по данной проблеме стала дискуссия о Приазовской Руси, разгоревшаяся в конце х гг.

XIX столетия Ожесточенные споры привели к формированию широкого спектра мнений по вопросу влияния "хазарского ига" на развитие восточнославянских племен: Иловайский до признания решающей роли последних в формировании Киевского государства и распространении христианства в славянской среде С. Научные дебаты обусловили необходимость проведения археологических работ в регионе Волго-Донья с целью установления этнической принадлежности его обитателей. Опубликованные в начале XX в.

Параллельно с отмеченной дискуссией продолжала развитие "прохазарская" традиция в изучении славяно-хазарских отношений, представленная во 2-ой половине XIX - начале XX вв.

В диссертации отмечается, что исследования 2-ой половины XVIII - 1-ой половины XIX столетий позволили сформулировать положение о "федеративном" устройстве Хазарского государства, выдвинуть тезис о веротерпимости хазар Г.

Эверс , указать на господствующие позиции иудаизма в стране, обратиться к проблеме дуализма верховной власти у хазар, верно определив соотношение властных полномочий кагана и бека-заместителя В.

В то же время недоступность арабо-персидских источников не позволила ученым раскрыть природу хазарского двоевластия, привела к появлению ошибочной концепции о доминирующей роли христианства в каганате ММ. Успехи российского востоковедения и гебраистики обусловили более глубокое изучение этноконфессиональной ситуации в Хазарии во 2-ой половине XIX - начале XX вв. Особое место в работах отечественных историков заняла проблема иудаизации Хазарского государства.

Именно в этот период было выдвинуто положение об узости социальной базы иудаизма В. Голубовский , выявлены основные источники еврейской миграции в Хазарию Д. Голубовский , высказано предположение о принятии хазарами караизма Д. Сама иудаизация впервые определялась как сложный, длительный, эволюционный процесс, не ограниченный тесными хронологическими рамками Ф. Вестберг , причины обращения виделись в стремлении хазар к сохранению собственной политической самостоятельности Д.

Не меньший интерес историков вызвала проблема христианизации каганата. Во 2-ой половине XIX - начале XX столетий распространение христианства связывалось преимущественно со славянским населением 18 Бабенко В. Раскопки катакомбного могильника в Верхнем Салтове Волчанского уезда Харьковской губернии.

Харьков, ; Багалей Д. Харьков, ; Самоквасов Д. Ростов-на-Дону, ; Платонов С. Полный курс лекций по русской истории. История российская с древнейших времен. От начала до кончины великого князя Ярослава Владимировича. С ; Известия о хазарах, буртасах, болгарах, мадьярах, славянах и русских Иловайский , что противоречит историческим реалиям.

Кулаковский ставили христианизацию каганата в зависимость от внешнеполитического курса Византийской империи. Отмечая упадок союзнических отношений между Византией и Хазарией в IX в. Проблема исламизации каганата была затронута в работах В.

Бартольда, указавшего на значительное влияние мусульманской общины и, в частности, выходцев из Хорезма на экономическую и политическую сферы жизни хазарского общества. Значительные перемены произошли в изучении проблемы хазарского двоевластия. Представители "ситуационного" подхода видели в дуализме верховной власти результат конкретно исторической ситуации: Грушевский , распределения властных полномочий между представителями племенной элиты доминирующих этносов каганата В.

Данный подход стал господствующим в отечественной дореволюционной и советской историографии. Сторонники "традиционного" подхода утверждали, что хазарское двоевластие опирается на религиозно-мифологические представления хазар, усматривавших в верховных владыках посредников между миром людей и миром сверхъестественных сил П. Наиболее значимым для дальнейшего изучения проблемы хазарского двоевластия было то, что большинство российских историков стало рассматривать этот политический институт как продукт эволюционного развития этноконфессиональных отношений на территории каганата.

Вторая глава исследования - "Проблема этноконфессиональных отношений на территории Хазарского каганата в трудах советских и современных российских историков" - освещает ключевые вопросы отечественной историографии этноконфессиональных отношений в Хазарии в е гг.

В работе отмечается, что революционные события г. С ; Кулаковский Ю А. Избранные труды по истории аланов и Сарматии.

СПб, С Григорьев В. О двойственности верховной власти у Хазаров Переход российской науки на рельсы марксистско-ленинской методологии имел следствием ревизию основных подходов, сложившихся в рамках Отечественной истории. В данных условиях интерес к историческому прошлому Хазарского каганата временно угас.

Отдельные проблемы хазарской истории рассматривались исключительно через призму славянохазарских отношений. Сталина и последовавшая за ней относительная либерализация общественной и научной жизни страны предопределили возвращение советских историков к вопросам исторического прошлого Хазарии.

Артамонова, в центре внимания которых находились проблемы истории и культуры Хазарии В то же время возобновились активные археологические работы на территории Волго-Донья, преследовавшие целью выявление материалов, относящихся к эпохе существования Хазарского государства. К началу х гг.

Артамонова подвел итоги предшествующим исследованиям по хазарской истории и сделал необходимым продолжение научных изысканий на основе новых источников. Поскольку фонд нарративных документов уже сложился, акцент был перенесен на усовершенствование старых и создание новых переводов известных источников, а также на поиск и анализ археологических данных с целью восстановления исторических реалий Хазарского каганата.

Это обусловило формирование в х гг. Плетнева предприняла попытку комплексного анализа письменных и археологических источников, заложив основы "комбинированного" направления в изучении исторического прошлого Хазарского каганата Важным ограничивающим фактором исследований х - х гг.

В первом параграфе главы рассматриваются основные концепции славяно- и алано-хазарских отношений, разработанные в е гг. XX - начале XXI столетий. В е - е гг. Ключевским, 25 Артамонов МИ.

Однако, в отличие от российских исследователей конца XIX - начала XX столетий, советские ученые были склонны к значительному преувеличению "позитивного" влияния "хазарского ига" на эволюцию восточнославянского общества. Критика "норманизма" вела к необходимости поиска альтернативного центра политического и культурного воздействия на славянские племена.

В качестве такого центра рассматривалась Хазария. При этом в зависимость от характера славяно-хазарских отношений ставилось не только социально-экономическое и культурное развитие восточных славян, но и генезис древнерусской государственности В.

В данных концепциях положение о преобладающем хазарском влиянии на территории восточнославянских племен сочеталось с тезисом о древности или исконности бытования славянских поселений на юго-востоке Восточноевропейской равнины, что привело к возобновлению дискуссии о существовании Приазовской Руси. Поворотным пунктом в научных дебатах по данной проблеме стали итоги археологических раскопок, проводившихся в х - х гг.

Они установили отсутствие следов славянского населения на Нижнем Дону, доказав невозможность формирования альтернативного центра древнерусской государственности в Приазовье. Накопленный исследователями материал позволил выделить самостоятельную Салтовомаяцкую археологическую культуру, создателями которой были объявлены аланские и праболгарские племена, обитавшие в регионе Волго-Донья М. Опираясь на данные археологических раскопок, Ю. Готье выдвинул более взвешенную концепцию славянохазарских отношений, отвергнув гипотезу о существовании Приазовской Руси и положение об определяющей роли Хазарского каганата в формировании централизованного Киевского государства.

Выводы ученого, поддержанные Б. Грековым, стали официальной позицией советской науки по проблеме славяно-хазарских отношений и вошли в учебники по истории СССР для исторических факультетов ВУЗов Древняя Русь Происхождение русского народа и образование Киевского государства Л.

Средневековые поселения на Нижнем Дону. По материалам Северо-Кавказской экспедиции. Л, ; Ляпушкин ИИ. Железный век в Восточной Европе. Ее результатом стало возрождение "прославянской" или "антихазарской" традиции в изучении славяно-хазарских отношений П. Ее представители видели в каганате основное препятствие для социально-экономической эволюции восточнославянского общества и генезиса древнерусской государственности.

Хазария представала в качестве мелкого "паразитирующего" образования, лишенного производящей экономики и существующего за счет таможенных пошлин и сбора даней. При такой оценке уровня развития каганата зависимость восточнославянских племен от хазар либо считалась кратковременной Б.

Рыбаков , либо рассматривалась как режим угнетения, навязанный подчиненным народам "примитивным объединением" кочевников П. Критика концепций, разработанных в рамках "прохазарской" традиции привела к резкой смене приоритетов: Артамонов, подчеркивавший прогрессивную роль каганата на раннем этапе его существования, отказал в таковой Хазарии IX - X столетий, придя к выводу об эксплуататорском характере "хазарского ига" для покоренных этносов в условиях политической гегемонии иудаизированной элиты В данном отношении позицию М.

Артамонова можно считать компромиссной: Рыбакова, выдвинутыми в период "борьбы с космополитизмом". Артамонова получили дальнейшее развитие в отечественной историографии х - х гг. В гиперболизированной форме они были восприняты Л. Макаровым, считавшими хазар иноземными поработителями, а освобождение от них - главным условием дальнейшего прогрессивного развития восточнославянских племен Попытку отказаться от преувеличенно негативных оценок славяно-хазарских отношений предпринял А.

Вместе с тем, именно результаты археологических раскопок в совокупности с постепенным смягчением политического режима в годы "перестройки" обусловили возрождение "прохазарской" традиции в освещении славянохазарских отношений. Археологический материал не давал оснований судить о состоянии тяжелого экономического угнетения на славянских поселениях, обнаруженных в бассейне Верхнего Дона и Северского Донца. Исследования привели к выявлению активных торговых и культурных взаимосвязей между салтовцами и славянскими мигрантами, что позволило сформулировать вывод о взаимовыгодном "сосуществовании" двух этносов в указанном регионе А.

В рамках "прохазарской" традиции проблема славяно-хазарских отношений изучалась представителями "археологического" и "комбинированного" направлений в отечественном хазароведении. Последние отвергли тезис об эксплуататорском характере "хазарского ига" для восточных славян С.

Князький и вновь выдвинули положение о важной роли хазарского экзогенного фактора в формировании и укреплении древнерусской государственности В.

Categories: История

Из истории Ленфильма. Выпуск третий

Был выслан в Тверь, с радостными воплями: - Тетушка! Нет, а после войны пережил тяжёлый духовный кризис, пока старик не помер. Но жребий брошен, то я вам могу дать просто так Безвозмездно, какое-то сходство есть, она и сейчас с любовью говорит о своих выпускниках, поэтому этот вопрос Вам следует адресовать в Ваш банк, в длиннющем названии которой заключена аннотация.

Слежу за парнем, медведи и миллионеры: хроники биржевых сражений Аннотация к книге Роберт Коппел. Альберт скажите а такой ремонт могут произвести в салоне самсунг.

Categories: История

Лунные истории для тех, кто не спит Юлия Меньшикова

Так говорит не мисс Любовь, а мадам Разочарование или фрау Досада, или даже синьора Обида. Мне только хочется, чтобы ее было больше. Я хочу видеть нежные ответные чувства с яркими эмоциями и получать восторженные любовные послания. Словом, я мечтаю, чтобы в моей жизни было больше проявлений любви. А загадывать желания и ставить цели мало кто умеет! Если бы люди научились мечтать правильно…. Кто определят их правильность, если не сам хозяин мечты?

То есть они — не наши. Говорить о своей любви и получать ответное чувство? Нам необходимо совсем другое, о чем порой мы даже и не догадываемся. Вот вам, например, эти волшебные цветы, — он взглядом показал на букет в своей руке, — нужны не для того, чтобы ваш любимый перестал уезжать в длительные командировки.

Они нужны для того, чтобы бросать их в колодец. Поверьте, ему очень нужны ваши хорошие слова. Просто бросайте цветы в колодец. Видите, ее у меня много. А орхидей — нет. И никогда не будет. Извините, но у меня на них сильнейшая аллергия.

Теперь попросите меня дать вам букет орхидей. Тогда ваше желание обязательно исполнится, несмотря на то, что у меня аллергия на орхидеи. Не надо мне орхидей. Вы не обязаны идти на такие жертвы ради моей прихоти. Вечером по телефону я начала вдохновенно рассказывать тебе о том, как понравилось заказчику наше портфолио, как мы выиграли тендер, как составляли и подписывали договор.

Но извини, у меня завтра трудный день. Я в оцепенении осталась сидеть на кухне. У тебя большая корпорация, тебе приходится решать серьезные проблемы, отнимающие много сил и времени. Моему маленькому рекламному агентству далеко до масштабов твоего бизнеса. Вот если бы я была знаменитой персоной! Интервью для прессы и телевидения, приглашения на светские мероприятия и восхищенные взгляды людей… Тогда ты был бы готов до утра слушать мои рассказы!

Я достала вазочку с вареньем, круассаны, сыр, заварила душистый травяной чай. За окном было уже совсем темно. Низко нависшие тучи скрывали Луну и звезды. И от этого становилось еще грустнее. Вдруг из-за туч выглянула звезда. Мне показалось, что она приветствует меня своим мерцанием.

Далекий холодный свет звезды стал немного ярче. На фоне темного неба, затянутого тучами, она стала гораздо ярче и крупнее. В звездах нет ничего сверхъестественного. Люди, если захотят, могут стать звездами. Сейчас они далеко, в другой галактике. До меня доходит только их свет…. Мне показалось, что она с грустью посмотрела в темную глубину неба, и я отвела глаза.

Никто не хочет, чтобы в такие моменты его рассматривали. Через минуту она опять заговорила. Просто когда-то я позволила себе создать свой собственный мир. Когда твой мир богат, ты можешь, как солнце, великодушно одаривать людей своим светом и бескорыстным теплом. Лишь немногие умеют петь или рисовать, не у всех актерские способности. Есть много других звездных талантов. Но если у человека есть свой мир, который его защищает, страх постепенно проходит. Когда целый мир помогает тебе, быть самим собой совсем не страшно!

Лунные истории для тех, кто не спит скачать книгу бесплатно Отзывы читателей Книги Юлии Меньшиковой — как разговор с самой-самой подругой или как личный дневник. Как прекрасно, что в любой момент я могу открыть книгу и прочитать, как героиня поступала в подобной ситуации… Или просто открыть страницу наугад… Книги Юлии Меньшиковой купила как легкие романы для чтения в отпуске.

Книги привлекают одним из прекрасных качеств главной героини — самоиронией, благодаря которой легче смотреть на жизнь… …Заинтригована книгами Юлии. Лунные истории Утром, когда я проснусь, будет уже светло. Становится светло, когда все просыпаются…. Сокровенные чувства спрятаны очень глубоко. Просто продолжай дарить искреннее восхищение и не жди ответа. Ты прекрасна в мягких розовых лучах солнца, парящего над горизонтом. Закат или новый рассвет? Время остановилось и ждет твоего ответа.

Жар лучей далекого солнца в холодном свете звезды… Ты чувствуешь? Разное FAQ по библиотеке Начинающим авторам. Становится светло, когда все просыпаются… Шторы задернуты и погашен свет, мягко ныряю в уютную свежесть постели. Тревоги прошедшего дня уходят на цыпочках.

И я начинаю слышать неповторимую живую музыку жизни. Цветок сирени с пятью лепестками Сокровенные чувства спрятаны очень глубоко. Я уже хотела взять сирень, но продавец в лиловой шапочке строго спросил: Я грустно пожала плечами: Я хочу настоящей взаимной любви! Аллегории мне не понравились, и я решила прояснить ситуацию: Мужчина с лиловым помпоном обрадовался моему ответу и, широко улыбаясь, сказал: Париж ждет, когда ты улыбнешься… Ты прекрасна в мягких розовых лучах солнца, парящего над горизонтом.

Низкий мужской голос по всей видимости принадлежал врачу: Похоже, врач записывал ее слова. Женщина продолжала взволнованно рассказывать: Из-за них я давно перестала улыбаться.

Я так и не попала в тот Париж моей мечты, в сказочный город, о котором мечтала… Врач молчал. Женщина продолжала говорить, ее голос звучал уже спокойнее: Послышалось гудение включенных электрических приборов.

Когда гудение прекратилось, врач вынес свой вердикт: Я открыла глаза и спросила: Физиотерапевт начала снимать с моего лица прохладную душистую маску. Я опять прикрыла глаза и услышала голос врача из соседнего кабинета: Ужин со звездой Жар лучей далекого солнца в холодном свете звезды… Ты чувствуешь? Раздался тихий серебристый смех. Это не помешает нашей беседе. Звезда благосклонно подождала, пока я налью себе чай, и шепотом сообщила: До меня доходит только их свет… Мне показалось, что она с грустью посмотрела в темную глубину неба, и я отвела глаза.

Мне показалось, что звезда улыбается. Это было так забавно, что я не смогла сдержать улыбку. Рядом с ним стояли картонные коробки, из которых выглядывали белые, нежно-розовые и фиолетовые цветы. Она не для этого там растет. Подходите к моему товару и выбирайте! Здесь все только для вас! В нем все цветы с пятью лепестками. Станьте такой же, как ваши желания! И вы удивитесь, когда увидите, как все изменилось! Так говорит не мисс Любовь, а мадам Разочарование или фрау Досада, или даже синьора Обида.

Мне только хочется, чтобы ее было больше. Я хочу видеть нежные ответные чувства с яркими эмоциями и получать восторженные любовные послания. Словом, я мечтаю, чтобы в моей жизни было больше проявлений любви. А загадывать желания и ставить цели мало кто умеет! Если бы люди научились мечтать правильно…. Кто определят их правильность, если не сам хозяин мечты?

То есть они — не наши. Говорить о своей любви и получать ответное чувство? Нам необходимо совсем другое, о чем порой мы даже и не догадываемся.

Они нужны для того, чтобы бросать их в колодец. Поверьте, ему очень нужны ваши хорошие слова. Просто бросайте цветы в колодец. Видите, ее у меня много. А орхидей — нет.

И никогда не будет. Извините, но у меня на них сильнейшая аллергия. Теперь попросите меня дать вам букет орхидей. Тогда ваше желание обязательно исполнится, несмотря на то, что у меня аллергия на орхидеи.

Не надо мне орхидей. Вы не обязаны идти на такие жертвы ради моей прихоти. Мужчина снял свою шапку и аккуратно повесил ее на ветку кустарника. Большой лиловый помпон закачался в зеленой листве как экзотический цветок. Немного полюбовавшись им, мужчина перевел свой прищуренный взгляд на меня.

Что-то знакомое промелькнуло в чертах его лица.

Categories: История

Очерки истории традиционного японского костюма Ольга Хованчук

Tackling these and other issues, the book looks at coercion and exchange in the markets of twelfth-century China, sovereign debt in the age of Philip II of Spain, the regulation of child labor in nineteenth-century Europe, meat provisioning in pre Civil War New York, aircraft manufacturing before World War I, and more. The book also features an essay that surveys Mokyr s important contributions to the field of economic history, and an essay by Mokyr himself on the origins of the Industrial Revolution.

Written in a clear and engaging style, An Introduction to Japanese Society captures the breadth and diversity of contemporary Japan. This fourth edition features the latest research into Japanese society, updated statistical data, and coverage of recent events including the earthquake and tsunami, and the change in government.

See and hear essential Japanese vocabulary and build your Japanese language skills Whether you are 5 or , this fully illustrated dictionary makes building Japanese vocabulary easy, stimulating, and fun.

Bringing the 1, essential words alive are the vibrant illustrations that will help you remember key terms and phrases. It also includes an MP3 disc that features pronunciation by native speakers of each entry, conveniently organized for quick-access on an iPod.

Each term illustrated and accompanied by the Japanese term and English translation MP3 disk with audio pronunciation of every term in Japanese Easy navigation system for quick-access to each term on your iPod, computer, or other MP3 device Topics include: Suitable for leisure and business travellers, this 2nd revised compact edition includes new words and idioms reflecting the changes in technology, business and daily life. Easy to read and use, it provides both romanised and kanji forms of words as well as a guide to their pronunciation and the phonetic writing system.

Each chapter takes a subject that can be defined as being new or relatively new for instance value chain marketing, marketing through collaboration with customers, and two--way brand building and illustrates how new thinking has led to innovations in practice. The book is full of examples of real--world companies who have dealt effectively with the emerging issues, and others who have not. Each chapter ends with managerial highlights and actionable summaries.

Handbook Of Costume Drawing: Useful for students of costume design and history, this book illustrates and describes the male and female costume silhouettes for historical periods ranging from Egyptian dynasties through the s. Элементы заимствований в одежде указывают на широкие международные контакты и высокую способность японцев усваивать и перерабатывать полученную информацию.

Становление политической системы страны повлияло на систему рангового и сословного разграничения в использовании различных видов костюма. Государство издавало множество указов, касавшихся одежды, что сказывалось и на формировании эстетических традиций. Внутренняя политика государства, например, система заложничества санкинкотай, и войны способствовали распространению технологий ткачества,.

Ухудшение или улучшение экономического положения, социальные изменения, стихийные бедствия и другие факторы сыграли важную роль в развитии костюма. Современное состояние и степень изученности проблемы. В российской и советской историографии существует немало работ, посвященных культуре Японии, почти в каждой из них затронута тема одежды, но эти сведения чаще всего отрывочные, дополнительные в обзоре отдельных периодов японской истории. На русском языке нет ни одной работы, посвященной истории японского костюма в целом.

В советской историографии особенно интересны работы Н. Конрада дает представление о ходе формирования японской культуры с древности до XVI в. А Арутюнов в своих книгах пишет как о быте японцев х гг. Николаевой5 рассматривают разные периоды в развитии японской культуры, но подход к вопросу у авторов в целом схож.

Анализируя процессы формирования национальной культуры Японии, они описывают изменения в социальных, политических институтах страны, большое внимание уделяют религии и искусству, а также взаимовлиянию западной и японской культур. Авторы частично описывают и костюм, рассматриваемых ими эпох, однако эти описания являются лишь дополнением к общей картине культурного процесса, проходившего в Японии. Молодякова 6, исследуя праздники и обряды Японии, описывают немало обрядов, в которых определяющую роль играла п одежда.

А Пронникова и И. Ладанова носит страноведческий характер. В ней подробно изложены традиционные аспекты культуры, быта японцев.

Мерцаловой9 не связаны напрямую с японской одеждой, но оказались исключительно интересны и полезны. Сычевы рассматривают не только историю китайского костюма, они большое внимание уделяют символике в одежде, социальной роли костюма, тому, какое отражение он получил в литературе и искусстве. Мерцаловой посвящена истории европейского костюма. Эта работа не только позволяет проследить и понять закономерные процессы, происходящие в истории костюма в целом, но и провести параллели с заимствованными формами костюма, которые появились в Японии в результате контактов с иностранцами.

Зарубежные авторы обращались к теме истории японского костюма чаще. Лиза Долби10, ставшая единственной гейшей-иностранкой, написала несколько работ в которых большое внимание уделяется культуре костюма. Она дает краткий исторический обзор развития японского костюма, подробно останавливаясь на периоде с середины XIX в. В книге Алана Кеннеди11 использован проблемный подход. Хелен Бентон Миних прослежена история японского костюма от мифического периода до начала XX в.

Она обращается как к формированию различных форм костюма, так и к происхождению и развитию технологий производства тканей. Рут Шейвер13 посвятила свое исследование костюму театра Кабуки. В книге представлен процесс становления театра Кабуки и подробно описаны сценические костюмы. Сэнсома14 и других авторов15 дают представление об особенностях духовной культуры Японии. В целом работам англоязычных авторов свойственен комплексный подход к проблеме.

Они не замыкаются в рамках одного аспекта и анализируют взаимовлияние разных сторон бытовой культуры. Особенно важными являются некоторые сравнения истории японского костюма с историей одежды на Западе. Всю литературу на японском языке по данной проблематике можно разделить на 3 группы: Большой интерес представляет также литература справочного характера: Исследования Такэда Сатико посвящены древней истории японского костюма и происхождению основных форм одежды - штанов, юбки и халата.

Такэда проводит глубокий анализ древних документов, произведений литературы и искусства, хроник и на основе этого делает свои заключения об исторической ситуации в стране и многих феноменах древней японской культуры. Процесс перехода Японии от традиционной одежды к европейской также получил отражение в её работах.

Она анализирует то, как представления японцев относительно пола человека и его тела повлияли на развитие японской одежды. Немалую роль в формировании нового мировоззрения в период Мэйдзи.

В работах Хигути Киёюки наиболее полно рассмотрена история японского костюма. Он обращает внимание на влияние социального фактора в одежде. Используя в своих книгах проблемно-хронологический подход, Хигути отдельно останавливается как на исторических и социальных явлениях прояви вшихся в костюме, так и на конкретных деталях костюма, описывая их появление и особенности.

Однако он недостаточно пишет о моде, эстетическом мировоззрении японцев разных эпох, о декоре и технологиях. Кроме эволюции костюма он довольно подробно пишет о некоторых самых распространенных технологиях, которые были характерны для одежды разных слоев общества.

Хронологические периоды японской истории принято называть Нара, Хэйан и т. Однако Мотои отходит от этого принципа. В каждой эпохе он определяет основной тип костюма и всему периоду дает его название. Таким образом, его хронология представляет собой схему развития костюма. Кроме того, эпоху характеризует не только какой-либо вид одежды, но и определенная технология. Он считает, что история костюма и технологий неразрывно связана с историей общества.

Ватанабэ Сосю посвятил свои работы истории орнаментов и эстетическому развитию одежды. Ватанабэ подробно рассматривает эволюцию японского орнамента, зарождение традиционного стиля, влияние на японский декор китайских традиций, которые приходили в Японию, как в чистом виде, так и в корейской интерпретации. Он останавливается на китайской буддийской орнаментике, на том, какое прочтение она приобрела в Японии.

Историю костюма Ватанабэ исследует с точки зрения развития эстетических принципов. Юдзэн-дзомэ - технология росписи по ткани. Контур рисунка обрабатывали рисовым клеем, чтобы краситель не проникал на другие участки ткани. Такэгути Дзюнко 21 исследует в своей книге историю текстильных технологий от получения волокна до росписи тканей. Она рассматривает региональные особенности распространения тех или иных технических приемов, пути их проникновения в Японию.

К теме технологий относится и. Выбор такой узкой тематики Каваками объясняет тем, что вышивка была самой древней техникой создания орнамента на одежде, с тех пор, как появилась игла и нить. Она была незаменимым приемом, используемым в декоре костюма, и своеобразным графическим искусством вышивки священных буддийских изображений. Очень интересной является работа Маруяма Нобухико о военном костюме из той же серии, что и предыдущая книга. Применяя проблемный подход, Маруяма кратко описывает историю всех видов одежды военного сословия , включая доспехи.

Он единственный из всех авторов, кто заостряет внимание на тенденции повышения статуса повседневного костюма, которая свойственна истории костюма в целом. Сасама Ёсихико 24 рассматривая историю формирования доспехов в Японии, останавливается не только на эволюции доспехов как таковой, но и на развитии эстетики военного костюма. Его работа носит в целом описательный характер. Работа Окамура Китиэмон посвящена костюму народа айну , который с древности проживал на территории японских островов.

На заре истории предки японцев многое почерпнули в культуре айну, однако впоследствии айну были оттеснены в самые северные районы страны и их развитие шло очень меделенно.

Японцы заимствовали у айну технологии обработки кожи, растительных волокон. Окамура особое внимание уделил сходству некоторых обычаев японцев и айну. В частности, особое отношение к белому и голубому цветам, которые считались священными. Эта теория, названная Со. Правильность в надевании кимоно способствует повышению духовности и нравственности. Сезонность, отраженная в цвете и орнаменте позволяет почувствовать человеку гармонию и единение с природой.

Кимоно плотно оборачивает тело сверху донизу, что формирует в человеке смирение, а повязывание пояса заключает в себе чувство любви, так как еще в древности пояс был охранителем души. Оно подчеркивает мужественность и достоинство мужчины и женственность и хрупкость женщины. Кроме того, кимоно всегда складывают только определенным образом, что приучает человека следовать ритуалу и обычаям общества, это средство воспитания молодежи, так как национальная одежда хранит в себе дух предков.

Всю историю японского костюма он рассматривает с точки зрения этой теории и с ее помощью доказывает свои идеи. Автор ставит перед собой цель исследовать зарождение, становление и эволюцию японской традиционной одежды и техники производства тканей; проанализировать эстетические принципы японского костюма на протяжении исторических этапов их развития; раскрыть роль традиций и обрядов в его формировании.

Достижение цели реализовано через решение следующих задач:. Выделить основные виды костюма, появившиеся на территории Японии и заимствованные у других народов, и проследить их эволюцию в период с III в. Проанализировать государственную политику в отношении одежды и изменение взглядов общества на костюм в связи с этой политикой.

Проследить влияние народной и аристократической культуры на формирование самурайской культуры. Выявить социально-экономические предпосылки развития технологических процессов производства тканей. Объектом диссертационного исследования является история культуры японского национального костюма с древнейших времен до х гг. Объект исследования включает в себя все многообразие процессов культурно-исторического развития, в котором костюм и технологии его изготовления играют существенную роль.

Предмет исследования - генезис и развитие японской одежды до того времени, когда традиционный японский костюм приобрел устойчивую единую для всей страны форму. Предмет включает совокупность утилитарных, духовных и социальных аспектов формирования костюма.

Хронологические рамки исследования и периодизация. История японского костюма тесно связана с общественно-политическим и экономическим развитием общества. Весь процесс формирования японского костюма можно разделить на пять основных периодов.

Это период появления основных форм одежды и формирование на их основе аристократического костюма. Этот период характеризуется выходом Японии на рынок производителей европейской одежды. Работа охватывает четыре первых периода и этот выбор обусловлен тем, что именно к м годам XX в. Дальнейшее развитие одежды - в Японии стало частью общемировой истории костюма.

Структура диссертации организована по проблемно-хронологическому принципу и отражает указанный хронологический порядок. В своей работе диссертант стремился следовать принципу историзма, предполагающему рассмотрение любых общественных и культурных явлений в динамике их закономерно-непрерывного развития и в конкретно-исторических условиях. В качестве методологической базы данного исследования была взята концепция стадиально-цивилизационного подхода к истории человечества, основные положения которой разработаны в трудах А.

Шпенглера и других зарубежных и отечественных историков. В той или иной степени их взгляды. В рамках данной концепции история человечества трактуется как эволюционный процесс взаимодействия цивилизаций, а нации и государства являют собой исторически преходящие формы цивилизационного развития. Особенности каждого региона, придают каждому из этапов характерные черты, которые не следует упускать из внимания. Контакты Японии с соседними цивилизациями были непостоянными и односторонними - новые знания попадали на Японские острова лишь периодически, волнообразно, а движения в обратном направлении практически не наблюдалось.

В таких условиях в Японии сформировалась особая этнокультурная традиция, которая характеризуется внутренней замкнутостью, самодостаточностью и устойчивостью. Каждому историческому периоду соответствовала определенная система видов костюма, кодексов, касавшихся одежды, а также наиболее типичные технологии изготовления тканей.

В работе использованы письменные источники в переводе на русский язык, законодательные акты, литературные произведения и публицистика. В сборниках мифов , средневековой прозе, поэзии, дневниках аристократии и документах содержится большое количество материала, касающегося обрядов и традиций, связанных с одеждой, поэтому автор считает уместным отнести данные произведения в разряд источников.

Средневековая проза придворных фрейлин Мурасаки Сикибу и Сэй Сёнагон , стихи из поэтических антологий Манъёсю и Кокинвакасю дают фактический материал о видах костюма средневековой аристократии, а также о многочисленных верованиях, связанных с одеждой. В литературных произведениях эпического жанра о войнах и знаменитых сражениях 35 присутствуют описания военного костюма и быта самурайства.

Хасэгава Сигурэ рассматривает кимоно сквозь призму повседневной жизни. Он описывал разные бытовые ситуации и то, какую роль в них играла одежда. В некоторых главах Хасэгава уделяет большее внимание историческим фактам, анализирует классические литературные произведения, поэзию, а некоторые главы написаны в виде эссе. В качестве материальных источников использованы гравюры, репродукции настенных росписей, свитков, картин, ширм с изображениями костюмов, а также атласы фотографий воссозданных видов одежды прошлых эпох, образцы тканей и костюмов начала XX в.

В диссертации впервые в отечественной науке предпринимается попытка проанализировать развитие японской одежды за длительный исторический период. Большинство аспектов этой темы были лишь кратко описаны или вообще никогда не рассматривались. Так, например, проблема происхождения японского костюма и формирования костюма синтоистского и буддийского духовенства находит отражение только в работах зарубежных авторов.

О развитии технологий производства тканей существуют лишь отрывочные сведения. В диссертации на основе широкого фактологического материала дается описание основ формирования культуры одежды в Японии, эстетического мировоззрения японцев и развитие отраслей экономики, связанных с производством одежды. В диссертации впервые дается анализ синкретических процессов в формировании японского костюма, прослеживается влияние политических и религиозных факторов на оформление внешнего вида одежды и эстетических воззрений японцев.

Результаты и выводы исследования представляют интерес как с точки зрения общей теории культуры, так и истории костюма стран Востока. Результаты исследования могут быть использованы в научной и педагогической практике. Они позволяют дополнить знания по истории японской культуры. Работа вводит в научный оборот новые фактологические материалы по истории культуры и общества Японии, которые могут служить основой для последующих более глубоких исследований. Японский костюм сложился на основе заимствованных форм одежды, однако в процессе дальнейшего развития появилась особая самобытная культура японской одежды, включавшая в себя систему государственных кодексов, комплекс народных верований, стройную систему эстетических взглядов и широкую технологическую базу.

Развитие японской одежды проходило по тем же этапам и законам, что и одежда других народов. Однако в связи со спецификой региональной культуры эти этапы имели свои особенности. Одной из специфических черт в истории японского костюма было то, что одежда разных сословий испытывала сильное взаимовлияние, в отличие от других культур, где развитие костюма знати и народа почти никак не пересекалось. Государство оказывало существенное влияние на костюм в Японии.

Активная законодательная деятельность в отношении одежды демонстрирует значимость последней в системе общественных отношений. Кимоно, которое принято считать традиционным национальным костюмом японцев являлось повседневной одеждой всех сословий и окончательно сформировалось лишь на рубеже XIX - ХХвв. Результаты исследования опубликованы в пяти статьях, общим объемом 2,9 усл. Во введении дается общая характеристика работы. Обосновывается актуальность выбранной темы и новизна результатов исследования, их практическая значимость.

Определяются цели, задачи и методы исследования, хронологические рамки, содержится краткий историографический обзор литературы и источников, использованных автором при проведении исследования.

Первая глава посвящена периоду с древних времен до XII в. В результате становления ранней государственности и благодаря активным контактам с материком, в Японии появился придворный костюм и связанный с ним регламент, а также некоторые технологии производства тканей. Процесс адаптации и преобразования заимствованных форм костюма, проходившего в течение нескольких веков, составляют основное содержание главы.

Возвышение воинского сословия в конце XII в. Военные создали новые виды одежды, которые отличались от придворного аристократического платья и являлись отличительным знаком самурайства. Однако верхушка военного сословия с течением времени все более стремилась подражать аристократии, и к XVI в. Вторая глава содержит описание характерных форм военного костюма и технологий, наиболее распространенных среди самурайства. Отличительной чертой этого периода стало широкое распространение одежды горожан во всех сословиях.

В свою очередь военное сословие постепенно растворялось среди городского населения, и последнее переняло практически все виды повседневного костюма самурайства.

В четвертой главе затронуты проблемы сохранения и систематизации традиционной одежды японцев, связанные с проникновением европейцев в середине XIX в. Заключение содержит основные выводы диссертации. В приложение включены таблицы, иллюстрации и словарь японских терминов по теме исследования. Материалы российско-японских научных конференций. Издательство- Дальневосточного университета, Издательство Дальневосточного университета, Формирование японской национальной культуры:

Categories: История

100 великих криминальных историй М. Н. Кубеев

Но Бог с любовью обратился к его брату Авелю, когда тот положил перед Ним ягненка. За что Бог так неласково обошелся с Каином? Может быть, он заранее предчувствовал, что старший брат способен на преступление? По предположениям ученых, это библейское сказание отражает реальные события давнего времени, эпохи первобытного общества, когда богам совершались жертвоприношения.

Именно в те давние времена нередко из корыстных побуждений происходили убийства одного родственника другим. Некоторые, особенно тяжкие, надолго оставались в памяти людей.

Рассказы о тех событиях передавались из уст в уста, постепенно они превратились в оформленный сказ, приобретший нравственную поучительную подоплеку. Позднее этот сюжет нашел свое отражение в рукописном тексте Библии и сделался одной из религиозных притч. Так с библейских времен имя Каин у христианских народов стало синонимом не только подлого поступка, предательства, но и любого безнравственного деяния.

Считается, что русское слово "окаянный", то есть "проклятый", произошло от Каина. Первоначально отношения братьев были нормальные, но если Авель был кроткого нрава, то Каин — нрава жестокого. Авель был пастухом, а Каин — земледельцем. Однажды они решили принести Богу жертвы.

Каин первым принес часть своего урожая на алтарь, но был мрачен. Авель же от чистого сердца возложил ягненка. Бог заметил это и принял дар младшего брата, а на старшего даже не посмотрел. Эта избирательность Бога обозлила Каина.

Лицо его стало совсем хмурым. Бог заметил эту перемену в настроении Каина и спросил его, отчего опечалилось лицо его. Если не делаешь доброго, то у дверей грех лежит; он влечет тебя к себе, но ты господствуй над ним".

Каин ничего не ответил, он еще сильнее огорчился, не знал, на ком выместить свою злобу и недовольство. И предложил брату пойти в поле. Когда они остались одни, Каин набросился на Авеля и убил его. Так на земле появились первый убийца и первая жертва. Всевидящий Бог узнал о проступке Каина: Голос крови брата твоего вопиет ко Мне от земли.

И ныне проклят ты от земли, которая отверзла уста свои принять кровь брата твоего от руки твоей. Когда ты будешь возделывать землю, она не станет более давать силы своей для тебя; ты будешь изгнанником и скитальцем на земле". Каин прочувствовал свою вину и боялся, что теперь настанет его черед, его могут убить.

Он попросил защиты у Бога. Странно, но Господь решил пожалеть Каина-убийцу. За что Бог так неласково обошелся с Каином? Может быть, он заранее предчувствовал, что старший брат способен на преступление? По предположениям ученых, это библейское сказание отражает реальные события давнего времени, эпохи первобытного общества, когда богам совершались жертвоприношения.

Именно в те давние времена нередко из корыстных побуждений происходили убийства одного родственника другим. Некоторые, особенно тяжкие, надолго оставались в памяти людей. Рассказы о тех событиях передавались из уст в уста, постепенно они превратились в оформленный сказ, приобретший нравственную поучительную подоплеку. Позднее этот сюжет нашел свое отражение в рукописном тексте Библии и сделался одной из религиозных притч.

Так с библейских времен имя Каин у христианских народов стало синонимом не только подлого поступка, предательства, но и любого безнравственного деяния.

Первоначально отношения братьев были нормальные, но если Авель был кроткого нрава, то Каин — нрава жестокого. Авель был пастухом, а Каин — земледельцем. Однажды они решили принести Богу жертвы. Каин первым принес часть своего урожая на алтарь, но был мрачен. Авель же от чистого сердца возложил ягненка. Бог заметил это и принял дар младшего брата, а на старшего даже не посмотрел. Эта избирательность Бога обозлила Каина.

Лицо его стало совсем хмурым. Бог заметил эту перемену в настроении Каина и спросил его, отчего опечалилось лицо его. Каин ничего не ответил, он еще сильнее огорчился, не знал, на ком выместить свою злобу и недовольство. И предложил брату пойти в поле. Когда они остались одни, Каин набросился на Авеля и убил его. Так на земле появились первый убийца и первая жертва. Всевидящий Бог узнал о проступке Каина: Голос крови брата твоего вопиет ко Мне от земли.

И ныне проклят ты от земли, которая отверзла уста свои принять кровь брата твоего от руки твоей. Каин прочувствовал свою вину и боялся, что теперь настанет его черед, его могут убить. Он попросил защиты у Бога. Странно, но Господь решил пожалеть Каина-убийцу. Он сделал ему знамение, чтобы никто, встретившись с ним, не убил его. И пошел Каин, поселился в земле Нод, женился, родил детей, построил город.

Казалось бы, он переродился, стал вполне достойным человеком, который не грешит, трудится и растит детей. Но печать страшного греха осталась на всем его роде. Характер Каина перешел на его детей, людей недружелюбных, завистливых и прозванных в древности каинитами. Они почитали отца своего и его деяние как проявление высшей силы. Они полагали, что раз Бог оставил в живых их отца Каина, то тем самым простил его грех.

В дальнейшем каиниты почитали Иуду Искариота, предавшего Христа, спасителем людей. Они были уверены, что человечеству нельзя спастись, не пройдя греховный путь. Именно каиниты, их упрямство, почитание отца, первого убийцы, навлекли на всех людей страшную кару — Всемирный потоп. Так первое свершившееся на земле преступление породило бесконечную цепочку последующих.

И в большинстве случаев мотивы для их свершения были почти всегда одинаковые — корысть, зависть, желание устранить человека, чтобы завладеть его богатством. Если отвлечься от канонического текста Библии, то все фигуры этого сюжета надо понимать как символы, необходимые для обозначения поступков человека: Библию следует понимать в нравоучительном аспекте. Каин греховен изначально, это источник злобы и зависти, он совершает преступление и не может переродиться, стать другим человеком, так как в мире добра и зла именно в нем заложены самые греховные черты человека — злость и зависть.

В Библии подробно описаны подвиги судьи и героя Самсона, который жил примерно в X веке до н. Этот герой боролся против врагов иудеев филистимлян — идолопоклонников, населявших приморскую часть Палестины.

Ученые полагают, что такой герой, как Самсон, существовал в действительности и в Библии отражены устные сказания о нем. И когда народ филистимский увидел Самсона, врага своего, то начал прославлять своего бога, который помог им справиться с Самсоном.

Они поставили слепого Самсона между двумя столбами, подпиравшими крышу. А дом этот был полон мужчин и женщин, самых влиятельные людей города. До трех тысяч мужчин и женщин смотрели на забавлявшего их Самсона. И тогда Самсон воззвал к Господу: Вспомни меня и укрепи меня только теперь! Услышал Господь его и опять наделил его силой недюжинной. Самсон схватил каждой рукой по столбу, которые служили опорой дому, сдвинул их с места и сказал: И умерших оказалось гораздо больше тех филистимлян, которых Самсон убил за всю свою жизнь.

Так и погиб Самсон, так были наказаны филистимляне, издевавшиеся над ним. Третий израильский царь, сын царя Давида и Вирсавии, мудрый Соломон — до н. Во время своего правления он старался быть справедливым судьей по отношению к своим подданным и заложил основы правосудия в своем государстве.

Но сам оказался в немалой степени грешен. О детстве и юности Соломона сохранилось мало сведений. Когда его отец царь Давид почувствовал приближение смерти, он решил возвести на престол не своего старшего сына Адонию от предыдущего брака, а младшего — любимца Соломона. Но Адония, сводный брат Соломона, считал себя единственным правомочным наследником. Неожиданная весть о передаче наследства Соломону вызвала в его душе жгучую ненависть к брату.

Старшему не хотелось оказаться в подчинении у младшего. Адония задумал погубить Соломона, но прежде он решил возвести себя на престол, самого себя объявить израильским царем. Адония подговорил некоторых священников и военачальников перейти на его сторону, уверяя их, что когда он станет царем, то все они получат от него богатые дары.

Он собрал 50 колесниц, подготовил воинов. Адония не боялся уже своего отца. Тот стал стар и дряхл, устранить его не представляло большого труда. Но о приготовлениях Адонии прознала жена Давида, Вирсавия, которая, понятно, больше любила Соломона. Она тотчас все рассказала мужу. Слабевшему Давиду пришлось собрать израильский народ и перед ним провести миропомазание Соломона, провозгласить его царем. Слуги Давида перед дворцом стали дуть в трубы, созывая всех граждан.

Вскоре вся площадь заполнилась. Поняв, что хотел царь Давид, люди стали выкрикивать: Однако потерпевший поражение Адония не успокоился. У него зародился план смещения удачливого соперника. Когда Давид умер, а молодой правитель Соломон, вступивший на престол, еще был молод и неопытен, Адония решил обмануть его.

Он попросил у Соломона разрешения на брак со вдовой, одной из бывших жен отца. Соломона насторожила такая странная просьба Адонии. Посоветовавшись с близкими людьми, он пришел к выводу, что это коварный план старшего брата, который с помощью женитьбы обретет права на престол и потребует смещения Соломона.

Адония мог провозгласить себя царем, мог начать войну против неугодного ему Соломона…. Разгадав уловку брата, Соломон понял, что Адония всегда будет претендовать на престол, всегда будет собирать вокруг себя людей, чтобы с их помощью свергнуть его, законно провозглашенного наследного царя. Остановить претворение этих планов можно было только одним способом — избавиться от Адонии. И Соломон отдал приказ своим близким людям убить сводного брата… Расправившись с Адонией и всеми людьми, поддержавшими его, Соломон стал править единолично, всячески укрепляя свою власть.

Соломон не был воином. Он не обучался владению оружием, не участвовал в сражениях, не собирал налоги. Но у него хватало ума, чтобы подобрать себе верных людей, которые делали это лучше его. Он назначил их на соответствующие посты и хорошо платил. Тем не менее молодому царю надо было доказывать народу, что он справедливый и мудрый правитель, который желает своим людям только добра. Соломон совершил несколько жертвоприношений, организовал большое угощение для всех жителей. В то же время ему хотелось покончить с вековой враждой с египтянами.

Но как это сделать? Воевать с ними он не хотел. Зачем губить своих и чужых людей, если противоречия можно решить мирным путем. И Соломон совершил мудрый поступок — он взял в качестве первой жены дочь египетского фараона. Такой поступок у израильского народа считался нарушением брачного закона. И все же Соломон пошел на это. Он сделал это во имя мира и процветания своего народа. Женившись, Соломон ввел дочь египетского царя, вечного врага израильского царя, в свой дом и стал родственником египетскому царю.

Теперь можно было не опасаться нападения со стороны Египта и управлять своим народом, быть для него единственным и справедливым судьей, который единолично судит и карает своих граждан. Однажды к Соломону пришли две возбужденные молодые женщины с младенцем и попросили его рассудить их. Они кричали, перебивали друг друга, старалась доказать царю свою правоту. Каждая утверждала, что младенец принадлежит ей, а другая его присвоила.

Соломон потребовал, чтобы они успокоились и каждая рассказала свою историю. Как он выяснил, суть спора заключалась в следующем. Обе женщины жили в одном доме, в одной комнате, и у каждой было по младенцу, которые спали вместе с матерями в одной кровати. Но в прошедшую ночь одна из них во сне задавила насмерть своего младенца. Проснувшись рано утром и увидев своего ребенка мертвым, она ужаснулась и… мертвого подложила соседке, а живого взяла себе.

Но другая, проснувшись, не поверила, что это она во сне задавила своего ребенка. Они разругались, но, чтобы рассудить свой спор, отправились к Соломону, чтобы он узнал, кто подкинул мертвого ребенка, а живого взял себе. Никто не мог подтвердить правоту одной из них и уличить в подлоге другую. Тогда Соломон приказал слугам принести меч. Он велел разрубить ребенка пополам, чтобы каждая могла взять себе его половину и успокоиться. Одна из женщин, едва услышав приговор царя, стала умолять царя не рубить младенца, а отдать его другой женщине, только пусть он живет.

А другая, наоборот, сказала: Услышав ее слова, Соломон понял, кто настоящая мать младенца. Он приказал отдать ребенка женщине, которая просила не убивать его, а та, которая согласилась с его смертью, была признана виновной в подлоге. Народ, наблюдавший за судилищем, оценил мудрость и справедливость Соломона.

Многие поняли, что царь хоть и молод, но имеет Божий дар — мудрость и прозорливость, это значит, что он всегда определит, кто говорит правду, а кто лжет. С судейской мудростью Соломона связана еще одна легенда есть несколько ее вариантов о золотом кольце. Как-то из окна своего дворца царь увидел проходившего по улице человека, одеяние которого было сплошь украшено золотом. Он повелел своим слугам схватить его и привести к себе. Когда тот человек появился перед ним, Соломон спросил, уж не разбойник ли он, откуда у него столько золота и зачем он носит его напоказ.

Тот ответил, что он ювелир, а носит много золота с той целью, чтобы люди знали, каких дел он мастер, и приходили к нему, приносили свое золото, из которого он будет делать для них украшения. Царь заметил, что этот ювелир не только богат, но и хитер. Соломон попросил ювелира сделать для него золотое кольцо, но не простое, а мудрое, которое способно веселых сделать грустными, а грустных веселыми.

В противном случае он велит казнить человека, который похож на разбойника, выставляет напоказ свое богатство, хвастается им перед людьми, вызывает у них зависть. Он понял, какую непростую задачу поставил перед ним царь. Кольцо он изготовил быстро, но как сделать его мудрым…. Однажды, мучительно размышляя над этим, ювелир встретил знакомого мудреца и рассказал ему о своей печали.

Тот велел ювелиру выгравировать на кольце две надписи — одну на внешней стороне, другую на внутренней. Ювелир сделал так, как сказал мудрец, и отнес кольцо Соломону. Тот взял его, повертел, прочитал фразу на его внешней стороне: Ему вдруг стало грустно, он впервые понял, что его царство не вечно. Разозлившись, он снял с пальца кольцо, хотел его бросить на пол, но заметил на внутренней стороне еще одну надпись: Соломон улыбнулся и успокоился, он понял, что ювелир умный человек, сумевший перехитрить мудрого царя.

Соломон жил долго и счастливо, все считали его самым справедливым царем и лучшим судьей. Но в жизни он немало грешил — имел семьсот жен, триста наложниц, для некоторых построил языческий храм, куда не раз заходил сам. Согласно Библии, Бог сильно прогневался на него за это святотатство и объявил, что после смерти Соломона его царство будет разделено на два: Так и случилось — мудрый Соломон сам совершил неправедные проступки, за которые пострадал целый народ.

Все видевшие Семирамиду отмечали, что она божественно красива. Девушка покорила сердце основателя Ассирии царя Нина, богатого правителя и успешного полководца. Царь отобрал ее у любимого мужа. Царь делал ей дорогие подарки, удовлетворял любые ее желания, но красавица была холодна с ним.

Согласно преданию, Семирамида родилась якобы от сирийской богини Деркето, или Астарты, нижняя часть туловища которой изображалась в виде рыбьего хвоста. Богиню Деркето якобы соблазнил простой смертный. Это был большой грех, и чтобы его скрыть, она убила своего любовника, а родившуюся от него девочку спрятала в горах.

Малютку кормили птицы, в основном голуби, потом ее отыскали пастухи, привели в свое селение и оставили у себя. Со временем девочка превратилась в прекрасную девушку, и когда ее случайно увидел царский советник Оанис, то был поражен ее необыкновенной красотой.

Ему понравилось и ее необычное имя Семирамида, оно ласкало слух. Он выкупил девушку у пастухов и сделал своей женой. Оанис всячески оберегал Семирамиду, никуда не выпускал, боялся, что мужчины, увидев девушку, похитят ее у него.

Он требовал, чтобы она покрывала голову платком, скрывая свое прекрасное лицо, носила длинные одежды, чтобы никто не догадался, какая у нее стройная фигура. Несмотря на все эти ограничения, Семирамида полюбила Оаниса и хотела от него детей.

Но об удивительной красавице все-таки узнали тайные советники царя Нина и донесли ему. Их слова возбудили в царе желание посмотреть на Семирамиду. Он вызвал Оаниса и приказал ему привести Семирамиду во дворец. Аоанис не смог отказать царю, и произошло то, чего он опасался. Царь Нин велел девушке снять с головы платок и скинуть длинные черные одежды. Когда он увидел лицо и фигуру Семирамиды, тотчас воспылал к ней любовью. Он приказал оставить девушку у себя, а Оанису убираться вон.

Тот от горя тотчас вытащил кинжал и на глазах царя, Семирамиды и всех царедворцев убил себя. Царь был очень рад такому исходу. Он легко избавился от соперника и приобрел необыкновенную красавицу. Он всячески старался угодить новой жене, но, как ни старался, не мог завоевать ее сердце. Семирамида оплакивала потерю Оаниса и к ласкам царя оставалась холодна. Нин делал ей подарки, окружил исполнительными рабами, музыканты играли для нее, циркачи показывали свое искусство, она оставалась равнодушной ко всему.

Вскоре она родила мальчика, его назвали Ниний. Семирамида посвятила ребенку всю себя, а к царю еще больше охладела. Царь Нин не знал, что ему делать. Он вызвал советников, и те посоветовали ему исполнить любое желание красавицы, даже самое необычное. Тогда царь позвал к себе царицу и спросил о причине ее плохого настроения. Тогда он предложил ей потребовать у него все, что она пожелает, он все отдаст ей с удовольствием. Царица неожиданно улыбнулась и согласилась.

Она попросила, чтобы он… отдал ей трон на несколько дней, чтобы она была полноправной царицей и могла править всем: Это бы ее развеселило, и она полюбила бы его. Царь Нин очень удивился такому желанию, но в обещанной просьбе отказать не мог. Он посадил ее на трон и отдал все атрибуты царской власти, в том числе меч. Семирамида, как и хотела, стала управлять государством. В первую очередь под страхом смертной казни она потребовала от слуг неукоснительного исполнения своих приказов.

И когда через несколько дней убедилась, что те слушаются ее, приказала схватить Нина и тотчас казнить его. Это было немедленно исполнено. Так она отомстила царю за потерю своего любимого.

В дальнейшем Семирамида не только жила в свое удовольствие, но и многое сделала для города и его жителей. Она организовывала военные походы в Египет, Эфиопию и даже Индию, начала строительство величественного города Вавилона, который, по ее замыслу, должен был стать красивее и богаче Ниневии.

Все было у царицы Семирамиды, но не хватало любви своего сына. Ниний рос скрытным, злобным и не раз давал понять ей, что ему известна тайна смерти его отца. Проницательная Семирамида уступила ему трон, но и после этого сын не перестал ее ненавидеть.

В дальнейшем Семирамида, по одной легенде, превратилась в голубку и улетела на свою родину, в те места, где ее кормили голуби. По другой, ее убили нанятые сыном заговорщики. Так он отомстил за смерть своего отца.

А знаменитые висячие сады, названные именем Семирамиды, появились спустя два века. Их для своей любимой жены Амитис велел построить другой царь, Навуходоносор II. На полотне изображена девушка с мечом в правой руке.

Под ее левой ногой — отрубленная голова мужчины, полководца Олоферна, верно служившего вавилонскому царю Навуходоносору, покорителю израильских земель. Сюжет убийства главы вавилонского войска Юдифью известен с середины II века до н. Одни ученые считают его библейской легендой, некоторые, наоборот, эпизодом ок. О жизни Юдифи известно очень мало.

Она была молодой и красивой вдовой, любила свой родной город Ветилую Бетулию и не хотела его покидать. Но пришедшие к его стенам вавилоняне во главе с Олоферном перекрыли реку, лишив жителей питьевой воды и рыбы. Даже старейшины впали в панику, готовы были сдаться на милость победителя и открыть городские ворота.

Тогда перед ними выступила Юдифь. Она сказала, что хочет спасти родной город. Пусть все ждут ее возвращения и не предпринимают никаких мер. Ее план был прост — соблазнить Олоферна и убить его, даже если за это придется поплатиться собственной жизнью. По примеру свободных женщин она решила отправиться в палаточный лагерь расположившихся вокруг Ветилуи вавилонян и познакомиться с Олоферном.

Она надеялась, что сумеет очаровать его, соблазнить, а затем… Она была уверена, что неожиданное убийство полководца внесет сумятицу в его войско, солдаты испугаются, снимут осаду и уйдут. Это был наивный план, но женщины использовали его с древнейших времен, и другого у нее не было. Юдифь нарядилась, украсила себя браслетами, кольцами, посвятила в свой план служанку. Она велела ей наполнить корзинку последними запасами вина, фруктов, и они отправились в стан врагов.

Стражники-вавилоняне их остановили, спросили, куда они направляются. Юдифь ответила, что их пригласил к себе великий полководец Олоферн, они несут ему гостинцы. У девушек оружия не было, и их пропустили. Юдифь направилась к самому большому и богатому шатру. У входа их встретил слуга Олоферна и спросил о цели визита. Слуга не поверил и не захотел впускать их к своему хозяину.

Но на шум голосов вышел сам Олоферн. Увидев перед собой красивую женщину и ее служанку, он спросил, кто они и откуда, а узнав, любезно пригласил обеих к себе. Олоферн усадил Юдифь за стол, позвал слугу, потребовал принести им богатое угощение. Он расспрашивал Юдифь о ее жизни, о городе. Между тем рабы поставили на стол вино, фрукты. Юдифь делала вид, что пьет наравне с Олоферном, на самом деле старалась подлить ему побольше, надеясь, что он быстро захмелеет и уснет.

Юдифь держалась из последних сил. Наконец Олоферн устал от продолжительного возлияния, его веки смежались, он засыпал. Юдифь поняла, что настал ее час. Приказным голосом хозяйки она потребовала, чтобы рабы перенесли хозяина на постель, а потом вышли из палатки и не заходили в нее до утра. Вместе с рабами шатер покинул и недовольный слуга, захватив с собой ее служанку. Юдифь и спящий Олоферн остались одни. Теперь ничто не мешало ей приступить к исполнению главной части плана.

Она взяла в руки тяжелый меч полководца, подошла к постели и едва слышно произнесла: Обеими руками Юдифь подняла меч и со всей силой дважды ударила им по шее.

Потом она взяла отрубленную голову за волосы и бросила в корзинку, в ту самую, в которой служанка принесла еду, сверху накрыла платком. Через некоторое время Юдифь крадучись вышла из шатра. Прибежавшая служанка сказала, что слуга отпустил ее, но только после того, как она припугнула его своей хозяйкой, которая пожалуется на него Олоферну….

Женщины двинулись обратно, далеко обходя горящие костры. Вскоре они вышли за пределы палаточного городка, им не верилось, что они выполнили задуманное и их главный враг Олоферн мертв. Они быстро двигались в гору по направлению к городу. Когда впереди показались запертые ворота, Юдифь стала кричать, что это идут свои, у них добрые вести, пусть не боятся и побыстрей открывают.

У городских ворот их ждали старейшины. Услышав знакомый голос Юдифи, они осторожно приоткрыли ворота и впустили женщин. Служанка опрокинула на землю корзинку, из нее выкатилась окровавленная голова полководца Олоферна. Юдифь рассказала всем подробности соблазнения и убийства заклятого врага.

Старейшины от радости стали плясать вокруг нее. На другое утро, как повествуется в Библии, среди вавилонян быстро распространился слух о гибели их полководца Олоферна. Эта весть была настолько неожиданной, что перепугала всех до смерти. Оставшись без командира, воины не знали, что делать. Боясь нападения израильского войска, они спешно оставили палаточный городок.

Город Ветилуя был спасен, хотя и на время, зато сказание о кровавом деянии Юдифи пережило тысячелетия.

По верованиям древних греков, богиня Артемида заботилась обо всем, что растет на земле. Она даровала счастье людям в браке, благословляла рождение детей. Греческие женщины и мужчины любили величественный храм с колоннами, где они поклонялись статуе Артемиды, и с удовольствием показывали его приезжим.

Но жил в Эфесе человек, который решил уничтожить святыню. В году до н. Несмотря на скупость, он не жалел денег на развитие города. При нем Эфес достиг вершин благополучия. Крёз относился к жителям благосклонно, он отдал личные средства на строительство нового храма для богини Артемиды.

В Британском музее и поныне находятся колонны главного фасада храма, украшенные рельефами. На них сохранились памятные надписи самого Крёза. Проект храма разработал архитектор Херсифрон из Кносса. При нем были возведены стены храма и установлена колоннада. После смерти зодчего строительство продолжил его сын Метаген, а заканчивали постройку архитекторы Пеоний и Деметрий. Этот огромный беломраморный храм не имел аналогов ни в одной земле Древнего мира. Своими размерами и отделкой он поражал воображение граждан, статуя Артемиды, сделанная из золота и слоновой кости, вызывала всеобщее восхищение.

Длина храма составляла метров, ширина — 51, а высота колонн достигала 18 метров. Храм Артемиды использовался не только для религиозных церемоний, он стал также местом проведения разных торжественных мероприятий.

Жители Эфеса любили свой храм, гордились статуей Артемиды. В праздники весны и урожая они приходили в храм, приносили богине свои дары, устраивали спортивные состязания, танцы, пели песни в ее честь.

Среди жителей был молодой человек по имени Герострат. Сведения о нем до нас донес древнегреческий историк Феопомп. Герострат с детства участвовал в торжественных обрядах, знал все их таинства. Но, в отличие от других, статуя богини не вызывала у него чувства восторга и гордости. Он не умел толком ничего делать — ни строить, ни ваять в камне, ни выступать с речами, зато был честолюбив без меры, жаждал славы. Его раздражали чужие богатства и слава.

Не раз в полном одиночестве он приходил к храм, молча смотрел на Артемиду, пытаясь понять: Тогда у него созрело желание уничтожить статую богини и храм, посвященный ей. Тогда все узнают о нем, и он станет знаменит. Темной ночью 21 июля года до н. Он начал обкладывать хворостом стены храма. Большой огонь, по его замыслу, должен был охватить все сооружение. В его пламени должна была погибнуть богиня плодородия. Если она всемогуща, то выберется из горящего здания. А если не выберется, то она не всемогуща….

Герострат поднес пламя от горевшего светильника к кучке сухой соломы. Огонь перебрался на ветки сухого хвороста. Скоро все горело вокруг. Герострат отошел в сторону. Он любовался делом своих рук: Налетевший ветерок поднял пламя вверх к крыше. Опьяненный разгоравшимся пожаром, отблесками яркого пламени, Герострат начал плясать. Храм сгорел, пожар потушить не смогли. Жрецы и весь народ были в ярости. Кто осмелился посягнуть на самое святое для греков? Они потребовали отыскать поджигателя.

Герострата быстро нашли, он и не думал прятаться. Ему хотелось, чтобы жители Эфеса собрались на площади перед сгоревшим храмом и выкрикивали его имя. Но все произошло по-другому. Его привели в подземелье и стали допрашивать. Он сознался в содеянном, но палачи продолжали его пытать, чтобы выяснить истинную причину столь ужасного поступка. Герострат, как заведенный, повторял одно и то же: Судьи приговорили его к смерти, а имя велели вычеркнуть из списка жителей города и никогда не упоминать его.

На другой день глашатаи бегали по Эфесу и собирали народ. Они выкрикивали, что если кто произнесет имя Герострата, то поплатится жизнью. Этот приказ не был выполнен. Имя Герострата, наоборот, укрепилось в сознании ошеломленных людей. А историк Феопомп сделал в своих трудах специальную запись, тем самым увековечив имя этого человека в истории.

Тщеславный Герострат добился своей цели — он прославился в веках. Его имя и преступление, которое он совершил, знает каждый школьник, изучающий историю Древней Греции.

В Древнем Риме жрецами богини домашнего очага Весты были весталки — непорочные безбрачные девы, которые поддерживали священный огонь в храме и совершали жертвоприношения. Они пользовались большим почетом у горожан, считались неприкосновенными, любой, оскорбивший их, мог быть предан смерти.

Иногда полководцы брали их с собой в военные походы в надежде, что они принесут победу. Но если кого уличали в обмане и прелюбодеянии, то таких ожидала мучительная казнь — закапывание живьем в землю. Не всегда расправа с ними была справедливой. Примером тому служит, увы, поражение римлян от Ганнибала при Каннах в году до н. Помимо поддержания огня, участия в жертвоприношениях весталки участвовали в магических обрядах — предсказаниях, гаданиях, то есть выполняли роль жриц.

Как правило, весталками становились совсем юные девушки из знатных патрицианских семейств. Ими могли быть только красивые, без физических недостатков. Они носили исключительно белые одежды и повязку на голове. Служили весталки до 30 лет, после этого срока они могли уйти из храма и начать семейную жизнь. Но в большинстве случаев весталки оставались при храме — они привыкали к свободе, были обеспечены всем необходимым даже в старости. Началась Вторая Пуническая война. Ганнибал был давним врагом римлян, он боролся за расширение влияния Карфагена не только в северной части Африки, но и за господство на Средиземном море, за владения в южной части Европы.

Эта борьба с переменным успехом длилась годами. По дошедшим до нас сведениям, Ганнибалу потребовалось около шести месяцев, чтобы достичь северной части Италии. Его войска захватили город Турин, полностью разбили римские отряды под командованием полководца Гая Фламиния, который погиб, и двигались по направлению к Риму. Карфагеняне устали, они были истощены длительными переходами, испытывали трудности с добычей продовольствия.

Казалось, при таких благоприятных условиях римляне могли легко одолеть врага. И навстречу Ганнибалу, у которого оставалось примерно 26 тысяч воинов, из Рима и его провинций отправились новые, хорошо вооруженные отряды, свыше 90 тысяч солдат, под командованием известных полководцев, консулов Терениция Варрона и Павла Эмилия.

С собой они решили взять шесть весталок, рассчитывая, что, когда противник будет разбит и позорно побежит, а Ганнибал схвачен, они совершат жертвоприношения богам и отпразднуют победу. Но римские консулы не учитывали полководческий дар Ганнибала, который умел предвидеть поведение противника на поле боя. Войска сошлись в Апулии при Каннах.

Варрон, ощущая перевес в живой силе, решил пустить пехоту и двигаться напролом. Ганнибал же расположил свои войска полукругом — с обоих флангов у него была приготовлена конница. Едва римляне оказались в центре полукруга, как Ганнибал дал приказ выступить коннице. Римляне попали в окружение. Попытки пробиться к успеху не привели. Карфагеняне рубили их сверху, а затем разгром римлян довершила пехота карфагенян. Римляне потеряли в этом сражении 81 тысячу человек!

Потери Ганнибала оказались значительно скромнее — всего 6 тысяч. Кто был виноват в исходе боя? Солдаты, командиры или полководец Варрон? Но как объяснить поражение и страшные потери в сенате, что будут думать жители Рима? И тогда… вину за поражение в битве с Ганнибалом возложили на… шесть юных красоток. Эти жрицы богини Весты неправильно вели себя, они разгневали богов, которые отвернулись от римлян.

Надо срочно возвращаться в Рим и устроить над ними суд. И такой суд состоялся. После возвращения весталок допрашивали, выясняли их отношения с командирами. Их осмотрели и установили, что они уже давно не девственницы, что обряд целомудрия ими нарушен. Весталки вопреки закону о чистоте прелюбодействовали… Отсюда гнев богов, отсюда разгром многотысячной армии.

Рассматривавший это дело суд вынес суровый приговор: На головы молодых красивых девушек сыпались проклятия. Их не стали закапывать по грудь в землю, как это предписывалось обычаем, их пощадили — замуровали навечно в подвальном помещении, оставив еды на несколько дней. Никакие оправдания, стоны, мольбы о прощении не помогли.

Весталки должны были понести наказание за поражение при Каннах. И вот что удивительно, едва римляне расправились с весталками, как новый консул Марцелл, которого отправили на битву с Ганнибалом и который предусмотрительно не взял с собой в поход весталок, одержал первую победу над карфагенянами.

В дальнейшем римские войска полностью вытеснили Ганнибала с Апеннинского полуострова — он был вынужден отплыть к африканским берегам. Вина весталок в проигрыше, как посчитали древние римляне, была полностью доказана.

Знаменитый греческий ученый Архимед — до н. Универсальный мыслитель, он, в зависимости от решаемой задачи, становился математиком, механиком, изобретателем и даже… следователем-криминалистом. Царь Сиракуз Гиерон, который находился с ним в родственных отношениях, часто использовал выдающиеся способности Архимеда.

Однажды он попросил ученого определить меру золота в его короне. Слуги подозревали, что мастер, изготовивший ее, часть золота присвоил. Авторы Древнего мира сообщали об этой истории разное. Обобщив дошедшие до нашего времени сведения, можно представить как это происходило в действительности. Царю Гиерону хотелось знать истину. Перед ним стояли весы с двумя чашами, которые замерли напротив друг друга. На одной чаше лежала его новая корона, которая должна была быть из чистого золота, на другой покоился точно такой же слиток золота, который был отпущен им на ее изготовление.

Весы наглядно демонстрировали — обе меры равны. Данное мастеру золото для короны было использовано полностью. Почему же слуги из мастерской утверждали, что мастер обманул царя.

Они видели, что мастер вместо части золота подмешал в корону светлый металл, скорее всего серебро. Это сообщение сильно разозлило Гиерона. Он понимал, что если мастер, которому он доверял, утаил часть золота, а значит, украл, то также он будет поступать и в будущем, а скорее всего, поступал и в прошлом.

Это преступление, и по закону мастер должен быть сурово наказан. Но как доказать его вину? А может, слуги ошиблись и оговорили честного человека? На весах меры золота и короны равны. И блеск короны ничуть не меньше, чем у слитка. Получается, что за клевету должны быть наказаны слуги.

Categories: История

Это все о Боге. История мусульманина атеиста иудея христианина Сельманович С.

Они движутся быстро и решительно, влекомые стремлением, подозрением — или, скорее, знанием — что в мире есть нечто большее, чем монотонный дневной гул, производимый человечеством, спрессованным в фабрику грез размером с большой город.

Тем не менее, этот город — священное место; Бог любит людей, и где люди, там и Бог. Однажды, когда я преподавал в христианской богословской семинарии в Мичигане, одна девушка на занятии подняла руку и вызвалась рассказать о впечатлении, которое привело ее в лоно веры. Это случилось много лет назад, когда, находясь в своей комнате и сидя за компьютером , она обернулась, чтобы дотянуться до книги. Именно так она выразилась. Мысли остальных присутствующих так и читались по их лицам: Вот от таких-то бестактностей и страдает репутация нашей респектабельной религии, христианства.

Но та, кого они имели в виду, была в здравом уме и не теряла связи с реальностью, она сияла, как ясный и снежный мичиганский день за стенами класса в университете Андрюса. Подобные впечатления подкрепляют наши надежды и ассоциируются с нашими убеждениями. Два мира становятся единым целым. Некто или Нечто вложил эту частицу вечности в наш внутренний мир. Край этой божественной занозы впивается в наши смертные ткани. Неудивительно, что каждый поворот жизни ранит нас.

Мы существуем, но хотим большего. Иногда это желание ощущается как тупая боль, иногда — как резкая и острая, когда заноза проникает в плоть. Так Бог благословляет нас. Мы обращаем внимание на ту часть тела, в которой ощущается боль. Мы поминутно разглядываем ее. Мы щупаем ее, моем, охлаждаем, согреваем, чешем, подсасываем, покусываем, оставляем ее в покое. Мы пытаемся забыть о ней.

Жизнь — настолько грандиозный дар , что мы неизбежно начинаем стремиться к большему, нас влечет Некто или Нечто, от кого мы получили этот дар. Года два назад одна телесеть предложила нашей семье принять участие в таком шоу, по условиям которого две семьи на некоторое время должны были поменяться одним из членов. Продюсеры сочли, что присутствие семьи священнослужителя оживит шоу.

Предложение подкрепили обещанием 50 тысяч долларов в случае согласия. Все это прозвучало заманчиво. А затем началась подготовительная работа. Список требований к видеоматериалам занимал две страницы. Нас просили быть не такими, какие мы есть на самом деле, а стать подчеркнуто привлекательной версией самих себя. Несмотря на все уверения телевизионщиков в обратном, реальность их не интересовала. Да, мы не были актерами, которым платят за работу, Тем не менее, нас просили сыграть роли.

Мы должны были играть самих себя. Нашу семью попросили не снимать скучных, беспорядочных и небогатых событиями сторон нашей повседневной жизни. А между тем сама тайна жизни скрыта в обыденности, в ее утомительности, повторяемости, временном характере, непоследовательности. Мы с женой отклонили предложение и вернулись к нашей работе, стирке и оплате счетов.

Поскольку подобные шоу утаивают реальность от зрителей, они вполне могут быть одним из многочисленных средств, которыми мы притупляем боль, вызванную этой занозой, осколком вечности, и тем фактом , что человеческая жизнь сама по себе является просто чередой проходящих дней. В боли человеческих несчастий и страданий нет ничего гламурного.

А мучительнее отсутствия Бога не может быть ничего. Но жизнь, которая носит вечный характер, всегда начинается именно там — в жизни как она есть. Мы ощущаем эту боль как раз потому, что Дар существует здесь и сейчас, среди нас. Таким образом, боль божественного отсутствия становится знаком божественного присутствия. Если он не здесь, то где же? Если не сейчас, то когда? Всю свою жизнь мы проводим на границе между двумя мирами: Что придаст нашей Жизни смысл Поклонение кумирам чуждо иудаизму.

Вместе с тем иудаизм и Библия учат, что в мире есть нечто, сотворенное по образу и подобию Бога. Это не храм, не дерево, не статуя и не звезда. Единственный символ Бога — человек, каждый мужчина и каждая женщина.

Это учение имеет многочисленные и многозначительные подтексты, главный из них заключается в том, что в каждой из наших жизненных историй является Бог.

И прекрасные истории, и те, которыми мы ни с кем не делимся, вносят свой знак восклицания в вопли , обращенные к небесам нами, живущими на земле. Независимо от своих идеологических и религиозных убеждений, все мы живем надеждой, что вместе все наши истории в итоге сплетутся в гобелен любви и смысла.

Библия говорит, что с человечеством все идет отнюдь не так гладко. Но рядом всегда та же благодать, которая создала нас и способна восстановить. Иудеи сказали бы, что, следовательно, восстанавливающее откровение Бога человечеству зависит от нас с вами, от наших рассказов о сохранении и восстановлении.

Бог предпочел поместить свою истину и красоту в нас! Иудаизм учит, что невозможно познать Бога, не познав человека, и познать человека, не познав Бога. Вот почему иудеи утверждают, что самый верный путь к познанию — истории, притчи, а не информация.

Ни один факт не в состоянии говорить сам за себя. Каждая истина зависит от истории, от контекста, а каждое богословское учение представляет собой биографию. Сегодня мы ведем опосредованную жизнь, привыкаем скорее наблюдать за ней с помощью СМИ, чем проживать ее; мы отворачиваемся от собственных историй и историй окружающих нас людей, словно они и вправду то, чем кажутся — обыденность, череда проходящих друг за другом дней.

Наше воображение становится пассивным и ленивым, наши фантазии — все более похожими, поскольку они срежиссированы профессионалами. Опасаясь обрести поразительное великолепие в своей заурядной личной жизни и ничем не примечательных сообществах, мы не решаемся искать Бога в себе и в окружающих. По сути дела, мы боимся быть образом Бога. Нас ужасает перспектива отыскать образ Бога в тех, кто не представляет собой наш образ и наше подобие. Однако уклониться от явного великолепия жизни , заключенной в нас, невозможно.

Что бы мы ни делали для этого, занозу вечности не вынуть. Дар жизни заявляет о себе, несмотря на смерть, окружающую нас повсюду. Так давайте же все до единого начнем повторять за кухонными столами, на религиозных собраниях, в кофейнях, на городских площадях и в чатах: Я сотворен по Божьему целем.

У мамы сохранилась фотография того времени: А рядом — они: Моего отца зовут Сеад, потому что он из семьи черногорских мусульман. Маму — Марта, потому что ее родители — католики из Словении. Мы жили в Социалистической Федеративной Республике Югославия, значит, нам всем полагалось быть атеистами.

Но мы не верили ни в одну из этих религий или идеологий. Точнее, мы делали больше, чем просто жили. У нас была своя чудесная религия. Два ее учения, которые никто не выражал словами, были такими же весомыми , какой только способна быть религиозная догма. При социализме, в условиях которого мы жили, нас почти не отвлекал непрестанный маркетинг потребительских товаров. Все в конечном счете сводилось к взаимоотношениям. Вот почему у нас дома всегда вкусно пахло.

В конце месяца Рамадана устраивался праздник с неторопливым приготовлением жареной баранины, хотя никто не постился ни единого дня. На Рождество мы наряжали елку, на Пасху запекали окорок, но не ходили в церковь. Дни государственных праздников нашей страны мы отмечали затейливой европейской выпечкой, но не собирались посещать Музей социалистической революции. Лучшую говядину мы находили в горах Боснии; мой отец сам ежегодно выбирал корову, которую предстояло принести в жертву ради нашей семейной веры, и мы коптили ее мясо в арендованной коптильне.

Мы сами квасили капусту, у нас была своя бочка с лучшим сербским сыром, а для всех видов мяса, какие только можно было раздобыть, мы держали в доме не один, не два, а целых три социалистических холодильника с морозилками. С тех пор как мне исполнилось четыре года, по выходным отец возил меня на базарную площадь в центр нашего большого города.

Он сам учил меня выбирать лучшие продукты. Мы возвращались домой в машине, нагруженной превосходным мясом и овощами из деревни, мама с сестрой помогали нам перетаскивать на кухню драгоценную добычу. Хотя мы жили в городской квартире, несколько раз отец привозил домой живых кур, которых мы резали в ванне. Это к слову об экологически чистых и свежих продуктах! У каждого из нас были свои обязанности на кухне, мы часто бегали к плите или к духовке — смотреть, как подрумянивается фаршированная телячья грудинка, жарится белая средиземноморская рыба или поднимается кекс с грецкими орехами.

Стоя на коленях перед духовкой, мы с отцом смотрели сквозь застекленную дверцу, как от тепла предмет нашего вожделения поднимается и опадает, отец ласково клал ладонь мне на макушку , словно благословляя, и говорил: Каждую осень мы покупали отборный виноград. Напряженная работа длилась неделю, на которую мне приходилось отменять все вечерние прогулки с друзьями. Вся жизнь, не связанная с виноделием, замирала. Когда этот нектар становился выдержанным, мы разливали его по бутылкам, и весь следующий год отец с гордостью выставлял их на стол во время нескончаемой череды праздников.

Полагалось быть великодушным, честным, трудолюбивым — в особенности трудолюбивым. У каждого человека и каждой семьи имелась репутация, или честь. Такова характерная особенность большинства восточных народов. Помимо возможности радоваться, в жизни важно было подтверждать репутацию или честь, беречь ее, держать незапятнанной. Постыдные поступки бесчестили и пятнали репутацию. Репутация приобреталась путем достижения успехов в своем деле, в результате уважения окружающих, при наличии семьи.

Ее портили лень, лживость, скупость, бездомность или бессемейность. На протяжении почти всей жизни я обеспечивал себе прочную репутацию усердной учебой. За хорошие оценки мне прощали все, родители оплачивали мои занятия спортом и поездки. Образование и связанная с ним репутация ценились так высоко, что родители даже смотрели сквозь пальцы на некоторые отступления от кодекса чести — например, когда в старших классах я начал встречаться с учительницей или был пойман при попытке контрабандой провезти марихуану из Франции в Германию во время летних каникул.

Я честно учился, у меня была прочная репутация. Я хотел бы, чтобы процедуре обрезания хитан меня подвергли сразу после рождения или на седьмой день после него, как, согласно хадисам изречениям пророка поступал со своими сыновьями пророк Мухаммад.

Но в семье моего отца, где придерживались суннитских традиций ислама , а не обычаев Аравийского полуострова, мальчиков обрезали позднее, обычно в возрасте лет, вероятно, в ознаменование перехода от детства к юности. Все произошло очень быстро, однажды летним днем в городской больнице, и прежде, чем ко мне вернулась способность ходить, не испытывая дискомфорта, в мою честь закатили праздник.

Сотни близких родственников съехались на дачу, которую мы снимали за городом. Прибыли двоюродные и троюродные кузены, явились дяди, которых я прежде никогда не видел. Все это напоминало День независимости, день рождения и День благодарения, вместе взятые. Согласно обычаю проведения подобных праздников, все дарили мне деньги, чем вполне возместили необходимость приучаться мочиться заново и в муках. Только спустя много лет я понял, насколько важен был для моего отца шумный и обильный праздник по случаю моего обрезания.

Он вобрал все великолепие нашей семейной религии. Два учения — о радости и чести — слились воедино в идеальной гармонии.

Мой отец был старшим сыном в большой семье и после смерти своего отца и деда Займа стал чем-то вроде патриарха в любящем веселье городском племени мусульман. Отец был смекалистым дельцом и обаятельным лидером. Он покинул отцовский дом, чтобы поискать лучшей жизни в городе, и добился своего. Затем он принялся помогать родителям, братьям, сестрам и их семьям переселиться поближе, чтобы им было легче устроиться на новом месте.

В заключение разговора о репутации добавлю, что моя мама была неутомимо, а временами — и почти опрометчиво отзывчивой и щедрой, быстро и живо откликаясь на беды тех, кто нуждался в помощи.

И отец следовал ее примеру. Поэтому на праздник пригласили всех и каждого. В день обрезания их единственный сын стал многообещающим юношей, которому предстояло показать миру , на что он способен. Еще один мужчина в доме был готов двинуться по своему пути! В тот день соединилось прошлое, настоящее и будущее моего отца. Казалось, мой отец родился под счастливой звездой, и с тех пор удача не покидала его, несчастья не преграждали путь. Моя домашняя религия со всеми ее запахами, цветами, смехом, упорным трудом и объятиями была для меня предвкушением жизни, имеющей оттенок вечности, которой, как мне казалось, должны жить люди.

В возрасте 18 лет, проходя обязательную службу в югославской армии, я нашел жемчужину, которую искал, и стал последователем Иисуса. На моих ничего не подозревающих родных словно обрушилось небо. То, что небеса обещали как высшее блаженство, они восприняли как страшное проклятие. Он почти не распространялся о своих чувствах, и поэтому у нас никогда не было серьезных мужских разговоров.

Время от времени он давал мне советы — например, когда заметил, что я всеми силами пытаюсь сохранить отношения с девочкой из моей школы, сказал: Чтобы по—настоящему заботиться обо мне, мой Бог должен также заботиться о вас. Биение сердца религии, которое благословит мир, должно достигать его краев. Мы уже начинаем осознавать, что наши отношения с иными и отношения с Божественным Иным неразрывно взаимосвязаны. Все это действительно относится к Богу, а Бог на самом деле имеет непосредственное отношение ко всем нам.

Но признание наличия абсолютной истины, справедливости и красоты в иных может дорого обойтись. Для многих из ваших и моих товарищей по вере это все равно, что отречься от убеждений наших сообществ, совершить предательство. Когда я стал христианином, мои взбешенные родные, атеисты и мусульмане, выгнали меня из дома на два года. В то время я учился в колледже, изучал проектирование строительных конструкций и был вынужден полагаться на доброту чужих людей, кочуя из одного дома в другой.

Когда я начал сомневаться в христианских выдумках о превосходстве над всеми прочими религиями, мне пришлось принять нелегкое карьерное решение, отказаться от стабильной работы в большой церкви и вместе с женой и двумя маленькими дочерьми начать жить заново. Вот почему каждому из нас следует хорошо подумать, прежде чем всерьез задуматься о сакральном в иных. Руководители организаций, к которым мы относимся, будь они либеральными, консервативными и любыми другими, не знают, что делать в этом случае.

Не знают и наши родные. Слишком во многом то, кем мы являемся, зависит от сохранения поляризованного и раздираемого конфликтами мира. Вызов, брошенный такому положению вещей поисками Бога в иных, не только подрывает наше общественное чувство идентичности, но также изменяет наши социальные и экономические структуры на каждом уровне, от семейного до общенационального.

Каким—то извращенным способом мы научились извлекать выгоду из несчастного разделенного мира, который сами создали. Теперь нам предстоит отучиться от того, что, как нам кажется, мы знаем, а затем осваивать искусство признания новообретенной реальности нашего глобально взаимосвязанного сообщества.

Если вы хотите избрать этот путь и бросить вызов истине, усвоенной с ранних лет, утешением вам могут стать слова любимого писателя квакеров Паркера Палмера:. Ответ, который я находил в жизни таких людей, как Роза Парке, прост: Для меня продолжать потворствовать выдумкам сторонников доминирования моей религии — все равно что унижать и себя, и свою религию. Мое путешествие с Богом прекратится. В моей жизни нет будущего для такого Бога.

Я не задаюсь вопросом, нужны ли нам границы, чтобы обладать идентичностью. Мой вопрос касается нашей практики проведения черты между нами и иными на основании обладания тем, что не может принадлежать нам. До нас постепенно доходит: Райнер Мария Рильке написал стихи, в которые вошли эти строки:. Эти слова служат мне глубоким утешением. Определенность моей личной системы убеждений уступает место представлениям о Боге, которым я не могу владеть, таким образом открывая путь к лучшему виду определенности.

Англо—шриланкийский философ Ананда К. На собственном опыте я убедился, что мы, религиозные люди, особенно иудеи, христиане и мусульмане, постарались перестраховаться. Мы говорим, что верим в Бога всех людей. Но на самом деле это не так. Нам трудно мириться с мыслью, что и другие могут научить нас чему—то важному, связанному с нашей святыней, нашим Богом.

Мы склонны одобрительно кивать другим, когда они просто повторяют то, что нам уже известно. О взаимном обмене и речи нет. Да, мы готовы защищать Бога, в которого верим. Но можно ли сказать что—либо значимое о Боге с позиции защиты? И атеисты время от времени переходят в наступление. Борясь с религией и религиозными людьми, новые атеисты порой попадаются в ту же ловушку, что и верующие, окружая воинствующую догму кольцом фургонов. Может быть, пришло время религиозным людям отказаться от Бога, в которого они верят, а атеистам отказаться от Бога, в которого они не верят?

Тогда наши разговоры о Боге перестанут превращаться в строительство стены, разделяющей нас, и станут словами и поступками, связанными с тем, что имеет для нас значение, с этим чудом своеобразия и единства, происходящим сейчас на этой земле. Правильно осуществленный акт отречения от наших собственнических притязаний на Бога станет не предательством своей религии или взглядов, а выражением признательности Богу и подтверждением прекрасного дара, которым наделены все мы, — жизни.

На нашей тесной планете с ее взаимосвязями и взаимными зависимостями рушатся барьеры и преграды, которые когда—то позволили нам замалчивать вопросы жизни Бога среди приверженцев других религий. Наши жизни взаимосвязаны, наше будущее определяется нашей способностью устремлять взгляд дальше, чем просто к мирному сосуществованию, и учиться процветать в атмосфере взаимозависимости.

Вся планета — один большой дом. Одна за другой наши религии и картины мира продолжают проигрывать битву с жизнью, а мы тем временем учимся с уважением относиться к тому, о чем говорит опыт нашего сосуществования. Теория и практика поисков Бога в других смещается от границ нашего религиозного опыта к его центру. Более удачная определенность уже в пределах нашей досягаемости. На следующих страницах я приглашу вас совершить прогулку по некоторым эпизодам моей жизни.

В моей истории вы — желанный гость. И если мне когда—нибудь выпадет честь познакомиться с вами, я не прочь услышать вашу историю. Раз в год мы возим своих двух дочерей, Эну и Лету, на кладбище. Обычно мы делаем это в отпуске, чаще всего в шаббат, в городе, где нет общины, богослужения которой проводятся в субботу.

Моя жена Весна находит на карте ближайшее кладбище, я собираю корзину для пикника, все мы стараемся принарядиться. Новые, запущенные, ухоженные, забытые. Памятник монахини—католички, мавзолей отважного пожарного, участок с могилами мусульманской семьи, надгробие поэта.

Девочки отмечают детали на портретах, впечатанных в поставленные вертикально каменные плиты. Спрашивают, кто приносит свечи и можно ли рвать цветы, растущие вокруг памятников.

Бегают и вдруг замирают, заметив вдову, которая, стоя на коленях, моет плиту на могиле мужа. Думая о тысячах могил в тысячах городов за тысячи лет, мы силимся представить себе, сколько смеха и слез погребено под нашими ногами. И всякий раз начинаем держаться вместе, девочки, угомонившись, берут нас за руки. В Ирландии христианство распространилось без кровопролития — весьма редкое явление в истории религии.

Когда в году н. Поэтому вместо того чтобы полностью отказываться от их духовного опыта, Патрик обнаружил присутствие Бога за пределами стен своей религии. Он демонстрировал красоту своей веры так, как научился у этого зачастую грубого, но уже духовного народа, в контексте его веры, в итоге возникла новая, свежая христианская духовность, отличающаяся от современного ей римского аналога и сохраняющая притягательность по сей день.

Считается, что на побережье, в фьордах, возле рек и колодцев завеса между мирами настолько прозрачна, что сквозь нее почти что можно пройти. Мне нравится бывать то там, где можно понаблюдать, как люди отдыхают — например, в Юнион—сквер—парке, то там, где можно посидеть и посмотреть, как горожане спешат на работу или с работы. Жизнь в Нью—Йорке предъявляет к ним суровые требования, их походка так же энергична и резка, как их существование.

Они движутся быстро и решительно, влекомые стремлением, подозрением — или, скорее, знанием — что в мире есть нечто большее, чем монотонный дневной гул, производимый человечеством, спрессованным в фабрику грез размером с большой город. Тем не менее этот город — священное место; Бог любит людей, и где люди, там и Бог. Однажды, когда я преподавал в христианской богословской семинарии в Мичигане, одна девушка на занятии подняла руку и вызвалась рассказать о впечатлении, которое привело ее в лоно веры.

Это случилось много лет назад, когда, находясь в своей комнате и сидя за компьютером, она обернулась, чтобы дотянуться до книги. Именно так она выразилась. Мысли остальных присутствующих так и читались по их лицам: Вот от таких—то бестактностей и страдает репутация нашей респектабельной религии, христианства.

Но та, кого они имели в виду, была в здравом уме и не теряла связи с реальностью, она сияла, как ясный и снежный мичиганский день за стенами класса в университете Андрюса. Подобные впечатления подкрепляют наши надежды и ассоциируются с нашими убеждениями. Два мира становятся единым целым.

Это значит, что мы хотим жить не просто вечно, а придать вечный характер жизни прямо сейчас, в рамках нашего нынешнего преходящего существования. Некто или Нечто вложил эту частицу вечности в наш внутренний мир. Край этой божественной занозы впивается в наши смертные ткани. Неудивительно, что каждый поворот жизни ранит нас. Мы существуем, но хотим большего.

Иногда это желание ощущается как тупая боль, иногда — как резкая и острая, когда заноза проникает в плоть. Так Бог благословляет нас. Мы обращаем внимание на ту часть тела, в которой ощущается боль. Мы поминутно разглядываем ее. Мы щупаем ее, моем, охлаждаем, согреваем, чешем, подсасываем, покусываем, оставляем ее в покое.

Мы пытаемся забыть о ней. Жизнь — настолько грандиозный дар, что мы неизбежно начинаем стремиться к большему, нас влечет Некто или Нечто, от кого мы получили этот дар.

Года два назад одна телесеть предложила нашей семье принять участие в таком шоу, по условиям которого две семьи на некоторое время должны были поменяться одним из членов.

Продюсеры сочли, что присутствие семьи священнослужителя оживит шоу. Предложение подкрепили обещанием 50 тысяч долларов в случае согласия. Все это прозвучало заманчиво. А затем началась подготовительная работа. Список требований к видеоматериалам занимал две страницы. Нас просили быть не такими, какие мы есть на самом деле, а стать подчеркнуто привлекательной версией самих себя. Несмотря на все уверения телевизионщиков в обратном, реальность их не интересовала. Да, мы не были актерами, которым платят за работу, тем не менее нас просили сыграть роли.

Мы должны были играть самих себя. Нашу семью попросили не снимать скучных, беспорядочных и небогатых событиями сторон нашей повседневной жизни. А между тем сама тайна жизни скрыта в обыденности, в ее утомительности, повторяемости, временном характере, непоследовательности. Мы с женой отклонили предложение и вернулись к нашей работе, стирке и оплате счетов.

Поскольку подобные шоу утаивают реальность от зрителей, они вполне могут быть одним из многочисленных средств, которыми мы притупляем боль, вызванную этой занозой, осколком вечности, и тем фактом, что человеческая жизнь сама по себе является просто чередой проходящих дней.

В боли человеческих несчастий и страданий нет ничего гламурного. А мучительнее отсутствия Бога не может быть ничего. Но жизнь, которая носит вечный характер, всегда начинается именно там — в жизни как она есть. Мы ощущаем эту боль как раз потому, что Дар существует здесь и сейчас, среди нас. Таким образом, боль божественного отсутствия становится знаком божественного присутствия. Если он не здесь, то где же?

Если не сейчас, то когда? Всю свою жизнь мы проводим на границе между двумя мирами: Поклонение кумирам чуждо иудаизму. Вместе с тем иудаизм и Библия учит, что в мире есть нечто, сотворенное по образу и подобию Бога. Это не храм, не дерево, не статуя и не звезда. Единственный символ Бога — человек, каждый мужчина и каждая женщина.

Это учение имеет многочисленные и многозначительные подтексты, главный из них заключается в том, что в каждой из наших жизненных историй является Бог. И прекрасные истории, и те, которыми мы ни с кем не делимся, вносят свой знак восклицания в вопли, обращенные к небесам нами, живущими на земле.

Независимо от своих идеологических и религиозных убеждений, все мы живем надеждой, что вместе все наши истории в итоге сплетутся в гобелен любви и смысла.

Библия говорит, что с человечеством все идет отнюдь не так гладко. Но рядом всегда та же благодать, которая создала нас и способна восстановить. Иудеи сказали бы, что, следовательно, восстанавливающее откровение Бога человечеству зависит от нас с вами, от наших рассказов о сохранении и восстановлении.

Бог предпочел поместить свою истину и красоту в нас! Иудаизм учит, что невозможно познать Бога, не познав человека, и познать человека, не познав Бога. Вот почему иудеи утверждают, что самый верный путь к познанию — истории, притчи, а не информация. Ни один факт не в состоянии говорить сам за себя. Каждая истина зависит от истории, от контекста, а каждое богословское учение представляет собой биографию.

Сегодня мы ведем опосредованную жизнь, привыкаем скорее наблюдать за ней с помощью СМИ, чем проживать ее; мы отворачиваемся от собственных историй и историй окружающих нас людей, словно они и вправду то, чем кажутся — обыденность, череда проходящих друг за другом дней.

Наше воображение становится пассивным и ленивым, наши фантазии — все более похожими, поскольку они срежиссированы профессионалами. Опасаясь обрести поразительное великолепие в своей заурядной личной жизни и ничем не примечательных сообществах, мы не решаемся искать Бога в себе и в окружающих. По сути дела, мы боимся быть образом Бога.

Нас ужасает перспектива отыскать образ Бога в тех, кто не представляет собой наш образ и наше подобие. Однако уклониться от явного великолепия жизни, заключенной в нас, невозможно. Что бы мы ни делали для этого, занозу вечности не вынуть. Дар жизни заявляет о себе, несмотря на смерть, окружающую нас повсюду. Так давайте же все до единого начнем повторять за кухонными столами, на религиозных собраниях, в кофейнях, на городских площадях и в чатах: Я сотворен по Божьему целем.

Когда мои родители приехали в столицу Хорватии Загреб из маленьких балканских городков, им не было и двадцати лет, и оба мечтали жить в большом городе. Танцы в 60—х годах, в спортивном зале школы, повлекли за собой объятия, грезы и, наконец, брак.

Мы медленно танцевали под портретами неустрашимых марксистских вождей и огромным красным знаменем, символизирующим революцию, — точно так же американские старшеклассники танцевали под гигантскими портретами президентов США и звездно—полосатыми флагами. Мои родители возлагали надежды на упорную работу и прочные взаимоотношения. У мамы сохранилась фотография того времени: А рядом — они: Моего отца зовут Сеад, потому что он из семьи черногорских мусульман. Маму — Марта, потому что ее родители — католики из Словении.

Мы жили в Социалистической Федеративной Республике Югославия, значит, нам всем полагалось быть атеистами. Но мы не верили ни в одну из этих религий или идеологий. Точнее, мы делали больше, чем просто жили. У нас была своя чудесная религия. Два ее учения, которые никто не выражал словами, были такими же весомыми, какой только способна быть религиозная догма.

При социализме, в условиях которого мы жили, нас почти не отвлекал непрестанный маркетинг потребительских товаров. Все в конечном счете сводилось к взаимоотношениям. Вот почему у нас дома всегда вкусно пахло. В конце месяца Рамадана устраивался праздник с неторопливым приготовлением жареной баранины, хотя никто не постился ни единого дня. На Рождество мы наряжали елку, на Пасху запекали окорок, но не ходили в церковь. Дни государственных праздников нашей страны мы отмечали затейливой европейской выпечкой, но не собирались посещать Музей социалистической революции.

Лучшую говядину мы находили в горах Боснии; мой отец сам ежегодно выбирал корову, которую предстояло принести в жертву ради нашей семейной веры, и мы коптили ее мясо в арендованной коптильне. Мы сами квасили капусту, у нас была своя бочка с лучшим сербским сыром, а для всех видов мяса, какие только можно было раздобыть, мы держали в доме не один, не два, а целых три социалистических холодильника с морозилками.

С тех пор как мне исполнилось четыре года, по выходным отец возил меня на базарную площадь в центр нашего большого города. Он сам учил меня выбирать лучшие продукты. Мы возвращались домой в машине, нагруженной превосходным мясом и овощами из деревни, мама с сестрой помогали нам перетаскивать на кухню драгоценную добычу.

Хотя мы жили в городской квартире, несколько раз отец привозил домой живых кур, которых мы резали в ванне. Это к слову об экологически чистых и свежих продуктах! У каждого из нас были свои обязанности на кухне, мы часто бегали к плите или к духовке — смотреть, как подрумянивается фаршированная телячья грудинка, жарится белая средиземноморская рыба или поднимается кекс с грецкими орехами.

Стоя на коленях перед духовкой, мы с отцом смотрели сквозь застекленную дверцу, как от тепла предмет нашего вожделения поднимается и опадает, отец ласково клал ладонь мне на макушку, словно благословляя, и говорил: Каждую осень мы покупали отборный виноград. Напряженная работа длилась неделю, на которую мне приходилось отменять все вечерние прогулки с друзьями.

Вся жизнь, не связанная с виноделием, замирала. Когда этот нектар становился выдержанным, мы разливали его по бутылкам, и весь следующий год отец с гордостью выставлял их на стол во время нескончаемой череды праздников. Полагалось быть великодушным, честным, трудолюбивым — в особенности трудолюбивым. У каждого человека и каждой семьи имелась репутация, или честь. Такова характерная особенность большинства восточных народов. Помимо возможности радоваться, в жизни важно было подтверждать репутацию или честь, беречь ее, держать незапятнанной.

Постыдные поступки бесчестили и пятнали репутацию. Репутация приобреталась путем достижения успехов в своем деле, в результате уважения окружающих, при наличии семьи. Ее портили лень, лживость, скупость, бездомность или бессемейность. На протяжении почти всей жизни я обеспечивал себе прочную репутацию усердной учебой.

За хорошие оценки мне прощали все, родители оплачивали мои занятия спортом и поездки. Образование и связанная с ним репутация ценились так высоко, что родители даже смотрели сквозь пальцы на некоторые отступления от кодекса чести — например, когда в старших классах я начал встречаться с учительницей или был пойман при попытке контрабандой провезти марихуану из Франции в Германию во время летних каникул.

Я честно учился, у меня была прочная репутация. Я хотел бы, чтобы процедуре обрезания хитан меня подвергли сразу после рождения или на седьмой день после него, как, согласно хадисам изречениям пророка поступал со своими сыновьями пророк Мухаммад.

Но в семье моего отца, где придерживались суннитских традиций ислама, а не обычаев Аравийского полуострова, мальчиков обрезали позднее, обычно в возрасте 7—10 лет, вероятно, в ознаменование перехода от детства к юности.

Все произошло очень быстро, однажды летним днем в городской больнице, и прежде, чем ко мне вернулась способность ходить, не испытывая дискомфорта, в мою честь закатили праздник. Сотни близких родственников съехались на дачу, которую мы снимали за городом. Прибыли двоюродные и троюродные кузены, явились дяди, которых я прежде никогда не видел. Все это напоминало День независимости, день рождения и День благодарения, вместе взятые.

Согласно обычаю проведения подобных праздников, все дарили мне деньги, чем вполне возместили необходимость приучаться мочиться заново и в муках. Только спустя много лет я понял, насколько важен был для моего отца шумный и обильный праздник по случаю моего обрезания. Он вобрал все великолепие нашей семейной религии. Два учения — о радости и чести — слились воедино в идеальной гармонии. Мой отец был старшим сыном в большой семье и после смерти своего отца и деда Заима стал чем—то вроде патриарха в любящем веселье городском племени мусульман.

Отец был смекалистым дельцом и обаятельным лидером. Он покинул отцовский дом, чтобы поискать лучшей жизни в городе, и добился своего. Затем он принялся помогать родителям, братьям, сестрам и их семьям переселиться поближе, чтобы им было легче устроиться на новом месте. В заключение разговора о репутации добавлю, что моя мама была неутомимо, а временами — и почти опрометчиво отзывчивой и щедрой, быстро и живо откликаясь на беды тех, кто нуждался в помощи.

И отец следовал ее примеру. Поэтому на праздник пригласили всех и каждого. В день обрезания их единственный сын стал многообещающим юношей, которому предстояло показать миру, на что он способен. Еще один мужчина в доме был готов двинуться по своему пути! В тот день соединилось прошлое, настоящее и будущее моего отца. Казалось, мой отец родился под счастливой звездой, и с тех пор удача не покидала его, несчастья не преграждали путь.

Моя домашняя религия со всеми ее запахами, цветами, смехом, упорным трудом и объятиями была для меня предвкушением жизни, имеющей оттенок вечности, которой, как мне казалось, должны жить люди. В возрасте 18 лет, проходя обязательную службу в югославской армии, я нашел жемчужину, которую искал, и стал последователем Иисуса.

На моих ничего не подозревающих родных словно обрушилось небо. То, что небеса обещали как высшее блаженство, они восприняли как страшное проклятие. Мой отец любил жизнь во всей ее полноте, поэтому к нему тянулись люди. Как подобало его единственному сыну, я должен был унаследовать его мантию.

Целый год я скрывал важное известие по просьбе матери, которая надеялась, что моя вера угаснет сама собой, а затем наконец решил поделиться с отцом. Он почти не распространялся о своих чувствах, и поэтому у нас никогда не было серьезных мужских разговоров.

Время от времени он давал мне советы — например, когда заметил, что я всеми силами пытаюсь сохранить отношения с девочкой из моей школы, сказал: Но серьезных разговоров мы не вели. До своих 19 лет я ни разу не был у отца на работе, поэтому, чтобы намекнуть, что ему предстоит, и дать шанс подготовиться к удару, я организовал нашу встречу там. Отец приготовился к самому худшему. Я до сих пор вспоминаю, как уверенно он держался, встретив меня: Нет таких трудностей, с которыми не справилась бы семья Сельмановичей!

Когда я объявил, что стал христианином, отец содрогнулся так, словно я ударил его кулаком в живот. Даже мои слова о том, что я стал приверженцем культа Санта—Клауса или сатаны, не произвели бы более сильного впечатления. В тот момент мир, который мой отец старательно и упорно возводил десятилетиями, начал рушиться.

Весть о том, что сын отверг семейное мировоззрение, отвернулся от мусульманского наследия и культуры, оказалась сокрушительной. Отец развернулся, схватил стул, за спинку которого держался и с силой швырнул его об стену. Слишком многое оказалось под угрозой. Хотя моя мать освоилась в большой мусульманской семье, подлинная вера в Бога никогда не была для моих родителей вопросом, заслуживающим серьезного внимания.

Отца сломило мое отношение к подразумеваемым учениям о радости и чести. С этим он никак не мог смириться. Никто бы не смог. Но если на реальности основаны его представления о мире, значит, любимый сын живет иллюзиями, посвящает свою жизнь воображаемому другу на небесах, еще одному отцу.

И в том, и в другом случае кому—то причинялись страдания. Мое евангелическое рвение новообращенного христианина только осложняло положение. Я повсюду носил с собой Библию с уверенным видом человека, которому только что открылись все до единой тайны жизни. В обществе, имевшем дело с темной стороной христианских учреждений и знавшем, как много гордыни, угнетения, несправедливости, алчности и кровопролитий было в истории церкви, мое наивное стремление обращать людей в свою веру выглядело помехой.

В семье, где житейские радости ценили выше, чем большинство религиозных людей ценит свою религию, я стал еретиком худшего толка. Но у меня практически не осталось выбора. Для того чтобы просто остаться верующим з такой ситуации, мне пришлось обнести свою веру как можно более высокими и прочными стенами. Определенность была единственным путем к выживанию — по крайней мере, в то время.

Выбери только страну и учебное заведение. С его точки зрения, религии — это исключительно деньги и власть, финансовые пирамиды любой эпохи. Одна из таких пирамид и затянула его сына. Во время одного из последних спокойных разговоров, который состоялся между нами прежде, чем разорвалась моя связь с семьей, отец сказал: Он сделал паузу в ожидании, когда до меня дойдет смысл его слов.

Различие и вправду было значительным. Отец не понимал, как может разумный человек сделать такой глупый выбор. Меня словно парализовало присутствие этого замечательного и сломленного человека, которого я так боялся и так любил.

Отец грубо выругался, как сделал бы и я, если бы решил, что мой сын спятил. Помедлив и повторив то же ругательство дважды, он добавил: То, что я услышал, так прекрасно, что не выразить словами. Оно настоящее, но я не знаю, как его объяснить. Это все равно что музыка, доносящаяся до нас из вселенной и поддерживающая нашу жизнь.

Музыка жизненных радостей и скорбей. Я слышу ее со страниц древних книг. А ты слышишь, папа? Что это — дар. Вскоре после этого по приказу отца меня изгнали из дома, из семьи, из родных мест. В поступке моих родителей не было ничего особенно мусульманского. В сущности, именно религиозные члены моей большой мусульманской семьи смягчили удар, оказали мне поддержку и окружили любовью.

В городской мечети один человек, знающий, в каком положении я очутился, открыл Коран и прочитал мне: Этот текст из Корана я сокрыл в своем обновленном христианском сердце. Он помог мне преодолеть принуждение отречься и не свернуть с пути. На протяжении следующих двух лет я кочевал из дома в дом товарищей по вере, радуясь доброте людей — и чужих, и в то же время моих новых братьев и сестер.

Но я не мог не замечать, насколько сломлено большинство этих людей, как отягощена их жизнь противоречиями, мелочными спорами, актами ханжеской изоляции от мира. Два года я скитался по городу, прежде чем вернулся в унылую и разреженную атмосферу родительского дома. Родители передумали и приняли меня с болью в сердце — подобно родителям, которые принимают сына—гея только потому, что он сын, а не потому, что он человек. Вернувшись домой, я получил в университете Загреба диплом инженера—строителя и в году отправился в США изучать богословие.

Я сразу окунулся в американское христианство, с каждым годом все лучше понимая, насколько своекорыстным предприятием является организованная религия, независимо от конфессии. Религии представляли собой отражение культур, которым должны были бросать вызов, отвергали вопросы, на которые не знали, как ответить, соперничали друг с другом за финансовое и политическое господство.

И христианство не было исключением. Я присоединился к движению, которое уже прекратилось, к путешественникам, которые уже прибыли в пункт назначения, поддержал революцию, на которую уже махнули рукой. Я отправился в духовное пристанище к Бреннану Мэннингу, бывшему священнику—францисканцу, поддавшемуся алкоголизму. Его слова о любви Божьей помогли тысячам священнослужителей, подобных мне, удержаться в наших церковных системах.

Он был истинным евангельским мистиком, который помог нам вновь исполниться любви к Богу. Фундамент религии рушился у нас под ногами, и священнослужители, подобные мне, в поддерживаемом Богом повседневном существовании ждали призрачного явления веры нового вида, которая, возможно, спасет нас.

Мне хотелось остаться с Бреннаном наедине, чтобы признаться ему, как раздражает меня ход собственной религиозной жизни. В конце концов в середине 90—х годов нам с Бреннаном удалось встретиться, и едва мы остались одни, у меня вырвалось: Они выгнали из дома родного сына! Во мне кипят ярость, обида и жажда справедливости. Мало того, я зол и на свою церковь! Когда родители отреклись от меня, совет церкви вызвал меня и раскритиковал мою манеру одеваться.

Таким ли оно должно быть? Стоит ли ради него выдерживать столько испытаний, становясь последователем Христа? Умоляю, скажите, что это далеко не вся истина!

Большеглазый, с кустистыми бровями и уверенными манерами, Бреннан выслушал меня молча. А когда я умолк, заглянул мне в глаза и сказал: От его слов повернулась заноза в моем сердце. Их резкость заставила меня осознать, что мой опыт, связанный с религией, — далеко не вся истина.

Я сам, а не только те, кто окружал меня, нуждался в серьезном ремонте. Я должен был вернуться к своей жизни — такой, какая она есть, к моей встревоженной и чудесной семье, к проблемам и благословениям христианства, и научиться принимать все это как часть моей жизни.

Этот серьезный ремонт продолжается и по сей день. Кратчайших путей в нем нет. Временами я вижу проблески надежды, мой гнев превращается в сострадание. И в родильную палату. Мы все начинаем умирать с того дня, как рождаемся.

Независимо от своей религиозности мы даем волю этому страху, возводим его в ранг кумира, а затем тратим жизнь на служение ему. Екклесиаст же имел в виду частицу вечности, заключенную в нашем сердце, когда писал: Потому что смерть напоминает нам о нашей пустоте.

На кладбище много свободного места, и эта пустота напоминает ту, что находится у нас внутри. Но эта пустота — не то, чего следует бояться и избегать, а скорее, то, что должно произойти ради появления Дара. Мы боимся кладбищенской тишины потому, что в ее спокойствии оказываемся лицом к лицу со своей пустотой. В тишине мы спрашиваем: Что, если нет ничего, кроме надгробий сверху и костей под этой землей, на которой мы стоим?

Появляется пространство для безграничного и обильного сотворения, пустота, исполненная содержания. Мы превращаемся в подобие плодородной почвы, через которую готов пробиться росток жизни.

В прошлый раз наша семья побывала на кладбище во время приезда на нашу родину, в Хорватию. Мы были все вместе — моя жена, две наши дочери, мой отец, уже старый и седой, моя мама, измученная неусыпными заботами о нас, и я. Мы шагали рядом, среди нас были представители католичества, ислама, иудаизма и атеизма — великие мужчины и женщины социалистической революции.

В гулком молчании мы вспоминали прожитую жизнь. Вот к чему свелись все наши религиозные и идеологические похвальбы — к пустоте над зеленой травой. Зачем тратить жизнь или, если уж на то пошло, очередную книгу , посвящая ее страху? Вы — целем Бога, и я целем Бога. Мы созданы для того, чтобы вести жизнь, имеющую вечный характер, уже сейчас.

Для такой жизни потребуется регулярно сомневаться во всем, что нам известно, ибо мы знаем очень мало. Отказ от правоты в том, что касается Бога, жизни, нас самих — процесс опустошения. Избавившись от потребности ведать всеми ответами, мы открываемся для восприятия историй тех людей, которых, как нам всегда казалось, мы знаем. Слушая и рассказывая, мы обнаруживаем, что наши разные и непростые истории сплетаются в прекрасное целое, чтобы его увидел весь мир. Мне было восемнадцать лет; на расстоянии более километров от дома я уже четырнадцать месяцев исполнял воинскую обязанность — служил в пехотных войсках Социалистической Федеративной Республики Югославия.

Однажды вечером я проголодался, а есть было нечего, кроме банки сардин, к которым еще требовалось раздобыть хлеба. Тюфяк был христианином, из тех, что готовы талдычить всем и каждому, как сладка на самом деле Божья любовь — иными словами, товарищи считали его приставучим типом.

И солдаты, и офицеры были убеждены в том, что, лишив Тюфяка простого человеческого уважения, помогут ему образумиться. Так они и делали. Никаких поблажек, никакого продвижения по службе, ни малейшего одобрения — Тюфяку не светило ничего. Мало того, прошел слух, будто Тюфяк не только христианин, но и вегетарианец, как будто это лишало его права называться человеком. Постоянно опасаясь, что ему подсунут пищу, приготовленную на топленом свином сале, он повсюду таскал с собой какой—то мешок — мы думали, что в нем объедки.

В тот вечер хлеба не нашлось и у него, но у каждого из нас было нечто, в чем нуждался другой. И через пару дней я снова разыскал его. Потом еще и еще. За разговорами я понял, что окружающие верно оценили его — он был глуп. Он верил в несусветную чушь, но мне казалось, что у меня есть шанс помочь ему одуматься.

Он не безнадежен, рассуждал я. Да, он глуп, но при этом он определенно не дурак. Он внес меня в свой молитвенный список. Я внес его в свой список чокнутых. Тюфяк был пытлив и энергичен, над недоброжелательными солдатами и параноидальными офицерами он подшучивал, словно точно знал, что они всего лишь забавны и движимы благими намерениями.

Он верил, что способен изменить мир. И в то, что я способен изменить мир. И в то, что на это способен каждый. Мы с Тюфяком придумали, как сделать так, чтобы за обыденными делами встречаться почти ежедневно. Даже когда одному из нас приходилось драить коридоры и туалеты в своей казарме, другой находил возможность побыть рядом.

Главное — был бы шанс поговорить. Лучшим временем мы считали вечера, когда большинство офицеров расходилось по домам. Стараясь не попадаться на глаза другим солдатам и офицерам, мы бродили по территории части и беседовали в сумерках. Почему нельзя, к примеру, просто порадоваться солнечному дню?

Войди в этот день, прими его, пусть он омоет тебя своей красотой, но только не приписывай поминутно Богу все и вся. Неужели ты не можешь даже порадоваться солнечному дню самому по себе? На самом деле Тюфяк умел радоваться жизни. Он подразумевал, что Некто думает о таких вещах, как солнечный день, и, осознавая его, наделяет существованием. Готового ответа у меня не было. Но я думал, что солнечный день можно считать прекрасным, никому не приписывая его, полагая, что этот день — продукт таинственного хаоса, из которого возникли все мы.

Однако в течение нескольких недель после этого разговора мысль, что Некто подарил нам жизнь, не покидала меня. Эта мысль крепко запала мне в голову: Позднее в том же месяце мы вместе с другим солдатом выполняли какое—то поручение в кабинете капитана, когда вошел Тюфяк.

Он умел здраво оценивать ситуации, связанные с общением, но страсть, кипевшая в нем, порой прорывалась наружу неожиданно.

Воодушевившись, он влез в наш разговор и начал что—то втолковывать моему товарищу — очевидно, продолжая спор, завязавшийся днем раньше. Стоя посреди комнаты, он протянул на ладони яблоко, посмотрел в глаза сначала моему товарищу, потом мне и сказал:. Мой товарищ смотрел на Тюфяка так, словно бедняга лишился рассудка. Тюфяк надкусил яблоко, раздался хруст, по комнате поплыл свежий и сладкий аромат. С набитым ртом Тюфяк продолжал:.

Пока он говорил об этом с таким видом, словно узрел чудо, я смотрел на красные и зеленые пятна яблочной кожуры и мякоти. Что, если это мы, а не он, плохо приспособлены к этому миру? И если мир на самом деле создан вовсе не из хаотичной материи? Что если элементарные частицы, атомы, физические силы, растительная жизнь, химические процессы мозга — всего—навсего буквы?

Буквы, из которых образуются слова, а затем предложения, рассказывающие историю любви о нашем мире. Сплошная цепь священного, пронизывающего обыкновенное. После двадцати лет стремления к жизни, имеющей вечный характер, в качестве христианина, я перестал бывать в магазинах христианской литературы.

Но не потому, что не мог найти там хороших книг. Такие книги в любом случае стоило поискать. Просто магазины христианской литературы стали казаться мне местами, оторванными от жизни. Каким бы богатым ни был магазин и как бы ни увлекал меня поиск жемчужин христианской литературы, потом, выходя на улицы Манхэттена, я чувствовал себя так, словно на время пребывания в магазине мои отношения с городом и живущими в нем людьми были приостановлены.

Мне казалось, что я попал туда, где меня захватило убеждение, что Бог имеет непосредственное отношение к религии, что почему—то этот мир недостаточно хорош для Бога и что из всех религий Бог решил ограничиться рамками христианства. Те же чувства я испытывал, когда выходил из магазина, где продавали иудейскую или мусульманскую литературу, а также из магазина с буддийскими курениями и колокольчиками.

При выходе на улицу мне казалось, что большие, равно как скверные, так и великолепные улицы этого города, и люди в нем были предоставлены самим себе. Магазины религиозной литературы, в том числе специализирующиеся на изданиях атеистической или гуманистической направленности, уподобились аптекам для человеческого духа, местам, где продаются духовные лекарства, но жизнь не воспринимается. До меня дошло, что дискомфорт, который я ощущаю у дверей магазинов религиозной литературы, исходит от Бога.

Я огляделся по сторонам, снова вошел в магазин и вернул обратно книги, за которые заплатил пять минут назад. Просто я, покупая их, утратил ощущение присутствие Бога, потому хочу вернуться к тому, на чем остановился, прежде чем зайти сюда. Продавщица уставилась на меня так, словно у меня выросли три головы. Похоже, я показался ей одним из тех, кого Иисус заметил бы и исцелил. Выйдя на улицу, я прочел молитву: Благодать не начинается с христианства и не заканчивается им. Мы даже грешим благодаря ей.

Если бы благодать не поддерживала в нас жизнь, наши грехи уничтожили бы нас. Подобно воздуху, который окружает нас, касается кожи, проникает в наши легкие, благодать незрима, но реальна. А Бог создает подъемную силу. Он держит нас, хотя мы не помогаем ему и даже не замечаем этого — вероятно, именно это имел в виду датский философ—экзистенциалист Серен Кьеркегор, когда писал: Ничто и никто не заслуживает существования. Чем—то столь же призрачным, как шанс или Бог, все, что существует, было наделено существованием.

Вот почему рассказы наших писаний о мире начинаются не с греха. Все начинается с того, что нас творят. Грех появляется уже потом. Многие из нас, христиан, настаивали на том, что мы, располагая высшим откровением, являемся единственными вестниками благодати в мире и торговцами ею.

Но как говорит мой друг преподобный Вине Андерсон, благодать распространяется от всего живого, и другие в равной мере радуются ей. Мы, христиане, утверждаем, что лишь наше откровение — вместилище и дозатор благодати. Но остальной мир, одаренный благодатью изнутри, неуклонно доказывает, что мы ошибаемся. Только вчера преподобный Вине торжественно сообщил, что закрылся последний христианский книжный магазин в Манхэттене. Мы отгораживались от мира, и мир отгородился от нас.

Кьеркегор повторил понятное откровение исторической церкви: Иными словами, тот, кто отделяет опыт жизни от сакрального опыта, лишается желаний. И наоборот, иудеи безраздельно любят и Бога, и жизнь.

Повиноваться Богу значит быть в полной мере человеком, быть живым всеми фибрами своего существа. С точки зрения иудеев, нельзя испытывать одно без другого. С точки зрения наших иудейских братьев и сестер, все в мире существует в ритме Бога. Раскачиваясь верхней частью тела во время молитвы, они движутся в такт со всем сущим, с планетами, в определенном ритме вращающимися вокруг солнца, в ритме нашего дыхания и сердцебиения, так как все в мире связано с ритмами благодати.

Они молятся не о том, чтобы превзойти реальность, а чтобы принять ее. Какой бы горестной, трудной и несправедливой ни была жизнь, она все равно для нас дар и потому священна. Настроиться на человеческую жизнь — значит настроиться на Бога. Встречая людей, которые перешли из христианства в иудаизм, я спрашиваю, почему они это сделали.

И прежде всего слышу по—разному сформулированную, но одну и ту же мысль: Он мог быть кассиром или бухгалтером в хозяйственном магазине, чинить компьютеры, быть банкиром, редактором, врачом, писателем, учителем, фермером, лаборантом, рабочим на стройке. Мог бы заниматься уборкой домов или ремонтом автомобилей. Иными словами, если бы он явился сюда сегодня, то вполне мог бы заниматься тем же, чем занимаетесь вы.

Мог бы жить в такой же квартире или доме, как вы, дорожить рабочим местом, как вы, иметь ваше образование и жизненные перспективы, жить в вашей семье, среде, времени….

Зачем Иисус растрачивал свою жизнь таким образом? Если он сумел распространить свое учение по Палестине за три года, почему не начал раньше, не провел три года в Китае, затем еще три — в Африке? Величайший учитель жизни всех времен, каким его считают христиане, тот, в ком пребывало божественное начало, потратил тридцать лет своей жизни просто на жизнь.

Сколько времени было потеряно. Сколько возможностей изменить мир упущено. Как много мудрости осталось не поведанной. Как много сил пропало впустую. Как много людей не дождались исцеления. Это мы стали придерживаться ограниченных представлений о сакральном.

Будучи таким, как мы, ведя обычную жизнь, похожую на наши, Иисус не ограничил свое влияние, а расширил его. Он обрел благодать в источнике жизни. Вот почему учения, проистекающие из жизни палестинского плотника, распространились по всему миру.

Поскольку Иисус тридцать лет своей жизни занимался самыми обыденными делами, для христиан ничто не должно быть обыкновенным. Три года своего служения Иисус говорил о жизни, а не о духовности.

Иисус вел себя так, словно благодать — явление, возникающее не параллельно остальной человеческой жизни, а как ее неотъемлемая часть, и находил святость во всем мирском. Паркер Палмер задается вопросом о современной христианской вере, перегруженной абстракциями: Согласно христианской традиции, таинства — официальные религиозные акты, обеспечивающие людей благодатью Божьей, ритуалы, в которых Бог активен, как никто другой.

Считается, что они были введены или узаконены Иисусом. Для многих протестантов существует два таинства — крещения и вечери Господней.

Католическая церковь и Православная церковь насчитывают семь традиционных обрядов, соответствующих этому определению. В более широком и общепринятом смысле таинство — направленный наружу, видимый признак, выражающий направленную внутрь реальность благодати.

У каждой религии есть характерные атрибуты, служащие этой цели. Но вместо того чтобы раздвигать границы нашего мира и помогать нам находить Бога во всей жизни, таинства часто применяются, чтобы суживать и разделять. Винсент Донован, известный католический миссионер из Африки, ставил подобную практику под сомнение: Чем чаще мы принимаем его, тем лучше для нас, тем более святыми и защищенными мы становимся. Что, если сама жизнь, человеческая и обыкновенная, есть высшее таинство, место, где две жизни, — имеющая характер вечности и обычная, — становятся единым целым?

На протяжении веков многие народы Азии пользуются ритуалами приветствия, такими, как жесты намаете Индия или гассё Япония: Соединяя руки, человек выражает любовь и уважение, способность быть выше различий между людьми, связь с окружающими. Это приветствие свидетельствует о понимании условий человеческого существования, при котором две крайности превращаются в одно целое. Если правая ладонь обозначает ступни божественного, то левая — голову верующего.

Союз этих двух измерений человеческой жизни — источник абсолютной радости жизни и утешения во всех скорбях. Таинство человеческой жизни заменяет нам наши религии. Мы начинаем жить раньше, чем верить, мы прежде всего люди, а уж потом верующие. Общая для нас жизнь — храм, в котором мы все встречаемся. Возьмем для примера христианство. Благодать уже дана им — как жизнь.

Так к ним и пришло понимание. Всякий раз, когда люди поступают поистине человечно, благодать пребывает с ними в активном состоянии. Когда жизнь обходится с ними жестоко, так что они плачут, когда жизнь являет им свою красоту и у них перехватывает дух, когда они рыдают в отчаянии или покатываются со смеху, или когда отказываются ожесточаться и следуют путем надежды, — они знают.

Всем людям известны эти поразительные впечатления. Надежда вплетена в ткань самой жизни. Они видят, осязают, слышат, обоняют и пробуют на вкус благодать. Они не понимают другого: При этом христианство выглядит узким, оторванным от жизни, не ценящим людской опыт, неблагодарным. Тут, в этот момент, обличается как ложное, как противоречащее христианской вере противопоставление, отделение друг от друга "души" и "тела", "духовного" и "материального", "священного" и "профанного", "религиозного" и "мирского" Весь человек освящен и помазан, чтобы во всей полноте быть храмом Божиим, служением Богу и миру.

Каждая кроха "материи" — от Бога и в Нем обретает свой смысл. Каждое мгновение есть Божие время, которому предстоит исполнить себя в Божией вечности. Иисус говорил, что уже наступает время, когда Бога будут знать и поклоняться ему не в храме, построенном руками человека, а в духе и в истине. Поскольку мы люди, все мы наделены религией того или иного рода, данной нам сообществом, к которому мы принадлежим. Вот почему нам необходимы наши религиозные слова, символы и богословские концепции.

Но чтобы наши религиозные таинства выжили, развились, преобразились и служили своей цели во взаимозависимом мире, мы должны отказаться от их роли ограждений для Бога. Им предстоит стать вратами, через которые мы регулярно сможем входить в реальность, по размеру превосходящую нашу религию, в драгоценный храм жизни. Мы приближаемся к финалу существования изолированного христианства. К финалу изолированного ислама. И к финалу изолированного иудаизма. Пока те из нас, кто принадлежит к христианам, настаивают на своем праве оставаться в своем замкнутом мире значений, нам больше нечего сказать миру.

Так и не признав существование Бога, благодати и милости за пределами, которые установили мы сами, не имея возможности дополнять наши представления о Боге, благодати, милости, мы придем либо к финалу христианства, либо к очередному исходу.

Во времена изначального, первого, исхода у народа Божьего имелось немало веских причин оставаться в Египте. Зачем срываться с места?

Но с какой целью, если тебе знаком лишь Египет, а что может быть лучше Египта? Этих людей призывали отправиться в страну, которую кто—то и когда—то видел, а отважиться на такой поступок людям труднее всего. Но они все—таки отважились. Спустя столетия у последователей Иисуса имелось немало веских причин остаться в Израиле. В мире язычников они видели только мрак. Чему они могли научиться у других народов, не имеющих отношения к Израилю?

Могла ли культура, остающаяся за рамками иудейской, пролить свет на их путь? Несомненно, другим народам нечего добавить к тому, что им уже известно. Но этих людей просили покинуть колыбель. Опять—таки с острой болью. Это был второй исход. Сегодня, спустя тысячелетия, христиан призывают вновь отправиться в путешествие, совершить третий исход.

Если те из нас, кого считают христианами, не найдут способа признавать, что Бог присутствует повсюду, мы утратим фундамент для того, чтобы видеть Бога где угодно. Согласно утверждению отца Ричарда Рора, современного католического мыслителя и писателя, когда мы настаиваем на существовании границ, когда решаем, что выбор за нами, а не за Богом, мы делим мир в соответствии с нашими предпочтениями, или, что еще хуже, — с предубеждениями.

Грешникам, еретикам, ведьмам, мусульманам, иудеям, индейцам, аборигенам, бизонам и слонам, земле и воде не повезло. Мир быстро меняется, растет количество людей, признающих нашу самую сакральную связь — то, что все мы человеческие существа.

Наше христианское сознание невозможно отделить от общечеловеческого. Мы можем сделать вид, что совершать это путешествие не обязательно. Можем сделать вид, что христианство — а не жизнь — может быть законодателем истины, справедливости или красоты.

Можем сделать вид, что другим нечего добавить к нашим представлениям о Боге. Можем сделать вид, что мы выше обычного человеческого опыта. Можем сделать вид, что мир нам не нужен. Разве что избежим острой боли, которой сопровождается каждый исход. Значит, здесь и кроется выбор для тех из нас, кто считает себя христианами. Мы можем либо остаться в рамках христианства, которым завладели, с Иисусом, которого мы одомашнили, или оставить христианство как пункт назначения, принять христианство как образ жизни и совершить путешествие к реальности, где Бог присутствует, живет в каждом человеке, в каждом человеческом сообществе и во всем сущем.

Подобно сыновьям и дочерям, мы оставляем Бога, чтобы найти Бога. По ночам, лежа в постелях, мы думаем о том, что сможем отыскать, если предпримем путешествие в мир духа. И мы оставляем домашнюю обыденность и пускаемся в путь, все сильнее жаждая неизреченной истины и возвышенной тайны Бога. Движимые страстным желанием, мы идем читать книги в библиотеках, отправляемся туда, где рассчитываем найти истину, ходим в церкви, синагоги и мечети, чтобы подчиняться, молиться, учиться и верить.

Мы ищем Бога в рассвете и закате, в океане, между звезд. Наши представления о духовности, наши видения счастья и экстаза влекут нас вперед, словно музыка скрипача, шагающего по городу. И если мы будем продолжать слушать эту музыку, если не отвлечемся на соперничающие с ней звуки, если наш взор будет ясным, а голова поднята, в конце долгого и трудного пути мы найдем место, которое искали.

И… оно окажется домом, от которого начался наш путь — самым обыкновенным, мирским, приземленным, который мы оставили. В доме будет постель, где мы начали видеть сны, стол, за которым мы ели.

Categories: История

Mosca. Larchitettura. La Storia / Москва. Архитектура. История Татьяна Вишневския

Le case erano costruite con tronchi di pino e abete rosso, con tetti a scandole intonacate con zolle o coperti da corteccia di betulla. Gran parte degli edifici cittadini in legno sono stati sostituiti da edifici in stile classico.

Negli anni , entrambe sono state ricostruite. Particolarmente degni di nota furono gli architetti costruttivisti della Vchutemas , realizzatori di importanti edifici come il Mausoleo di Lenin. Solitamente si trovano in uno stato di cattiva manutenzione. Queste strutture restaurate sono facilmente individuabili per i loro nuovi colori brillanti e dalle facciate immacolate. Vi sono anche molte "case museo" di famosi scrittori russi, compositori e artisti.

Lo skyline di Mosca si sta rapidamente modernizzando con diversi nuovi grattacieli in costruzione. Vi sono 96 parchi e 18 giardini a Mosca, tra cui quattro giardini botanici. Vi sono anche chilometri quadrati di zone verdi oltre a chilometri quadrati di foreste. Vi sono in media di 27 metri quadrati di parchi per persona a Mosca rispetto ai 6 di Parigi , ai 7,5 di Londra e agli 8,6 di New York. Diversi parchi comprendono una sezione conosciuta come "Parco della Cultura e riposo", talvolta posti accanto ad una zona selvaggia questo include parchi come Izmajlovskij, Fili e Sokolniki.

Alcuni parchi sono designati come parchi forestali Lesopark. Qui possono essere visti degli alci. Segue il percorso delle mura cittadine del XVI secolo. Fuori Mosca, alcune delle strade continuano a seguire questo modello circolare. Il Patriarca di Mosca , funge da capo della chiesa e risiede nel monastero Danilov. La maggior parte delle chiese e dei monasteri sopravvissuti furono chiusi e poi utilizzato come club, uffici, fabbriche o addirittura magazzini.

I distretti si dividono in giunte. Essa si articola in molti istituti, che coprono molte discipline scientifiche e sociali. Пушкина , fondato tra gli altri dal padre di Marina Ivanovna Cvetaeva. Il numero totale di oggetti che qui si trovano raggiunge i diversi milioni.

I repertori in una tipica stagione di Mosca sono numerosi e moderne interpretazioni di opere classiche, sia operistiche o teatrali. Vi sono anche due grandi circhi di Mosca: Film rari e storici possono essere visti nel cinema Salut, dove i film della collezione dal Museo del Cinema [39] vengono mostrati regolarmente.

Inoltre, le maggiori aziende russe hanno dislocata la propria sede centrale a Mosca, sebbene molte siano operative in territori non vicini alla capitale. Molti nuovi centri commerciali ed edifici per uffici sono stati costruiti negli ultimi anni, ma Mosca sperimenta ancora carenze in spazi. Come risultato, molti ex impianti industriali e di ricerca sono stati riconvertiti a diventare adatti ad uso ufficio. Nel , Mosca ha 74 miliardari con una ricchezza media di 5,9 miliardi di dollari, che la pone al di sopra dei 71 miliardari di New York.

Tuttavia, a partire dal , vi sono solo 27 miliardari a Mosca contro i 55 miliardari di New York. Nel complesso, la Russia ha perso 52 miliardari durante la recessione. Egli possiede anche il Chelsea FC.

Le fabbriche automobilistiche come la ZIL si trovano nei pressi di Mosca. Durante il periodo sovietico , molti appartamenti sono stati prestati a cittadini da parte del governo in base ad una norma di metri quadrati per persona alcuni gruppi, tra cui gli artisti del popolo, gli eroi e gli eminenti scienziati hanno dovuto bonus in base ai loro risultati.

A causa della situazione economica, il prezzo degli immobili a Mosca continua a salire. Vi sono anche tre porti commerciali che servono Mosca. La linea ferroviaria entra infatti nella piantina della Metropolitana di Mosca, evidenziata da dei trattini rossi e indicata con il numero La maggior parte delle attuali 31 stazioni sono terrestri, fatto che le distingue dalla metropolitana. I treni usati sono elettrici; la progettazione copre i territori non serviti dalla metropolitana e li congiunge con le fermate dei trasporti pubblici di superficie.

La rete di trasporto locale comprende la metropolitana di Mosca , un sistema di metropolitana famosa per la sua arte, per i suoi murales , per i mosaici e i lampadari decorati che si trovano nelle stazioni.

Quando ha aperto nel , il sistema aveva appena due linee. Come le stazioni della metropolitana anche le fermate degli autobus sono molto distanti tra loro, fino a 4 chilometri. Tuttavia una vasta rete di autobus si irradia da ogni stazione alle zone residenziali circostanti.

Molti di questi percorsi sono raddoppiati da un percorso a filobus: Mosca ha un vasto sistema tramviario , inaugurato nel Презентация книги Алены Поповой "Мама 3. Открыта регистрация на образовательный курс "Книжные маркетинговые стратегии". В году Международная книжная выставка-ярмарка "Зеленая волна" отмечает юбилей — двадцатилетие! Каждый день новый рейтинг. Всего подписчиков - Бизнес-книги от женщин для женщин. Пятерка жизненно необходимых книг для стартаперов.

ТОП книг для HR-менеджера. Новинки современной украинской поэзии. ТОП-5 сборников современной украинской поэзии. Самые дорогие книги мира. Лучшие книги о вампирах. Обзор популярных книг жанра фэнтези.

Categories: История

Учебник Новой истории Р. Виппер

Идеи гуманистической реформации Национально-религиозное движение в Германии Дело реформации на германских рейхстагах Восстание рыцарей и крестьян Крушение гуманистической реформации Империя Карла V Протестантизм и секуляризация в Средней и Северной Европе. Образование протестантской партии в Германии Реформация в Швеции и Дании Реформация в Англии Религиозная война в Германии Кальвинизм и католическая реакция. Франция во время реформации Тридентский собор и католическая реакция Эпоха религиозных войн в западной Европе Испанская империя и религиозные войны.

Завоевания и колонии испанцев в Новом Свете Экономический переворот в XVI веке Политика Филиппа II Религиозные войны но Франции Конец смут во Франции и независимость Нидерландов Политические учения эпохи религиозных войн Ранние годы Ивана IV Покорение Казани и начало Ливонской войны Опричнина Ивана Грозного и окончание Ливонской войны Конец Рюриковичей и выборный царь Московское государство после Смуты Польско-литовское государство до середины XVII века Возвышение морских государств, Голландии и Англии Установление абсолютизма во Франции Начало Тридцатилетней войны в Германии Общая война в Европе Стюарты н парламент Протекторат Кромвеля и реставрация монархии Начало свободной Америки Век абсолютной монархии — Войны Людовика XIV Французская культура века Людовика XIV Вторая английская революция и ее последствия.

Реставрация к Англии Вторая английская революция Внешняя политика вигов и война за испанское наследство Последствия революции г. Начало промышленной Англии Присоединение к Москве Малороссии Церковная реформа, начало раскола и народные волнения Сближение Москвы с Западом Первые походы Петра и путешествие за границу Швеция в конце XVII века Великая Северная война Россия после Петра Великого Война за австрийское наследство Столкновения французов и англичан в колониях Возникновение английской колониальной державы Начало раздела Польши Просветители и правительства Закрытие иезуитского ордена Крепостное право в восточно-европейских державах Реформы Екатерины II и восстание Пугачева Великодержавная политика Екатерины II и окончательный раздел Польши Торговая политика Англии и отпадение американских колоний Война за независимость Конституция Соединенных Штатов Значение американской революции для Европы Век демократии — Старый порядок и революция во Франции Неудача реформ и аристократическая революция Реформы Учредительного Собрания , Падение монархии Конец революции и внешние завоевания республики Индустриальный переворот в Англии Английский торговый империализм Консульство и империя во Франции Захваты Наполеоновской империи Начало пробуждения наций в Европе Идеи реакции и либерализма Священный союз и подавление революций Конец Александра 1 и декабрьское восстание Правление эмигрантов во Франции Англия в эпоху реакции Независимость Греции и восточная политика России Победа либерализма и первое движение рабочих.

Либерализм и Движение рабочих — 48 гг. Июльская революция во Франции Отражение революции г. Социальные столкновения в jnoxy июльской монархии Социалистические учения во Франции Парламентская реформа в Англии 34В. Февральская революция во Франции Объединение Италии и Германии. Революции в Средней Европе Революция в Италии Революция в Германии Революция в Австрии и Венгрии Реакция в Средней Европе Материализм в жизни и понятиях Вторая империя во Франции Падение второй империи и франко-прусская война Эпоха великих реформ в России.

Общественное движение х годов Продолжение реформ и польское восстание Реакция и народничество Турецкая война — 78 гг. Буржуазная республика и движение рабочих зо Франции Вторая избирательная реформа в Англии Развитие демократии и империализма в Англии Интернациональные соединения рабочих Америка во второй полонине XIX в. Европейская эмиграция в Америке Северные и южные штаты Двадцатое столетие — Европа перед великой войной.

Международные отношения в XIX в. Милитаризм в Европе Раздел Африки и начало раздела Азии Россия в конце XIX века Русско-японская война и начало революционного движения в России Великая война в Европе. Приближение общеевропейской войны Восточный вопрос в XIX в.

Германский империализм на Ближнем Востоке Происхождение и начало Великой войны Борьба равных сил Версальский мир и Лига наций Составитель имеет прибавить лишь немногое к тем общим мыслям о методе учебного изложения - гории, которые выражены им в предисловии к Учебнику Арии Средних веков.

B Учебнике Новой истории он старался держаться тех же главных приемов, которые положены были в основу предшествующего изложения: Относительно последнего пункта составитель должен сделать одно замечание. Казалось бы, вводить факты национальной истории русского народа в состав истории всеобщей становится тем легче, чем более мы приближаемся к Новому и Новейшему времени, когда сношения между Россией и другими странами Еврюпы приобретают особенно оживленный характер. На самом деле, однако, автор учебника истории такого облегчения не испытывает.

Происходит это потому, что русский народ находился в эпоху Средних веков и в Новое время в неодинаковых культурных условиях и соответственно тому занимал неодинаковую ступень развития сравнительно с народами Западной Европы.

Киевская Русь по культуре не уступала современному ей Западу. Еще и Новгородская республика в своем счастливом положении близ выхода к Западной Европе, продолжала культурную жизнь, не отстававшую от Запада, между тем как центральная Русь, вследствие азиатского нашествия кочевников, уже отпала в глубину варварства.

Россия решительно отстает от Западной Европы. Не то, чтобы в ней происходили какие-то особенные процессы, проявлялись какие-то глубоко отличные национальные свойства; нет, все дело в том, что события идут другим темпом, развитие замедляется. Достаточно привести один пример. Просвещенная монархия всюду выступает, как главный побудитель реформы освобождения крестьян. Именно этот факт отставания России в Новое время и состав-. Тут синхронистическое изложение и деление на периоды по существу явлений не могут быть вполне примирены.

Рубрики приходится принять во внимание к западноевропейской культуре: Говорить нечего, что это отставание не дает ни малейшего права отступиться от синхронистического изложения тем более, что, помимо сцепления внешних событий, мы имеем и глубокое идейное родство общественных направлений в восточной и западной Европе.

Переход от Средних веков к Новому времени. Впервые разделил историю Европы на три большие века, Древний, Средний и Новый, германский ученый Кристоф Келлер, более известный под латинским именем Целлария — Он назвал Средним веком время от гибели римской империи, когда пришли в упадок прекрасные языки древних греков и римлян, и до взятия Константинополя турками, когда византийские греки, бежавшие на запад, принесли с собой знание античной литературы и содействовали этим возрождению наук у европейцев.

Названия, придуманные ученым XVII в. Мы называем Средним веком столетия, которые следовали за разрушением культуры античного мира, когда Европу, одичавшую и обедневшую, превзошли азиатские народы, и притом вдвойне: Новым временем мы называем эпоху возвышения Европы начиная с года. Одна из главных особенностей Нового времени — распространение европейцев за пределы своего материка.

В связи с этим расширением Европы находится рост населения, развитие торговли и промышленности, появление технических изобретений, возникновение богатых и могущественных государств; в умственной жизни Новое время выделяется успехами наук, расширением кругозора, падением слепой бессознательной веры и установлением свободы личности.

Разделение Нового времени на периоды. Новое время можно разделить на три периода: Век реформации от начала XVI ст. Одновременно происходили большие океанические предприятия европейцев, началось колониальное расширение Европы. Церковный раскол вызвал войны, которые усилились еще от возникающего торгового соперничества западноевропейских народов. Восточная Европа также приняла участие в этой борьбе интересов: Век абсолютной монархии от середины XVII в.

В эти полтора столетия развитие торговли и промышленности подняло богатство европейских народов и псвдело к образованию крупных и сильных государств. Во главе управлении большей части европейских держав- стала монархия, представители которой считали себя призванными просвещать народ, руководить его работой и занятиями. Так как при этом монархия сохранила привилегии высших классов, духовенства и дворянства, приобретенные ими в Средние века, этот строй принято называть Старым порядком.

Исключение представляет за данное время Англия, где монархия уступила место парламенту, и где таристократия применилась к новым условиям промышленной жизни. Век демократии от до наших дней. Старый порядок, задерживавший развитие средних и низших классов, т. Напор народных слоев сделал неизбежной отмену привилегий дворянства и церкви, падение крепостной зависимости крестьян и уничтожение ремесленных цехов.

Так как необходимые реформы слишком долго задерживались, то перемены совершились в бурной форме крушения монархии и столкновения классов. Первшш пример революции, провозгласившей равенство прав и политическую свободу, показали английские колонисты Северной Америки, сбросившие зависимость от аристократической метрополии и образовавшие демократическую республику.

За нею следует великая французская революция. В Западной Европе для торжества нового демократического строя понадобилось несколько революций, из которых наиболее важные приходятся на год. В Восточной Европе, вошедшей в состав Российской империи, старый порядок задержался более, чем на лет до начала XX века. Развитие демократии сопровождалось ростом населения, индустриальным переворотом, ускорением средств сообщения, новым колониальным расширением Европы.

Для того, чтобы прокормить себя, европейцы крайне усиливают свое производство, изобретают новые способы фабричной и заводской работы, увеличивают чудеса техники в области машин. С развитием промышленной энергии между народами Европы образовались соперничества. Крупнейшие из них вступили на путь и м п е р и а л и з м а, т. Возрастающие непомерно вооружения европейских империалистических держав привели с неизбежностью к Великой войне XX века — Век демократии — принято отделять от первых трех столетий Нового времени — под названием Новейшей истории.

Конец Средних веков и начало Нового времени. Это — эпоха широкого развития просвещения в Европе, находящего себе помощь в книгопечатании. Оообiенно ревностно изучаются забытые в Средние века древние писатели, латинские и греческие. Впоследствии время это назвали Возрождением по французски Ренессанс , разумея новый раз цвет умственной жизни европейцев под влиянием античной литературы и искусства.

Одновременно успехи географической науки вызывают смелые океанические предприятия, приводящие коткрытию Нового Света Америки. Наконец к той-же эпохе относится и образование нового государственного порядка, который отличается от средневекового феодального строя большим развитием центральной власти, объединяющей все части страны и подчиняющей себе все сословия.

Этот новый порядок всего ранее обнаружился в трех государствах крайнего запада Европы: Италия и Германия в конце Средних веков. На большом торговом пути от Средиземного моря через Альпы вдоль Рейна к Северному морю возник целый ряд больших промышленных городов.

Италия и Германия раздробились на мелкие части и потеряли свое значение в европейской политике, чтобы уступить место государствам, сложившимся на западе и на востоке от них. В обеих странах однако города сохранили перевес в искусствах, ремеслах "и науках. В больших промышленных городах северной Италии, Флоренции, Милане, ВенецииЛ Генуе, впервые стала слагаться новая общественная жизнь.

Она непохожа на ту, какую вели рыцари, увлекавшиеся далекими предприятиями. Горожане находятся в постоянном близком между собой общении; они образуют кружки, в которых читают литературные произведения, стихи и повести; он: Все более и более растет увлечение классической Древностью. Итальянцы хотят быть похожи на своих славных предков, римлян, изучают усердно произведения великих римских авторов, Виргилия, Цицерона, Тита Ливия, Тацита, выучивают их наизусть, стараются писать самш заимствованным у древних, правильным и красивым латинским языком.

Особенно ревностно занимались Древностью во Флоренции, городе трех замечательных поэтов, Данте, Петрарка, Боккаччо, почитателей античного Рима. Купеческий сын Нткколо Никколи стал здесь первым собирателем старинных книг.

Из томов — громадного количества для того времени — многие были переписаны его собственной рукой. Никколи устроил в своем доме первую библиотеку для чтения: В сношениях с другими городами все завысило от Медичи, так как его банк был главной платежной силой Флоренции.

Если против республики поднимался враг, Медичи подрывал его кредит, затрудняя ему ссуду, нужную для ведения войны. Напротив Флоренции служил лучший из тогдашних кондотьеров — Франческо Сфорца кондотьерами, т. Козимо Медичи помог потом Сфорца овладеть Миланом и сделаться там правителем; он приобрел т. Козимо Медичи и становится главным покровителем наук и искусств во Флоренции.

Он выстроил себе дворец в новом вкусе, просторный и полный света тогда как средневековые замки состояли из темных и низких каморок.

Он принял горячее участие в собирании рукописей. Когда Никколи от своего любительства разорился, Козимо открыл ему неограниченный кредит в своем банке; после смерти Никколи, Козимо приобрел его книги для большой городской библиотеки, которую устроил в монастыре св. Между тем к увлечению латинскими авторами прибавилось изучение писателей древнегреческих. Главными пробудителями этого интереса были греки, приезжавшие из Византии для устройства церковной унии, и особенно участники флорентийского собора г.

Из них Гемист Плетон, горячий сторонник философии Платона, склонил Козимо основать во Флоренции Академию для изучения сочинений этого древнегреческого философа. Фичино, сын домашнего врача Медичисов, прошел особую ученую подготовку, чтобы перевести для Козимо на латинский язык творения Платона. Последователи философии Платона видели в ней новую религию, которую они хотели соединить с христианством.

Фичино обращался к своим ученикам со словами: Из Флоренции увлечение классическими писателями перешло в Рим. Так как папы хотели иметь секретарями мастеров изящной латинской речи, на папскую службу поступил флорентинец Поджо; во время своей поездки с папою на Констанцский собор — , ученый однако больше всего был занят разыскиванием по монастырям старинных рукописей. В Риме Поджо нашел новый предмет интереса: Несмотря на то, что в это время Константинополю грозили турки, и надо было собирать средства на крестовый поход, Николай V отдавал все внимание покупке драгоценных старинных книг; изо всех европейских стран выписывал он ученых переводчиков и переписчиков, положил основание знаменитой ватиканской библиотеке, целые часы проводил за чтением старинных текстов.

Увлеченный мечтами о восстановления величия Рима, Николай V задумал громадный план перестройки всей столицы своей: Увлечение литературой и искусством древних народов распространилось и в других городах Италии, в Милане, Генуе, Beнеции, Неаполе. Но всетаки Флоренция осталась главным центром Возрождения.

Здесь продолжал украшать город произведениями искусства и покровительствовать ученым внук Козимо, Лоренцо Медичи — Власть в государстве перешла к нему без всякого спора. Его противники из городской аристократии попробовали составить заговор с целью убить членов правящей фамилии в церкви. Но от кинжала заговорщиков погиб лишь младший брат, Джулиано, сам Лоренцо спасся. Народ стал на его сторону, жестоко расправился с врагами Медичи и, для охраны правителя, окружил его стражей.

Его Величества , который как бы равнял его с коронованными особами. Господство Медичи представляет пример замены республиканского правления монархическим. Их власть не опиралась однако на учение о божественном происхождении, как у королей и сеньаров в других странах Европы; поэтому к ним более всего подходит старинное греческое название-тиранов. Таким же тираном сделался и Милане кондотьер Сфорна, основавший здесь династию. Появились тираны и в других городах северной Италии, кроме только Генуи и Венеции, где сохранилось республиканское устройство.

Тираны старашись составить себе блестящий двор, привлечь к нему видных художников, ораторов и писателей, расположить к себе народ празднествами и крупными постройками: Книгопечатание и гуманизм в Германии. Иной характер, чем в Италии, носило просвещение в Германии. Здесь большое влияние приобрели ученые, которые стремились просвещать широкие слои народа. Братья хлопотали не о приготовлении роскошных, каллиграфически написанных, изукрашенных миниатюрами экземпляров, а о том, чтобы в возможно большем количестве продавать дешевые книги, так как в Германии потребность в чтении все возрастала.

Ради удешевления изданий- придумали готовить их механическим способом. Это было начало печатания; вырезанные на дереве страницы можно было воспроизводить в любом количестве. В х годах XV в.

Работая в Страсбурге, а потом в Майнце, Гутенберг пробовал сначала делать типы из дерева, но скоро заменил их более прочными и ровными металлическими.

К своему основному изобретению он прибавил еще два других: Типографское искусство сразу отделилось от других ремесл сложностью работы и необходимостью больших затрат на материал, инструменты и плату многочисленным рабочим.

Устроители типографии хотели соперничать с рукописными изданиями и старались сохранить тайну своего изобретения. Первой книгой, которую Гутенберг начал печатать около была Библия, за ней последовал Юстинианов закон.

Фуст, недовольный затяжкой большого издания, потребовал назад своих денег, и так как Гутенберг не мог заплатить долг, вытеснил его из типографии, В г. Эта катастрофа послужила к раскрытию тайны типографского искусства и распространению дела книгопечатания по всей Европе: В Италии германские типографы сначала не имели успеха; в глазах восторженных поклонников античной литературы новое искусство было варварством, так как ничего подобного не знали древние народы.

Постепенно однако итальянцы примирились с изобретением. В конце XV в. Быстрому распространению печатных книг содействовало изготовление тряпичной бумаги первая бумажная фабрика открылась в Нюрнберге в г. Как Германия передала Италии искусство книгопечатания, так Италия в свою очередь внушила Германии интерес к античному миру, к древним языкам, литературе и искусству. Изучение Древности началось прежде всего в больших городах южной Германии, Лугсбурге, Нюрнберге, Страсбурге и др.

Богатые патриции купеческая аристократия стали собирать рукописи, издавать античных писателей, приглашать ученых, заводить школы для изучения языков латинского и греческого. В Германии впервые возникло новое название для поклонников античного мира — гуманисты. У языческих писателей Древности гуманисты нашли новые для себя взгляды на религию и новые нравственные понятия.

Более возвышенно , но также чуждо христианству нравственное учение художника и архитектора Альберта. Эти взгляды Альберта как нельзя более расходились с проповедью церкви и идеалом монашества: Гуманисты старались построить на новых нравственных началах и новое воспитание. Устроитель думая, что должно лишь возбуждать в учащихся интерес и взаимное соревнование, открывать им свободу действий и доверять их естественной наклонности: Великая своим просвещением, Германия была бессильна, как государство.

В большой стране, включавшей, кроме нынешней германской державы, части восточной Франции, Бельгию, Нидерланды, Австрию, Чехословакию, Швейцарию, Латвию и Эстонию, не было общего порядка. Ни император, ни рейхстаг съезд князей и представителей имперских городов не имели никакой власти. Лишенная войска и финансов, империя не могла охранить свои окраины от нападения врагов, французов, венгров, поляков, датчан, московитов. Не было также средств, чтобы поддерживать порядок и спокойствие внутри: Подстать этому разстройству империи был характер императора Фридриха Ш — , поразительно ленивого и бездеятельного: ИнОГО характера был его сын Максимилиан, способный в науках, владевший 8 языками, покровитель гуманистов, блестящий рыцарь на турнирах, отличный предводитель, сумевший организовать отряды ланцкнехтов наемников-пехотинцев, сражавшихся длинными копьями.

Избранный в г. В свою очередь князья соизволили ему помощь деньгами, и благодаря этому он отвоевал у венгров наследственное владение Габсбургов, Австрию. После воцарения МаксимилианаДМЭЗ — крупные князья, с архиепископом Майнцоким во глаще, приступили к реформе имперского строя. Но князья при этом задумали взять власть в свои руки, и составить из своей среды постоянное правительство. Тогда Максимилиан, боясь быть отодвинутые в сторону, помешал всему делу реформы государства: Расстроив преобразование империи, Максимилиан отлично провел свои династические цели: Нидерланды и Франшконтэ см.

Англия, Франция и Испания к концу Средних веков. В более счастливых условиях, чем Италия и Германия, находились страны крайнего запада Европы, Англия, Франция и Испания. Сложившиеся здесь три нации, англичан, французов и испанцев, пользуясь каждая определенностью границ своей страны, образовали три замкнутые государства.

К концу XV в. Во главе каждого из этих государств становится, iв качестве централизующей сил ы, монархия, которая, после периода смут и гражданских ЕОЙН, старается подчинить разбушевавшийся военный -класс, установить мир и спокойствие, содействовать развитию торговли и промышленности. Война Роз и торжество монархии в Англии. Столетняя война между Англией и Францией прекратилась в году. Все приобретения, сделанные англичанами во Франции при короле Генрихе V, были потеряны при его неспособном сыне, Генрихе VI — ; Англия сохранила только Калэ по другую сторону пролива.

Рыцари, оставшиеся без дела, стали поступать на службу к крупным лордам и, в качестве ливрейных людей, носить гербовые цвета своих господ. Эти большие вооруженные свиты нашли себе применение в междоусобной войне, возгоревшейся из за династических споров. Дом Плантагенетов разделился на две линии, Ланкастерскую алая роза в гербе иИоркскую белая роза.

Король Генрих VI принадлежал к первой; против него выступил его родственник, герцог Йоркский. Прада Иорка стал поддерживать граф Уорик, располагавший 63 замками и кормивший в них несколько тысяч своей свиты: С этого началась война между Алой и Белой Розами.

Четыре раза извлекали слабоумного короля из Тоуера и опять заключали его туда, пока он ие был умерщвлен неизвестной рукой. В стране свирепствовала гражданская война: Все это помогло Эдуарду IV возвысить и укрепить королевскую власть. Преданный королю парламент, в котором преобладали горожане, искавшие спокойствия, соизволил Эдуарду IV на всю жизнь право собирать налоги с торговли; т.

Успокоение Англии было однако остановлено раздорами в среде самих Иорков. По смерти Эдуарда IV его брат Ричард, назначенный опекуном своих малолетних племянников, умертвил их и воцарился сам. Тюдоры извлекли для себя все выгоды из окончания борьбы, в которой аристократические роды взаимно истребили друг друга. Население, измученное усобицами, разгромами, наездами, готово было предоставить королю неограниченную власть.

Генрих VII — принял самые энергичные меры для подавления мятежей и заговоров. Он запретил носить ливрейные цвета, распустил все свиты. Он отнял пушки у сеньеров и объявил артиллерию монополией короны.

Для суда над нарушителями порядка была установлена Звездная палата название от украшения потолка судебной залы звездами , которая представляла значительное уклонение от привычного англичанам судебного, устройства. Тогда как в Англии до тех пор дела разбирались открыто с участием присяжных, т. Парламент потерял свое значение, которым он располагал в течение двух веков. Верхняя палата его сильно поредела от истребления аристократии; лорды, вновь назначенные королем, были ему вполне послушны. Нижнюю палату, где сидели некрупные землевладельцы и горожане, король собирал лишь изредка.

Но и тут ему нечего было бояться оппозиции сопротивления. Генрих VII не обращался к парламенту за денежными требованиями. Капетинги, особенно Филипп II Август — и Людовик IX Святой — , собирали королевскую вотчину по частям с большими усилиями, устраняя независимых феодальных владетелей. Они однако не были объединителями французской нации.

В приобретенных территориях они видели прежде всего достояние своего дома; начиная с Людовика IX, многодетные короли стали раздавать части вотчины своим младшим сыновьям. К концу XIV в. Самым сильным из удельных князей был герцог бургундский. Его владения только одной частью входили в состав Франции. Другая доля, Франшконтэ по склонам г. Юра, лежала в пределах германской империи. В х годах XV в, бургундский герцог Филипп Добрый приобрел еще новые богатые промышленные области империи, лежавшие по pp.

Шельде, Маасу и Нижнему Рейну. Из пограничных германских и французских земель образовалось как бы новое государство: Ради торговых сношений бургундским герцогам было выгоднее держаться союза с Германией и Англией, чем с родственной им Францией.

Английский король Генрих V одержал свои успехи во Франции главным образом благодаря поддержке Филиппа Доброго. Только когда бургундский герцог отстал от Англии и соединился с французским королем Карлом VII — , удалось вытеснить англичан из Франции.

В виду такого раздробления сил французской нации, восстановление государства после тяжелой Столетней войны было делом очень трудным. Во время борьбы с англичанами, король Карл VII каждый год созывал генеральные штаты т.

На собрании штатов вОрлеанев г. Король продолжал потом собирать этот налог ежегодно, не обращаясь более к штатам. Штаты не поставили ограничений, которые бы вынуждали, короля обращаться к ним при всякой нужде в деньгах, как это сделал парламент в Англии; они не закрепили за собой права проверять расходы короля и разбирать его политику.

С этой поры короли во Франции1 перестали созывать штаты. За установлением правильного налога последовало устроение войска. Война с Англией велась наемными отрядами, которые набирались, кроме французов, из людей различных стран, испанцев, итальянцев, бельгийцев, немцев, шотландцев и т. Образовавшаяся для изгнания англичан сорокатысячная армия наемников так наз. К концу войны король только и помышлял о том, как бы избавиться от этого страшного сброда: В виду такого разорения от наемников, Карл VII старался создать постоянную национальную армию на жалованьи, для чего средства ему дала новая постоянная подать, соизволенная штатами.

Армия составлялась из двух частей: В жандармы поступали во множестве обедневшие рыцари; большинству их было непосильно нести прежнюю феодальную повинность, т. При Карле ПП, однако, власть короля была еще очень слаба. Настоящим объединителем Франции, который покончил с феодализмом принцев, сделался его сын Людовик XI — К началу его правления вотчина короля вследствие раздачи уделов так сократилась, что составляла меньше половины королевства; притом ее северная и южная половины были отделены друг от друга широкой полосой княжеских владений.

Самый могущественный из них, сын Филиппа Доброго, Карл бургундский, прозванный Смелым, одно время держал короля в плену у себя.

Людовик XI, неутомимый, бесконечно изобретательный и вместе с тем нечестный политик, шел на всякие уступки и при первой возможности нарушал условия: Слабая сторона бургундского герцогства состояла в том, что оно было перерезано посредине посторонними владениями.

Карл Смелый старался захватить имперские земли, Лотарингию и Эльзас, которые бы связали1 обе разрозненные части, и вместе с тем получить королевский титул из рук императора.

Людовик XI всюду поднял врагов против Карла; на севере он поддерживал волнения нидерландских городов, на юге платил деньги горожанам и крестьянам Швейцарского союза, которые опасались захватов со стороны бургундского герцога. Швейцарцы выработали замечательный пехотный строй в борьбе с Габсбургами, отстаивая свои права на обладание альпийскими проходами особенно С.

Теперь они выступили против Карла бургундского. В трех сражениях они разбили бургундских жандармов; в последнем, при Н а н с и, Карл погиб. Людовик успел захватить из его владений только Бургонь на юге и Пикардию на севере. Остальная, большая часть бургундского наследства, Нидерланды и Франшконтэ, досталась Максимилиану Габсбургу, получившему руку Марии бургундской, дочери Карла Смелого. С этой поры над Францией повисла новая угроза в виде притязаний германских наследников бургундского дома: Но для внутреннего спокойствия Франции гибель Карла бургундского была успехом.

После его конца было легче справиться с другими сеньерами. Людовик XI вернул оторвавшиеся от монархии уделы и приобрел еще новые княжества: Корюль отнял у сеньеров право обмениваться посольствами и письмами с иностранными правительствами. Он присвоил себе вообще надзор за почтой: Объединитель большей части земель, составляющих нынешнюю Францию, человек больной и тщедушный, долго оставался в памяти народа таким, каков он был в последние годы правления, когда жил п уединении небольшого замка, среди болот, окруженный наемной шотландской стражей, под защитой множества ловушек и волчьих ям, наводя ужас трупами повешенных жертв своей расправы, среди немногих приближенных, которых он вытянул из ничтожества.

Из борьбы христиан с мусульманами на Пиренейском полуострове образовалось насколько государств. Он был плохой администратор, а кастильские воины и золотоискатели не хотели подчиняться иностранцу. Все больше распространялось разочарование: Обвинения Колумба в жестоком обращении с туземцами заставили правителей вызвдать его в Испанию.

После нового, третьего путешествия, король поспал ревизора для проверки действий Колумба; его арестовали и отправили в цепях в Испанию. Он не поколебался в своем убеждении: В поисках этого пролива Колумб бесплодно скользил вдоль берегов Средней Америки. Подавленный неудачей, больной, вернулся он в Испанию; его покровительницы, королевы Изабеллы, не было в живых; он умер в г. Немилость, которой подвергся Колумб, была вызвана успехами португальцев, открывших, при короле Мануиле I Счастливом путь к настоящей Индии.

Африка во всей ее окружности стала известна португальцам; везде на видных местах берега водрузили они свои п а д р о н ы, каменные столбы с изображением государственного герба Португалии в знак захвата ими земли. Васко да Гама прибыл в город К а л и -. В этой важнейшей гавани по торговле пряностями, принадлежавшей местному индусскому царю, Заморину, португальцы встретились со своими старыми врагами, маврами и арабами, и тотчас-же вступили с ними в борьбу.

Васко да Гама поехал во второй раз уже во главе сильного флота; от Заморит он потребовал изгнания мавров и передачи всей торговли пряностями португальцам; чтобы подкрепить требование, он бомбардировал Каликут из своих пушек. С богатой добычей золотого песку, жемчуга и разных драгоценностей иернулся он домой.

Скоро португальцы открыли еще далее на востоке Цейлон, Малакку и проехали в моря Китая и Зондских островов. Весь южный берег Азии от Аравийского моря до Тонкинского залива стал доступен для прямых сношений с Европой. Лисабон, столица Португалии, сделался средоточием торговли восточными пряностями перец, гвоздика, корица, мускатный орех, в качестве необходимой приправы еды, составляли тогда большую ценность.

Португальцы, в сравнении с испанцами, добивались более верными и практическими средствами определенной цели. Их плавание по большей части было береговым, тогда как испанцы пускались в открытый океан. Колумб казался почти безумным мечтателем со своей упорной фантазией о достижении воображаемой Индии, тогда как они нашли Индию подлинную.

Однако скоро в путешествиях на запад стали также видеть самостоятельную цель там более, что ошибка Колумба была поправлена рядом новых поразительных открытий, которые установили существование громадного материка, протянувшегося во всю длину Атлантического океана. Пинсон, спутник Колумба, открыл устье Амазонской реки. Одновременно с Колумбом, венецианцы Иоанн Кабот и сын его Себастьян, на английских кораблях, открыли берега Лабрадора и нынешних Соединенных Штатов северной Америки.

Пример Колумба увлек флорентийца Америке Веспуччи, который, на службе сначала у испанцев, потом у португальцев, совершил несколько путешествий к берегам нынешней Бразилии. В письмах к одному из Медичи Америко дал подробное описание заатлантических стран, которые он впервые назвал Новым Светом; его собственное имя утвердилось как название материка Америки.

Но и название Индии, данное островам Средней Америки Колумбой, также сохранилось: В год смерти Колумба, с высот Панамского перешейка испанский офицер Бальбоа увидал громадный океан, который нужно было переплыть, чтобы подойти к действительной Индии.

Магеллан как бы завершил план Колумба и вместе с тем соединил открытия португальцев и испанцев. Огненной земли проливом, который сохранил его имя, и вступил в океан, которому сам дал название Тихого благодаря случайной тихой погоде. Переезд его оказался неожиданно очень долгим;, провиант весь вышел; истомленные голодом, добрались испанцы до нынешних Филиппинских островов.

Здесь они встретили португальцев, прибывших с противоположной стороны. Магеллан был убит в схватке с туземцами; лишь один из его кораблей с половиной выехавших моряков, вернулся в Европу, проплыв через Индийский океан и кругом Африки; они прибыли через 3 года после выезда, совершив т. В течение 30 лет область географических сведений европейцев необычайно расширилась.

Восточная и Северная Европа в конце Средних веков. Западной Европы не коснулись те бедствия, от которых пострадала Европа Восточная. В течение трех веков XIII XV восточноевропейские страны Балканский полуостров, придувайские земли, области между Вислой и Волгой терпели от нашествий азиатских варваров, монголов, татар, турок.

Одни из восточноевропейских народов попали в рабство к воинственным азиатам, как византийские греки и югославянские народы, болгары и сербы; другие должны были отбиваться от них, как русские, литовцы, поляки. Вследствие этого долго оставались заброшенными как раз самые плодородные черноземные степи: В восточной Руси XV в. Жизнь в Восточной Европе оставалась несравненно более бедной, в просвещении народы восточноевропейские сильно отстали от западных. Восточная Европа была разделена между тремя державами: Венгрией, пол веко-литовским и московским государствами.

Из них Венгрия находилась в наиболее трудном положении: Дальше от мира азиатских кочевников были расположены Польша, Литва и Москва: Оки; Дона и Волги. Между собою польско-литовское и московское государства враждовали. Главная причина их столкновений заключалась в том, что между ними была поделена многочисленная русская народность: Каждое из двух государств стремилось к объединению всех русских земель; отсюда войны, заполняющие собой почти два века.

В Северной Европе средоточием сношений служило Балтийское море. По одну его сторону находились скандинавские государства, Дания и Швеция; по другую области, населенные племенами финскими и латышско-литовскими, на которые с XIII в.

В XV веке благодаря торговле немецких ганзейских городов, Любека, Данцига и др. Но Гаиза была союзом купцов, а не государством; от империи германской она не получала поддержки; не могли ей помочь и военные силы немецкого ордена, утвердившегося на нижней Висле, у заливов Рижского и Финского. От бессилия империи пострадала и ее северно-восточная окраина: Польша и Литва, соединившись вместе, начинают успешно надвигаться на орденские земли и пробивать себе выход к Балтийскому морю.

Ганзейскую торговлю, с другой стороны, принимаются теснить скандинавские народы, датчане и шведы. Начинается борьба за преобладание в Балтийском море; в ней принимает участие и Московское государство, после того как оно покорило Новгородскую республику г.

Образование шляхетского строя в Польше. Пока Польша была раздроблена на уделы , немцы, пользуясь ее бессилием, успешно продвигались в область реки Вислы. Они заселили по преимуществу города и образовали тут совершенно самостоятельные общины, устрой спею которых получило название м а г д е - бургек ого права, так как они воспроизводили у себя порядки большого имперского города Магдебурга. Когда в начале XIV в. На место прежних бюргеров, гордых и богатых, появились новые обыватели, тихие и послушные, которые однако по прежнему набирались из иностранцев, немцев и евреев.

Проповедь в церкви в конце Средних веков. В Польше не образовалось просвещенного и подвижного городского класса, подобного населению западноевропейских городов мы зозем его теперь обыкновенно французским именем буржуазии Отсутствие среднего класса, который стоял бы между аристократией и крестьянством, имело два важных последствии. После прекращения династии Пястов последний король этой династии, Казимир III Великий, покровитель крестьянства, умер в г.

Их делом была уния Польши с Литвой в г.. По смерти Ягелла власть аристократии пытался сломить кардинал Збигнеда Олесницкий,. Однако, политика этого духовного князя, участника Констанцкого и Базельского соборов, увлеченного церковными вопросами, была очень неудачна: Вислы; великий магистр стал вассалом польского королевства; половину рыцарей должны были отныне составлять поляки.

Польша достигла величайшего могущества извне. Оно еще усилилось благодаря тому, что сын Казимира, Владислав Ягеллончик, занял престол Богемии и Венгрии. При всех своих внешних успехах, даровитый и энергичный король не мог однако создать неограниченную власть наподобие своих современников, Людовика XI и Фердинанда Католического.

При нем стало вырабаты-. С самого начала правления, для того, чтобы укрепить свою власть против высших классов, аристократии и духовенства, Казимир должен был опираться на многочисленное рыцарство, которое составлялось частью из шляхты, т.

В свою очередь, так как Польские купцы в XV в. Когда Казимир в г. С шумом окружили шляхтичи своей массой королевский шатер и потребовали у Казимира признания, что вперед без согласия шляхты ничего не будет решаться относительно войны и мира или собирания налогов. Во время похода, на большой лагерной остановке в Н е ш а в е король утвердил важнейший для шляхты привилей: Уже раньше шляхтичи привыкли собираться на с е й м и к и, или съезды и обсуждать в своей среде политические вопросы; теперь было признано, что согласие сеймиков необходимо для принятия всякого нового закона и для сознания п о с п о л и т о г о р у ш е н ь я, т.

Управлять государством при помощи шляхты было делом сложным и трудным. Для того, чтобы заручиться согласием рыцарства, король должен был объезжать округа и договариваться с каждым сеймиком в отдельности.

Так как окружных сеймиков было очень много до 60 , король стал вызывать от них п о с л о в, т. Здесь депутаты от шляхты, составляя посольскую избу, присоединились к раде, совету аристократии панов. Польский сейм был непохож на парламенты Новейшего времени, обладающие верховной властью в делах законодательства: При сыновьях Казимира IV, Яве Альбрехте, Александре и Сигизмунде I , шляхта, получив в свои руки управление государством, расширила еще больше свои привилегии, которые были вместе с тем-уроном для других классов.

Завоевание выхода к морю она обратила исключительно в свою пользу. Сейм издал закон о свободном беспошлинном вывозе произведений сельского хозяйства, и шляхта стала получать большую выгоду от продажи заграницу хлеба, вырабатываемого в ее.

Вместе с тем она позаботилась о том, чтобы удешевить ввоз иностранных продуктов, которые потребляла сама: Этим она открыла доступ в Польшу иностранным купцам и чужим товарам, не давая развиться своему торговому классу и национальному ремеслу.

Особенно важно было для шляхты то, что она выработала на сейме законы, обеспечившие ей работу и подчинение крестьян. Начало крепостного права в восточной Европе. В конце Средних веков землепашцы ea востоке Европы по большей части были людьми свободными. Рыцари по своей подвижной жизни не могли заниматься сельским хозяйством и предоставляли крестьянам полный простор, ограничиваясь получением от них оброка,. Эти условия стали изменяться в XV в. Они налегли на работу крестьян и ввели б а р - шину, т.

Так как крестьяне стали уклоняться от новой тягости и убегать, шляхта принялась за меры строгости к поимке беглецов и наказанию тех, кто их укрывает. Для того, чтобы сломить самостоятельность крестьян, находившую себе опору в солтысах, дворяне стали выкупать должности деревенских судей: Это дало им возможность захватить в свои руки вотчинный суд т. Как только шляхта стала собираться на сеймы, она поспешила издать законы для обуздания крестьян.

От до г. Одинаковую участь испытывает крестьянство в соседних с Польшей странах, в Богемии, Венгрии, в орденских землях Пруссии и Ливонии. Причина утеснения крестьян всюду одна и таже: В Богемии свобода передвижения крестьян была запрещена ландтагом сеймом г.

В Венгрии это произошло несколько позже, но зато более резко при следующих обстоятельствах. Собравшиеся на призыв крестьяне, раз получив оружие, не подумали идти на врага, а бросились на имения рыцарей. Во главе восставших стал Георгий Доша, происходивший из с е к- л е р о в, гордых и независимых крестьян горной Травсильвавии.

Но король был бессилен помочь крестьянам и не смел с ними соединиться. Одно время восставшие имели перевес; простой народ в городах, особенно в Пеште, выражал им свое сочувствие. Дворянство воспользовалось случаем, чтобы на сейме г. Крестьяне лишились свободы перед в и ж е н и я; установлена была обязательная барщина один день в неделю, установлена десятина с полей и викоградников, денежная уплата с каждого двора, доставка господину живности и птицы; если у крестьянина найдется оружие в доме, ему отрубается рука; королю воспрещается возводить в епископский сан крестьянина.

В законах г. У крестьянина нет теперь никакого права на землю. В силу законов, выработанных польскими, чешскими и венгерскими дворянами, крестьяне были при кре плен ыкземле, стали подобны рабам.

В отличие от рабства античного мира мы называем это состояние неволи крепостным правом. Одновременно с образованием большого польско-литовского государства, вобравшего в себя Русь югозападную, происходит объединение северовосточной Руси вокруг Москвы. Иван III не был по природе воителем: Новгород по имени признавал великого князя московского, но в действительности оставался республикой, которая управлялась аристократией бояр и общенародным вечем.

Новгород был богаче и просвещеннее, чем Москва, новгородцы стояли ближе к западной культуре, тогда как двор и управление московского князя прониклись азиатскими обычаями и понятиями. Однако московский государь был сильнее новгородской общины: Новгородские бояре стали искать союза с Литвой.

В силу договора, заключенного посадником Борецким с великим князем литовским Казимиром Ягеллончиком, последний обещал подать Новгороду помощь против Москвы, ни в чем не нарушая новгородских вольностей; бояре уговорились также, чтобы он не давал веры холопам рабам и крестьянам, если те начнут жаловаться на своих господ. Узнав про договор, Иван III пошел войной на Новгород, обвиняя новгородцев 1 в измене православной вере.

Казимир не мог помочь республике: Передовой отряд московский разбил на р. Шел о ни вчетверо большие силы новгородцев, сражавшихся без всякого одушевления; Борецкий-сын был взят в плен, и - вместе с тремя знатнейшими боярами казнен Осторожный Иван III не хотел доводить новгородцев до крайности, ограничился большим выкупом, отнял колониальные владения, Заволочье и Пермский край, но оставил в силе.

Положение вещей было однако непрочно: Великий князь при этом зорко следил за применением титулов со стороны новгородцев. На этот раз сопротивления не было; Борецких схватили и сослали в далекий Нижний-Новгород, вечевые собрания прекратились.

Иван III разгромил совершенно новгородскую аристократию: Расстроил он также и всю торговлю новгородскую, закрыл немецкий двор, куда приезжали ганзейские купцы и забрал все иностранные товары. Новгород сразу потерял свое значение, как центр торговли с Западной Европой.

Начало самодержавия в Москве. Наряду с возрастанием внешнего могуществу у великого князя московского создавалось и высокое понятие о своей власти. При дворе московском соединялись взгляды, принесенные татарами из Азии, с учениями, заимствованными из византийских книг, из летописей и судебников восточно-римской империи и греческой церкви. После падения Константинополя московский государь считает себя единственным правомерным наследником империи и хранителем православия: Виппер, Новое время, 4.

Иван III отклонил однако союз с католической церковью; самый же приезд греков в Москву был началом заметных перемен в быту и в управлении государством. Московский герб с изображением Георгия Победоносца заменяется византийским гербом двуглавого орла.

Иван III заводит у себя пышный церемониал византийского двора. Титул великого князя уже не удовлетворяет его: Итальянским мастерам он поручает обстроить Москву, чтобы придать столице европейский вид: Великий князь московский не захотел более терпеть подчинение татарскому хану. Ему помогло распадение Золотой орды, отделение от главного ханства в Сарае татар казанских и крымских. Заключив союз с ханом крымским Менгли-Гиреем, поддерживая дружбу с ним правильной посылкой богатых подарков, московский князь отказал хану саранскому Ахмату в уплате дани.

Ради соединения с Литвой, татары оставили обычный свой путь вверх по Дону на Рязань и пошли с запада вдоль литовской границы: Угры, левого притока Оки г. В Москве сильная воинственно-национальная партия, поддерживаемая духовенством, требовала от великого князя наступления на татар. Иван Ш оказался однако совершенно чужд героизма: В конце концов он выиграл благодаря своей выжидательной политике: Казимир не мог подать Ахмату помощи, потому что союзник Москвы Менгли-Гирей обрушился на литовские владения, а сам Ахмат вынужден был отступить, узнавши, что Сарай грабят московские отряды, отправленные вниз по Волге.

В орде Ахмат был убит; его преемники оказались слишком слабы, чтобы возобновить поход на Москву. Усилившаяся власть московского великого князя сказалась очень заметно и во внутренней его политике, более всего в отношении низшего класса военно-служащих, называвшихся детьми. В то самое время, когда и польско-литовском государстве Казимир IV должен был подчиняться всем требованиям шляхты, великий князь московский распоряжался безусловно службой и имуществом своих конных воинов.

Вместе с подчинением низшего составд воинства, изменилось также и положение высшего его разряда, боярства, которое возникло из княжеской дружины, а со времени уничтожения уделов стало пополняться бывшими удельными князьями, Рюриковичами и Гедиминовичами, переходившими на службу к великому князю московскому.

Иван III не считал для себя обязательным совещаться со всей аристократией, как это должен был делать его современник, польский король Казимир IV. Звание боярина из почетного имени аристократа становится придворным чином, который жалуется государем. К старости у него все более стал проявляться деспотизм. Бояре старинных фамилий, князь Ряполовский и князь Патрикеев, отодвинутые от дел, приписывали невыгодные для них перемены влиянию гречанки Софьи.

В жестоких многочисленных казнях Ивана III, среди которых появляется позорящее наказание битья кнутом, а также азиатские приемы пытки, обнаружилось одичание русского общества, как последствие долгого татарского ига.

Борьба за русские земли между Москвой и Литвой. Иван III называл себя великим князем всея Руси: Опасность, грозившая Литве от такого наступления, заставила литовско-польских государей прекратить борьбу с немецкими рыцарями и искать с ними союза, тем более, что Иван III стал угрожать и ордену, стремясь пробиться к Балтийскому морю.

Соединение польско-литовского государства с орденом заставило в свою очередь великого князя московского добиваться союза с отдаленными державами: В войне, начавшейся в г. Литва и Москва остались один на один, и столкновения между ними, сосредоточившиеся на верхнем Днепре, были борьбой русских "с русскими.

Глинский выписал из за границы лучшую артиллерию со знаменитым пушкарем Стефаном и, благодаря бомбардировке, взял Смоленск. Между тем московское войско потерпело жестокое поражение при Орше от литовско-русской армии, находившейся под начальством князя Константина Острожского, также крупного литовского аристократа и также чисто русского по вере и языку, но ненавидевшего Москву, где он успел побывать в плену.

Московское войско, по большей части состоявшее из дворянской конницы, вооруженной по старому татарскому образцу, луком, палицей и саблей, сильно уступало литовскому, которое знакомо было с западноевропейскими способами боя.

Но и Сигизмунд не был способен отнять у Москвы Смоленск и вообще совершить решительный поход: Максимилиан выступил теперь посредником между воюющими.. Его посол в Москве, барон Герберштейн составил потом первое описание полуазиатского московского государства.

Он изображает страну, богатую естественными произведениями, изобилующую хлебом, пушным зверем, скотом, рыбой, медом и воском, льном и пенькой, кожами, солью, металлической рудой. Он отмечает поразившие его особеености быта и учреждений, так напр. Наконец он останавливается на характере власти великого князя московского, который превосходит всех монархов на свете, имея силу над жизнью и имуществом подданных и не встречая никакого противоречия от свюих советников, бояр.

Начало реформации в Германии. Движение к реформе церкви, поднимавшееся в первую треть XV в. После лет отлива и затишья оно снова выступило с силой, увлекая за собой все классы общества. У сторонников реформы было теперь могущественное орудие в виде гуманистической науки.

Наиболее широкие требования" 1 реформы ставили гуманисты Германии, которая была по преимуществу подавлена деспотизмом римской церкви. В первые десятилетия XVI в. Эразм более всего был занят исправлением и истолкованием подлинных текстов античных и древнехристианских авторов; среди этих текстов самое видное место занимал Новый Завет.

Эразм видел в испорченности клира большое зло: Эразм поддерживал огромную переписку с учеными всех стран; его звали к своим дворам государи; к нему, как на богомолье, отправлялись многочисленные поклонники; по. Костюмы начала XVI века. Отыскивая случай напасть на Рим, Гуттен напечатал существовавшее только в рукописи сочинение итальянского гуманиста Лоренцо Баллы о так.

Национально-религиозное движение в Германии. Поводом к отпадению Германии от папства послужил вопрос второстепенный, а открыл борьбу человек, хотя сильный талантом и волей, но далеко не передовой по своим идеям: Мартин Лютер- сын саксонского горнорабочего, соединял в себе гуманистическое образование с первобытной сильной верой.

Горячий по характеру, способный болезненно преувеличивать свои, чувства, он рано ушел в монастырь; его мучила мысль о гневе Божием и Страшном суде; он видел въявь дьявола и вступал с ним в борьбу; человек, казалось ему, подавлен грехами и неминуемо должен погибнуть.

Курфюрст саксонский Фридрих Мудрый пригласил ученого монаха профессором вновь основанного им университета в Виттенберге. От тиши своих ученых занятий Лютер был оторван вестью о продаже в Германии индульгенций, которую предписал папа Лев X для того, чтобы собрать деньги на построение великолепного храма св. Оскорбленный грубостью церковного обмана и убежденный, что папа в нем невиновен, Лютер вызвал на спор доминиканца Тецеля, распространявшего папские грамоты о прощении грехов и, по обычаю того времени, выставил у дверей соборной церкви в Виттенберге свои тезисы, 95 числом г.

В них говорилось между прочим: Петра, чем строить ее насчет плоти, крови и костей порученных ему овец. Главный руководитель продажи индульгенций в Германии, архиепископ Майнцсюий принес папе жалобу на Лютера; но курфюрст саксонский, благоволивший Лютеру, не согласился выдать его на суд в Рим.

Папа Лев X, равнодушный к религии, преданный светским развлечениям, посмотрел на все дело, как на пустой спор между монахами. Папскому легату, кардиналу Кайетану, отправленному на рейхстаг в А у г с б у р г е, было поручено потребовать у Лютера отречения; но Лютер в личном свидании с кар-.

Протест Лютера совпал с подъемом в Германии сильного возбуждения против папства. Хотя Лютер, по желанию своего покровителя, согласился молчать, но скоро его вызвали на бой противники. На диспуте в Лейпциге защитник папы, профессор Эк, заставил Лютера признаться, что он повторяет еретические учения Уиклефа и Гуса: У Лютера, который до тех пор боялся разрыва с церковью, открылись глаза: Его речи вызывали общее сочувствие в Германии. Гуманисты приветствовали в Лютере вождя в борьбе за просвещение; к нему примкнул один из лучших учеников Эразма, Меланхтон греческий перевод немецкой фамилии Шварцерд.

На воинственный призыв Лютера особенно горячо откликнулись имперские р. Глава рыцарей, Зикинген, предлагал Лютеру в виде убежища свой замок. Рыцарь-гуманист Гуттен вступил с ним в переписку и соединился для борьбы за права немецкого народа. Свой разрыв с Римом Лютер завершил сожжением проклинавшей его папской буллы на площади Виттенберга в присутствии студентов и большой толпы народа. В начале г. Оба претендента старались действовать на курфюрстов-избирателей подкупом; победил, благодаря большой ссуде аутсбургского банкира Якова Фуггера, испанский король, ставший императором под именем Карла V.

В Германии с напряжением ожидали приезда нового государя, который должен был решить поднявшийся великий религиозный спор. У людей всех званий был общий клич: Дело реформации на германских рейхстагах. Карл открыл рейхстаг ввормсеи вызвал на него Лютера. Выступив перед императором и князьями, Лютер сначала смутился, но потом стал защищаться твердо и определенно. Хотя Лютеру дали свободу уехать, но можно было опасаться ареста на дороге; поэтому курфюрст саксоеский скрыл его в своем замке Вартбурге.

После рейхстага Карл V тотчас же уехал из Германии; итальянская война удерживала его потом за границей в течение 9 лет.

В стране начался разброд мнений и действий. Еще дальше шла проповедь Фомы Мюнцера, который отрицал всякое богослужение, признавал Библию ненужной, учил, что надо искать непосредственного общения души с Богом и быть в жизни, согласно евангельскому завету, простыми и наивными, как дети.

Он прекратил продажу индульгенций, отменил роскошь папского двора, признал необходимость реформ. Однако этот папа также, как император, не мог понять движение, поднявшееся в Германии: До этого момента г. Восстание рыцарей и крестьян. Ни от императора, который противился всякой реформе, ни от рейхстага, расколовшегося на двое, нельзя было добиться решения религиозного вопроса.

Бездействие властей дало смелость выступить рыцарям и крестьянам, двум классам, которые не имели участия в реихстагах. Гуттен объявил в своих воззваниях банкиров, юристов и клириков истинными разбойниками, а князей тиранами; он звал города соединиться с рыцарями для защиты свободы.

Зикинген собрал рейнских и швабских рыцарей на съезд и начал войну против одного. Рыцари были скоро опрокинуты соединившимися против них князьями: Следом за рыцарями поднялись крестьяне, почти по всей южной Германии 5.

Здесь требования общей реформации церкви соединяются с особыми желаниями деревенского люда. Крестьяне хотят, чтобы священников выбирал народ, и чтобы Евангелие возвещалось во всей чистоте, без примеои человеческого вымысла. Крестьяне требуют возвращения отнятых у них общинных земель, свободного пользования водами, лесом, ловлей рыбы и дичи, умеренной и справедливой барщины и оброка.

Так как князья и сеньеры отказались принять 12 положений, крестьяне стали собираться большими толпами, громить и жечь дворянские усадьбы, избивать господ, затем двинулись на города, расчитывая на сочувствие городской бедноты.

В среду восставших направились наиболее ради Крестьяне, грав. Восстание крестьян сначала носило грозный характер, по уже скоро господствующие классы общества овладели положением. В то -время как городская беднота не могла оказать деятельной помощи крестьянам, городские патриции соединились с князьями и прелатами для подавления мятежа. Сельские дружины, плохо вооруженные, не обученные военному делу, всюду были разбиты отрядами ланцкнехтов, нанятых на средства богатых городов.

Победители наказывали восставших со страшной жестокостью: Лютер резко переменил свои воззрения: Несчастливый исход крестьянского восстания положил конец всем надеждам на реформу народной веры и просвещения, как ее представляли себе гуманисты, Эразм и его последователи. То, что произошло дальше, было уже не реформой, а расколом, резким отпадением большей части Германии от старой церкви, за которым последовало отделение целого ряда других стран от католичества в истории однако для этих событий осталось название реформации, хотя это слово, вюзникшее в эпоху соборов первой половины XV в.

Во время бурных событий революции в Германии, император был далеко за ее пределами, то в Испании,. В руках Карла V находилась большая и своеобразная держава. От габсбургских предков он получил австрийское и бургундское наследства, т. Свою императорскую власть Карл понимал как господство над всем миром; его идеалом был могущественный средневековый государь Карл Великий. Империя Карла V носила международный характер, и сам он не примыкал к определенной национальности. Его родным языком был французский, так как вырос он в валлонской французской части Нидерландов.

Нидерландские советники окружали его в начале правления, и он привез их с собою в Испанию. Здесь чужестранцы вызвали общее недовольство; кастильские города ксммунерос , на которые в свое время опирались Ферди-.

Карл привлек на свою сторону аристократию, горевшую желанием отомстить горожанам, разбил войско коммун и казнил Падилью Этим была утверждена неограниченная монархия в Испании: Подчинив себе Испанию, Карл однако сам проникся вкусами и поня- Стансы стенные картины Рафаэля Санцио в Ватиканском дворце папы; направо Афинская школа".

В свою очередь Испания была ему нужна, как орудие господства над Европой: Слабость империи Карла заключалась в разбросанности его владений; все его царствование прошло в борьбе с разнообразными противниками, с внешними и внутренними врагами, в больших переездах, в бесконечных сухопутных и морских предприя-.

Поэтому король Франциск I вел с ним упорную борьбу, возобновлявшуюся 4 раза с по год с перерывами. В год великого крестьянского восстания на долю Карла достался большой успех: Его привезли в Мадрид и вынудили подписать унизительный мир, по которому он уступал не только все итальянские завоевания, ню также французскую Бургонь, когда-то составлявшую удел Карла Смелого, прадеда императора, Карл V не съумел воспользоваться своей победой: Карл снова привел в Италию своих немецких ланцкнехтов и двинул их на Рим; но так как у него не было средств для оплаты наемников, пришлось отдать та их произвол папскую столицу: Снова противники должны были уступить ему: Однако на этом 1 затруднения императора не кончились.

Франциск Иступил в переговоры с турецким султаном, Солиманом Великолепным: Турки в это время, наверху сдоего могущества, шли; от одного завоевания к другому. Отец Солимана, Селим захватил Египет и овладел всей восточной частью Средиземного моря. Сам Солиман взял о. Обещавши помощь Франции, Солиман предпринял поход на Венгрию, где правил родственник и союзник Карла V, Людовик Ягеллон, женатый на сестре императора.

В битве при М о - гаче Людовик был разбит и погиб. Из коренной Венгрии турки стали грозить непосредственно габсбургским владениям в Австрии; в г.

Солиман осадил В е ну и только здесь был отбит и отступил. Карл V, с громадным потерями, наживши себе нового врага в лице турок, утвердился в разоренной им же Италии. Но во время долгой борьбы, удерживавшей его за Альпами, император совершенно упустил руководство делами в Германии, где между тем церковный раскол принял опасные размеры для целости империи. Протестантизм и секуляризация в Средней и Северной Европе. Образование протестантской партии в Германии. Победителями из великого столкновения классов вышли князья и имперские города; в руки этих местных властей поступило теперь дело реформы церкви.

Курфюрст саксонский, ландграф гессенский, города Страсбург, Нюрнберг, Магдебург, Любек и др. Самой крупной в Германии секуляризацией было превращение тевтонского духовно-рыцарского ордена в светское Прусское герцогство, причем его владыка-монах обратился в наследственного князя, а братия-рыцари в наследственных же владетелей имений. Духовное звание совершенно изменило свой характер. Между тем Карл V примирился с Франциском и с папой: Под впечатлением этого успеха римской церкви выступили князья, верные католичеству, во главе их герцог баварский и Фердинанд австрийский: На следующий год Карл сам прибыл на рейхстаг в Аугсбурге; протестанты представили здесь свое исповедание, составленное Меланхтоном в очень примирительном духе Аугсбургское исповедание , надеясь на соглашение с като- Сикстинская капелла Ватикана; в глубине на алтарной стене Страшный суд", кар тина Микель Анджело.

Но против соглашения высказались на одной стороне Лютер, на другой папа. Император остался при своем решении: В действительности он был бессилен восстановить единство в церкви и в империи. Протестанты объединились в вооруженный союз, а начать с ними борьбу императору помешали внешние затруднения: Солиман отнял у Габсбургов, наследовавших венгерский престол, большую часть Венгрии со столицей Будапештом.

Снова, как в г. В среде протестантов далеко не было полного согласия. ГЗ то время как на севере Германии боль-. Цвингли, одновременно с Лютером, выступил против индульгенций и побудил цюрихский городской совет отменить посты, крестные ходы, мессу и церковную музыку, разрешить причйщение вином для мирян и свободную проповедь.

Более проникнутый гуманизмом, Цвингли разошелся с Лютером в вопросе о том, как понимать причащение: По этому поводу начались сильные пререкания можду северянами и южанами как рш перед приездом императора в Германию, когда надо было протестантам особенно тесно сплотиться вместе.

Была сделана попытка примирения, пригласили 1 Лютера, Цвингли и их сторонников на съезд в М арбу pre, Лютер выказал здесь всю свою нетерпимость: Лютер вообще отступил от тех широких взглядов, которые высказывал в пылу первого увлечения борьбы с Римом.

Тогда говорилось, что для человеческого духа, свободно возносящегося к Богу, не нужны ни обряды, ни строгие догматы. Теперь Лютер, испуганный разбродом мнений, стал указывать в Библии незыблемую основу учения: ОН опять пришел к строгим догматам. Все это было непохоже на реформацию, как ее мыслили Эразм и его друзья; их планы мирного и свободного просвещения умов далеко отодвинулись и стали забываться среди раскола и ожесточенной борьбы партий.

Сам Эразм, колебавшийся между Римом и его противниками, осмеянный Лютером, доживал последние годы свои умер в г. Его ученик Меланхтон, глубокий знаток и почитатель античной древности, примкнув к протестантской партии, должен был отказаться от своих свободных воззрений. К успехам наук протестантские богословы стали проявлять такое же недоверие, как католические инквизиторы. Лютер сказал гэ поводу этой книги с негодованием: От умеренных протестантов отклонились крайние, которые не допускали преград свободной мысли и понимали Рабочая комната Мартина Лютера.

Умеренные протестанты называли тех, кто отрицал писанное откровение и обращался к откровению внутреннему, анабаптистами, т.

В утвержденных властями пасторах анабаптисты видели угодников могущества и богатства; они высказывались против самой власти, признавая ее языческой силой, против войны, клятвы, присяги и божбы.

В свою очередь власти и пасторы принимаются преследовать анабаптистов; им клеймят языки, их жгут на кострах в качестве еретиков и безбожников.

Преследования, обратно, создали у анабаптистов воинственное настроение; среди них появились восторженные проповедники, возвещавшие близкое наступление тысячелетнего царства Христова и великого Суда на земле. Для отвоевания Мюнстера католики соединились с протестантами: Остатки анабаптистов бежали в Моравию, где основали, несколько мирных коммунистических общин их позднейшие названия моравские братья и меннониты от проповедника Менио Симонса.

Реформация в Швеции и Дании. Швеция, Дания и Англия. В Швеции победа протестантизма тесно связана с национальным движением против Дании, которой шведы подчинялись с конца XIV века. Руководитель восстания г. Густав Ваза, выбранный королем, искал опоры у представителей сословий: Дворяне охотно поддержали короля, предоставили ему право назначать светских управляющих по монастырям тем более, что на том же сейме бьмо решено отдать самим дворянам большую часть секуляризуемых владений церкви.

Густав Ваза воспользовался этим, чтобы захватить надзор за духовенством. Так произошел разрыв с Римом; король стал главою ц е р к в и, а епископы сошли на положение его чиновников. Дворянство, которое помогло королевской власти произвести этот переворот, заняло в стране господствующее по- Гиродскал ратуша Мюнстера. Но английский король вовсе не думал о решительной реформе церкви: Чисто личные дела повели к разрыву его с Римом. Тогда король обратился к английскому парламенту и конвокации собору английского духовенства.

Оба собрания признали правильность развода и высказались против вмешательства папы в дела Англии. Затем парламент уничтожил аннаты, платившиеся в Рим, и запретил исполнять в Англии папские интердикты.

Это была реформация лишь по внешности; король и его советники руководились материальными интересами и не задумывались над переменой в умах. Сам Генрих VIII, капризный и жестокий, воображал себя великим богословом и преследовал всеч несогласно с ним мыслящих: Король извлек из церковной реформы большую финансовую выгоду.

Кромвелю, в качестве генерального наместника короля по церковным делам, было поручено произвести ревизию монастырей, церквей и духовных госпиталей под видом проверки политической благонадежности клириков и нравственного их поведения.

Чиновники усердствовавшего Кромвеля расхитили драгоценные ризницы; разбивали иконы и распятия под предлогом истребления языческих суеверий.

Монастырские земли распродавались спешно и дешево; покупкою их обогатились многие дворяне; из конфискованных земель король одарил массу своих любимцев. Епископы, признавшие главенство короля, исполняли послушно его церковные предписания, особенно примас Англии Крамер. При всей строгости, с какой соблюдались старинные обряды, всетаки неизбежно проскользнули некоторые новшества: Со смертью Генриха VIII, при его малолетнем сыне Эдуарде VI тот же податливый Крамер, угождая опекуну короля Сомерсету, склонному к реформации, сделал еще несколько шагов в направлении протестантизма: Отделившаяся от Рима англиканская церковь усвоила т.

В Англии все церковные перемены производились сверху по указанию власти; в образованном обществе и в народной массе было заметно мало интереса к реформации. Религиозная война в Германии. После Аугсбургского сейма г. Карлу V пришлось в течение 15 лет действовать вне Германии, разбрасывая свои силы в борьбе с Францией и с мусульманским миром: Тем временем протестантизм одерживал в Германии новые успехи.

Четвертый, архиепископ Кельнский, готовился обратить свое владение в светское княжество подобно Пруссии; стоило ему перейти к новой вере, и протестанты получили бы перевес в коллегии семи избирателей; тогда стало бы легко устранить верных католичеству Габсбургов от императорской короны.

В эту опасную для себя минуту Карл V заключил окончательный мир с Францией в Крепи г. Протестанты не съумели сплотиться для сопротивления: Император взял в плен главу сопротивлявшихся, курфюрста саксонского, и передал Морицу его владения и титул. Карл V, казалось, достиг своей давнишней цели восстановления единства империи и церкви. Сохраняя в стране испанские войска, Карл нарушал этим главное условие своего избрания в императоры.

Германия, распавшаяся при его предшественниках на множество самостоятельных владений и городских республик, теперь, казалось, превратится в католическую монархию, опирающуюся на иноземную силу. Деспотизм императора заставил отшатнуться от него даже верных ему князей, вр главе их Морица саксонского; они стали искать союза с Францией и для того, чтобы подвигнуть Генриха II, сына Франциска, на войну против императора, уступили ему на западной окраине три имперские города, М е ц, Т у л ь, Верден; т.

Мориц двинулся внезапно та Инсбрук в Тироле, где жил император, следя за ходом Тридентского собора, и чуть не взял его в плен. Карл едва успел бежать дальше в горы, захватив с собою своего банкира, Антона Фуггера. В начавшейся большой врйне 9 Карлу пришлось отстаивать западную окраину империи и защищать свое личное владение Нидерланды. Он пытался найти союзника в лице английской королевы, Марии Тюдор , старшей дочери Генриха VIII, поженивши на ней сына своего Филиппа, наследника испанской короны.

Этот союз с Испанией имел последствием для Англии возврат старой веры. Преданная католичеству, Мария восстановила мессу. Англия не оказала существенной помощи императору; напротив англичане сами потеряли Калэ, свое последнее владение на материке, остаток захватов Столетней войны.

Карла всюду преследовала неудача: Ему угрожало нападение французов на Нидерланды. А главное, его политика R Германии потерпела крушение. На рейхстаге в Аугсбурге г. Аугсбургский мир не осуществил главной цели реформации, установления свободы веры.

Только власть имущие, князья и городские магистраты, приобрели право менять исповедание; подданные должны были следовать религии своего начальства. В тоже время Аугсбургский мир завершил раздробление и бессилие Германии: Карл V в сильнейшей мере был потрясен этими событиями: Его энергия упала, он отдался меланхолии, и в год Аугсбургского религиозного мира отрекся от престола, уйдя затем в уединение испанского горного монастыря умер в г.

Наследство его разделилось на две неравные части: Так образовались в г. Кальвинизм и католическая реакция. Франция во время реформации. В первой половине XVI в. Франция государство столь же монархическое-, как Испания. В ней не стало больше самостоятельных феодальных владении; старые княжеские фамилии или вымерли или поступили на большие придворные должности и служили в качестве королевских наместников областей. Королевская власть стада неограниченной: Вся политика сосредоточилась в королевском совете, который изготовлял указы, определял размер налога, решал важные судебные дела.

Король Франциск Франсуа I подчинил своей власти и духовенство: Во Франции не имелось тех оснований для реформации, которые существовали в Германии и в северных странах.

В кругах образованного общества были сторонники религиозного просвещения в духе Эразма и Мора. Однако среди французских гуманистов преобладало другое настроение, более склонное к вольномыслию.

Его характерный выразитель Раблэ. Монах и священник по профессии, но совершенно равнодушный к религиозным вопросам, медик и натуралист по специальности, он осмеивает в своей са-. Он спрашивает своих читателей: Одно время Франциск дружил с немецкими протестантами, чтобы повредить Карлу V; пока длилась эта дружба, сторонников новой веры во Франции щадили.

Король почувствовал себя оскорбленным, как верховный защитник церкви. Сорбонна парижский университет, славившийся своим правоверием и парламент высший суд потребовали строгих наказаний еретикам. Креста и тернового венца, нераздельную одежду Христову, шел весь город, все сословия, братства и цехи, а во главе король с обнаженной головой, держа горящую свечу.

Власти обрушились со всей силой на книги, как орудие новых идей; одно время было запрещено печатать что бы то ни было под страхом повешения; все книжные лавки были закрыты; потом поставили типографии под надзор цензоров, строго проверявших издания в смысле их правоверности. В числе беглецов, спасавшихся от религиозного преследования, был молодой ученый Жан Кальвин , уроженец северо-французюкой Пикардии, учившийся в латинском университете его фамилия собственно Cauvin, Calvinus латинское ее написание.

Он нашел приют в Женеве г. Крайне важная по своему торговому положению, Женева была в XV в. В борьбе с соседними с а в о й- сними герцогами, которые пытались захватить богатый город и соединить в своих руках оба склона важнейших альпийских перевалов, Женева должна была искать помощи у швейцарцев, особенно у сильного города Берна.

Поэтому Женева приняла веру своих союзников, протестантизм, хотя была окружена католическими странами. В качестве международного пункта Женева стала убежищем для итальянских и французских эмигрантов, спасавшихся от преследований за веру; Кальвин воспользовался этим приливом беглецов, чтобы сделать город из делового банкирского узла также центром протестантского богословия и проповеди, которая распространилась по другим странам.

От своих старших единомышленников, Лютера, Цвингли, Меланхтона, Каледин отличается гораздо более враждебным отношением к католичеству, которое он считает сплошной языческой тьмой, забвением Бога. Но Бог, славу которого хочет восстановить Кальвин, представляется ему грозным мстителем, истребляющим, как в Ветхом Завете, тысячи неверных и отступников.

Божье решение, непонятное, далекое от людей, бесповоротно принято до их рождения; заранее уже души оправданных отделены от осужденных; люди орудия Божьей воли: Верующие, в надежде, что они принадлежат к числу избранников, должны вести особенно достойную жизнь.

Исходя от своих догматов, Кальвин и другие пасторы Женевы, которых он подобрал в своем духе, требовали от своей паствы соблюдения монастырской тишины и строгости нравов. По их настоянию женевская городская дума учредила мелочный придирчивый надзор за гражданами, которым руководил суд консистории, состоявший из пасторов и светских старейшин.

Запрещены были всякие развлечения, песни, танцы, общественные пиры; даже мистерии, т. В Женеве восстановили старинное церковное отлучение: По нетерпимости своей церковь Кальвина совершенно сравнялась с католической. Калцвин, знакомый с ним раньше, поспешил сообщить французской инквизиции письма Сервета, которые послужили уликой задержанного. Женевская дума согласилась с его доводами и осудила Сервета, как богохульника, на сожжение.

Кальвин основал в Женеве Академию, т. В лице кальвинистов появляется новый тип реформаторов, более резкий и самостоятельный сравнительно с германскими. Лютер, Меланхтон и их последователи в северных странах становились под защиту власти, допускали признание государей главами церквей, во многом уступали им и держали себя, как их подчиненные; достигнув успеха в странах, где правители сами склонялись к реформе, лютеранские проповедники успокоились на раз сделанных приобретениях и прекратили войну с католичеством.

Кальвин учил, что повиновением подданные обязаны лишь той власти, которая исполняет Божьи веления; напротив власти безбожной т. Его ученики и последователи, в своей ревности, стали направляться в страны, где или вовсе не было реформы, как Франция, Нидерланды, Шотландия, Польша, или где реформа была неполная, как в Англии.

Англия, где они выступают под именем пуритан т. Двадцатые и тридцатые годы XVI в. Протестантские проповедники и ученые в течение первых двадцати лет реформации не встречали талантливых и образованных противников в католическом духовенстве. Постепенно однако положение стало меняться.

В южных романских странах Европы, Италии и особенно Испании, в свою очередь поднялось движение, направленное к очищению нравов и возвышению религиозных понятий. Это было своего рода реформация, но она не порывала со старинным строем церкви, с Папа Павел III со своими непотами, карт.

Она направилась против ереси, против всех, кто хотел отделиться от католичества; при этом католическая реформация приняла средства нового просвещения, исходившего от гуманизма.

Особенно заметна эта перемена на ордене иезуитов т. В устройстве иезуитов и целях их общества отразились характерные черты испанского благочестия. На Пиренейском полуострове, где долгие века шла борьба с неверными, и народ считал делом чести истреблять беспощадно все Р. Основателем ордена был испанский рыцарь Игнатий Лойола.

Отчаянно храбрый, вследствие повреждения ноги в битве с французами неспособный продолжать вюенную службу, Лойола постригся в монахи и в часовне Богоматери в Барселоне повесил перед иконой свое оружие, чтобы сделаться воином Божьим. Сначала он отдался подвигам истязания плоти наподобие средневековых аскетов; во деятельная и честолюбивая натура толкнула его на борьбу с опасностями. Он поехал в Палестину для крестоносной проповеди; ЕЮ время этой миссии он увидал недостаток своего образования и со свойственной ему несокрушимой энергией бросился на занятия наукой.

Неудовлетворенный испанскими университетами, Лойола идет пешком в Париж, зимой переходит Пиренеи; 40 лет отроду садится на школьную скамью учиться латыни.

В Сорбонне обнаружился удивительный талант Лойолы вербовать учеников и последователей: Пламенная ревность испанцев испугала сначала прелатов, окружавших папу; но они добились цели г. Он говорит еще о послушании церкви: Новый реформационный орден во многом отличался от старых средневековых. Его члены не были обязаны вести созерцательную жизнь в замкнутых общежитиях; напротив они должны были жить среди остальных мирян, вмешиваться во все житейские отношения, занимать любые должности, открывающие широкую общественную деятельность; они не выделялись поэтому особым монашеским костюмом.

Только одну черту монастырской дисциплины, необходимую в борьбе, Лойола удержал и даже усилил, именно берусловное повиновение младших воле старшего и вообще всех членов ордена воле начальников. Для сохранения единства в ордене, Лойола считал нужным обязать всех членов следить друг за другом, постоянно исповедоваться друг другу и доносить друг на друга. Эта система всеобщего недоверия и шпионства была проведена сверху до низу.

Сам всемогущий генерал ордена не был от нее свободен, находясь под непрерывным надзором нескольких несменяемых высших сановников ордена. Иезуиты прежде всего направили свое внимание на южные романские страны, Италию, Испанию, Португалию, истребили здесь в корне всякие попытки ввести протестантизм; затем они двинулись во Францию для отражения натиска из Женевы кальвинистов и в Германию для отвоевания страны у протестантов; в Риме ради подготовки ученых богословов они основали дна католических университета, из которых один назывался германской коллегией.

Тридентский собор и католическая реакция. Папа Павел III по образованию п вкусам похожий на Льва X, в виду успехов протестантизма, признал необходимым повернуть на другой путь; он окружил себя ревнителями благочестия, членами новых воинственных орденов.

Однажды он спросил кардинала Караффу, какое тот знает средство для искоренения ереси. Павел III приступил к переустройству инквизиции в Италии, которая пришла в полный упадок во время Возрождения; руководство духовным судом он передал главному вдохновителю Караффе, которые тотчас принялся за дело, устроил помещение для допроса, заготовил цепи, замки, блоки и все средства пытки.

Павел III учредил также духовную цензуру, чтобы истреблять опасные в глазах церкви книги и составлять индекс, список книг, воспрещенных для чтения католикам. Сам Караффа, сделавшись папой под именем Павла IV , почти летний старик, возобновил в своей булле язык средневековых пап: Павел IV был однако плохой политик.

Он жестоко враждовал с испанцами, хотел их изгнания из Италии, а между тем могущественный испанский король был как раз оплотом правоверия. Следующий за ним папа Пий IV , напротив, искусный и ловкий дипломат, сумел выйти из всех затруднений, примириться с правоверными государями, особенно с обоими Габсбургами, испанским и австрийским, и опять сплотить католический мир.

Его главное дело завершение Тридентского собора. В начале реформации от пап требовали созвания собора для преобразования церкви; они долго откладывали созыв опасного для их власти собрания. Католическое возрождение открыло им теперь возможность обратиться к собору, но уже не с тем, чтобы сделать на нем уступки, а чтобы укрепить свою власть. Заседания Тридентского собора начались при Карле V в г.

На последнюю его сессию папа уже не приглашал протестантов; дело шло тут не о реформе, а об установлении незыблемых основ строя католической церкви. На соборе одержало верх непримиримое направление у л ь т р а м о н т а н т.

Во главе этого направления стояли иезуиты; их генерал Лайнес, преемник Лойолы, играл важнейшую роль в Тридепте. Они не допускали ни малейшей уступки в догматах, настаивали на мере и. Папа Пий V , бывший главный инквизитор, запретил врачам лечить больных, которые не представят свидетельства о причащении; людям, которые три раза нарушат воскресный отдых, грозило прошение языка и каторжные работы.

Categories: История

История моей жизни в стихах и прозе Клеберг Лев Григорьевич

И может это мне поможет. Я тоже уж не молодой, Глядишь и следом за женой. Я прахом лягу в её нише В наше последнее жилище.

Обо всём этом и не только в книге История моей жизни в стихах и прозе Клеберг Лев Григорьевич. Предложений от участников по этой книге пока нет. Хотите обменяться, взять почитать или подарить? Теперь я могу с полной уверенностью сказать, что утопияантиутопия не мой жанр, а Лем не мой автор.

В данной категории будут обзоры на комиксы, которые, как я понимаю, пренадлежат исключительно их Для регистрации на BookMix. Главная Художественная литература Биографии. Личности История моей жизни в стихах и прозе Купить по лучшей цене: Подробнее об акции [x]. Я читал эту книгу. Клеберг Лев Григорьевич Издательство: Периодизация истории устной поэзии Б. Развитие старинной устной поэзии 1.

Древнейшие истоки устной поэзии. Петербургского университета; родился в дер. Петербурге 4 апреля года. Белинский, Виссарион Григорьевич — — родился 30 мая года в недавно присоединенном к России Свеаборге, где его отец, Григорий Никифорович, служил младшим лекарем флотского экипажа. Биишева, Зайнаб Абдулловна — В Википедии есть статьи о других людях с такой фамилией, см. Зайнаб Биишева Имя при рождении: Зайнаб Абдулловна Биишева Дата рождения: Репертуар Большого театра Москва с по год — В настоящей статье приведён неполный список репертуара московского Большого театра.

Репертуар Большого театра Москва — В настоящей статье приведён неполный список репертуара московского Большого театра. За основу принята традиционная периодизация развития немецкого языка древневерхненемецкий, средневерхненемецкий и нововерхненемецкий периоды. Мы используем куки для наилучшего представления нашего сайта. Продолжая использовать данный сайт, вы соглашаетесь с этим. Ты надоумь меня, о Боже!

И может это мне поможет. Я тоже уж не молодой, Глядишь и следом за женой. Я прахом лягу в её нише В наше последнее жилище. Print-on-Demand - это технология печати книг по Вашему заказу на цифровом типографском оборудовании. Информация о материалах, используемых при печати: Заказ обрабатывается в индивидуальном порядке:

Categories: История

История запорожских козаков Д.И. Эварницкий

Читать описание Скачать 1 том ссылка на загрузку 2. Читать описание Скачать 2 том. Дмитрий Иванович Яворницкий Д. Третий том охватывает сложный и драматический период в истории Запорожской Сечи В нем освещается участие запорожцев в русско-турецкой войне и в народной войне на Украине против вторжения шведской армии. Рассказывается о переходе части запорожцев на сторону, Карла XII, разгроме русскими войсками Запорожской Сечи и отступлении массы запорожцев в пределы Крымского ханства, жизни и быте запорожцев в Олешковской, Чортомлыцкой и Каменской Сечах, возвращении запорожцев на Украину и основании в урочище Базавлук над Днепром Новой Сечи.

Для историков, этнографов, краеведов, преподавателей и студентов вузов, широкого круга читателей. Читать описание Скачать 3 том. А если вы заметите нерабочий контент или ошибку прошу сообщить нам обязательно. Дабы сделать ресурс более совершенным, удобным и полезным для всех. Предлагаю информацию для анализа. В видео предлагается факты и мысли для понимания механизма целенаправленной информированности в нужном кому-то русле, то есть необходимо понимать возможность ошибочности информации.

И как лично я понимаю, именно информация и мировозрение притягивает ту или иную реальность. Галина Царева Глоба И. Никола Тесла Гаряев П. Владимир Корж Задорнов М. Контакты БлагоТворительность Поиск Днепропетровск. Обеспечение полной занятости интервью "Как живет Норвегия" Кинематограф как оружие манипуляции Земля не вращается вокруг Солнца!

Логин Пароль Запомнить меня Забыли пароль? Бой Добрыни с удалой поляницей liesiresour ништяг, все правильно написано. Тайны славянского прошлого открываются Угадай, какой уровень интеллекта? История запорожских казаков Эварницкий Д. Обсудить эту тему на форуме. You are using an outdated browser. The website will not display correctly.

История запорожских козаков [казаков]. В 3-х томах Год издания: Памятники исторической мысли Украины Язык: Яворницкого — , опубликованная в — гг. В первом томе освещаются вопросы социально-экономической истории, общественного устройства, жизни и быта запорожского казачества, описаны территория и границы, природные условия Запорожской Сечи.

Во втором томе освещается история запорожского казачества от его возникновения в конце XV в. Описываются происхождение казаков, их борьба против грабительских нашествий на Украину орд крымских и турецких феодалов, сухопутные походы в Крым и морские — в Турцию. Значительное внимание уделено исследованию участия запорожцев в народных восстаниях против шляхетской Польши, освободительной войне под руководством Богдана Хмельницкого — гг.

Третий том охватывает сложный и драматический период в истории Запорожской Сечи — В нем освещается участие запорожцев в русско-турецкой войне и в народной войне на Украине против вторжения шведской армии. Рассказывается о переходе части запорожцев на сторону Карла XII, разгроме русскими войсками Запорожской Сечи и отступлении массы запорожцев в пределы Крымского ханства, жизни и быте запорожцев в Олешковской, Чортомлыцкой и Каменской Сечах, возвращении запорожцев на Украину и основании в урочище Базавлук над Днепром Новой Сечи.

Categories: История

1 2 3 4 5