Имена Победы. В 2 томах (комплект) Н. Р. Малиновская, Е. В. Юрина

Летопись жизни и творчества М. Комментарий к изданию В. Захарова Летопись жизни и творчества М. Пособие для исследователей-лермонтоведов, литературоведов и российиских читатетелей. Любовные драмы Творцы и музы Серебряного века. Свобода во всем, от высказываний на тему политики до вопросов нравственных.

Если Вы задавались вопросами "где найти книгу в интернете? На сайте книжной поисковой системы Книгопоиск Вы можете узнать наличие книги Малиновская Н. В 2 томах комплект в интернет-магазинах. Также Вы можете перейти на страницу понравившегося интернет-магазина и купить книгу на сайте магазина.

Учтите, что стоимость товара и его наличие в нашей поисковой системе и на сайте интернет-магазина книг может отличаться, в виду задержки обновления информации. В 2 томах комплект Малиновская Н. Книга посвящена плеяде выдающихся советских полководцев и военачальников Великой Отечественной войны гг.

В eBook-файле хранится электронная версия книги с использованием формата Microsoft Имена Победы. В 2 томах комплект LIT. Он может также поставляться с информацией об управлении цифровыми правами DRM. Для повышения удобочитаемости файлы Имена Победы.

Чтобы узнать, как вы можете открыть данный файл, прочтите приведенную ниже информацию. Как открыть файл Имена Победы. В 2 томах комплект LIT? Дважды щелкните файл с подсветкой, чтобы открыть его. Файл будет открыт автоматически, если ассоциации файлов были правильно установлены, и на вашем компьютере есть соответствующая программа.

Во-первых, мы рекомендуем загрузить нашу утилиту, чтобы исправить ошибки ассоциации файлов; то вы можете скачать любую программу для открытия расширения Имена Победы.

В 2 томах комплект. Если вы уверены, что нет ничего плохого в ассоциациях файлов, вы можете сразу перейти к методу 2; кроме того, если вы не можете решить, когда выбираете нужную программу, используйте Universal File Viewer и спокойно откройте Имена Победы. Книга посвящена плеяде выдающихся советских полководцев и военачальников Великой Отечественной войны гг. Главы о них составлены на основе материалов из семейных архивов членов Фонда памяти полководцев Победы. Издание содержит свыше фотографий, воспоминания и документы, многие из которых публикуются впервые.

Вступительные статьи рассказывают о последних днях войны, Параде Победы и деятельности Русской православной церкви во время Великой Отечественной войны. В 2 томах комплект LIT формата - что это: Они смотрели за пределы обычных книг, журналов и, возможно, механического чтения. Технологии, которые росли неизбежно, открыли замечательные возможности для читателей. У них были и идеи, и ресурсы, чтобы иметь значение на рынке. Этот термин пришел из Литературы.

Юной ведьме Кики исполнилось тринадцать, а это значит, что пришло время начинать самостоятельную жизнь. Выбрать город, где нет других ведьм, найти дело по душе, — и научиться справляться с трудностями. А трудностей у тринадцатилетней девочки немало, Гюнтер Сандерсон - молодой эмпат с просвещенного Ларгитаса, обладатель уникальных способностей.

Categories: Том

Мелиорация переувлажненных земель. Труды. Том XXIV

Бианки предлагает издательству сделать текст к этим рисункам! Баздникин Александр Базерман Макс Базилевич В. Правда, из-под которой уже несколько месяцев не выметали мусор. Майк Микаловиц Метод тыквы. Розенцвейг Гэри Розенцвейг Сандра Розенцвейг Фил Розенштраух Л.

Categories: Том

Юридические лица в российском гражданском праве. В 3 томах. Том 3. Создание, реорганизация и ликвида

Создание, реорганизация и ликвидация юридических лиц Сведения, относящиеся к заглавию: Кашеварова] Последующие сведения об ответственности: Институт законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ: В наличии Ширина, см: Комментарий к Федеральному закону от Сборники произведений разных жанров Поэзия.

Драматургия Историческая и приключенческая литература Детектив Фантастика Сентиментальная литература Юмористическая литература. Экономика Философские науки Психология. Средства массовой информации Политика. Партии и движения Военная наука. Предпринимательство Бизнес Естественные науки. Математика Естественные науки в целом. Сельское хозяйство Технические науки и промышленность в целом Автоматика.

Деревообрабатывающая и целлюлозно-бумажная промышленность. Полиграфия Транспорт Строительство Жилищно-коммунальное хозяйство. Общая терапия Народная медицина. Согласно ФЗ "О защите прав потребителей", вы имеете право вернуть товар в течение 14 дней с момента покупки с полным возвратом денежных средств. Для этого вам необходимо будет привезти товар с чеком в пункт выдачи. В случае, если вы заказывали доставку товара на дом, стоимость доставки не возвращается, так как это отдельная услуга, не входящая в договор купли-продажи.

На некоторые товары из нашего ассортимента распространяются гарантийные обязательства произодителя. Условия и сроки гарантии зависят от конкретного товара и подробно описаны в сопроводительных документах к товару. При возникновения гарантийного случая вы можете вернуть товар в пункт выдачи и мы вышлем товар обратно магазину-поставщику, который осуществит гарантийное обслуживание. В случае, если товар ремонту не подлежит, вы получаете полную компенсацию потраченных денежных средств.

Магазин Книги Образование, учебная литература Для специалистов Юриспруденция. Криминалистика Научные издания, теории, монографии, статьи, лекции Юридические лица в российском гражданском праве. Во втором томе проводится исследование различных форм видов юридических лиц. В первой главе раскрываются вопросы классификации юридических лиц. Во второй главе проводится анализ коммерческих организаций; рассматривается природа таких организаций, особенности их правосубъектности, особенности прав и обязанностей, возникающих у участников гражданских правоотношений в связи с приобретением прав участия в таких организациях, а также ряд иных вопросов.

Третья глава посвящена исследованию проблем, связанных с изменениями, которые коснулись некоммерческих организаций. В главе четвертой исследуется природа корпораций: Пятая глава посвящена анализу унитарных организаций. В ней рассматривается природа этих организаций, особенности их правосубъектности, права и обязанности их учредителей. Создание, реорганизация и ликвидация юридических лиц" том 3 Габов А.

В третьем томе авторы раскрывают вопросы создания, реорганизации и прекращения юридических лиц. В первой главе рассматриваются проблемы, связанные с созданием и государственной регистрацией юридического лица.

Во второй главе изучено понятие реорганизации, исследованы ее виды и формы, процедура реорганизации, ряд других вопросов. Отдельная глава посвящена прекращению юридического лица в результате ликвидации, осуществляемой в различных ее формах, предусмотренных законодательством добровольная ликвидация, по решению суда, в процессе банкротства, на основании федерального закона. Здесь рассмотрено также прекращение недействующего юридического лица. N ФЗ "О саморегулируемых организациях в сфере финансового рынка и о внесении изменений в ст.

Подготовлен для системы КонсультантПлюс, В постатейном комментарии к Федеральному закону от 13 июля г. Ковалевой Подготовлен для системы КонсультантПлюс, В постатейном комментарии к Федеральному закону от 6 апреля г. N ФЗ "Об электронной подписи" анализируются отношения в области использования электронных подписей при совершении гражданско-правовых сделок, оказании государственных и муниципальных услуг, исполнении государственных и муниципальных функций.

Авторы работы рассматривают виды электронной подписи и принципы ее использования. Изучают условия признания электронных документов, подписанных электронной подписью, равнозначными документам на бумажном носителе, подписанным собственноручной подписью. Освещают обязанности участников электронного взаимодействия при использовании усиленных электронных подписей и др. N "О государственной тайне" постатейный Добрынская Спиридонова В.

Данная работа представляет собой постатейный комментарий к Закону РФ от 21 июля г. N "О государственной тайне", в котором проведен анализ всех статей данного Закона с учетом мнений современных исследователей, сложившейся судебной практики, а также положений актуальных нормативных актов, принятых в соответствии с комментируемым Законом. В комментарии рассматриваются вопросы, связанные с особенностями отнесения сведений к государственной тайне, их засекречиванием и рассекречиванием.

В работе уделено внимание нормам, регламентирующим деятельность субъектов, уполномоченных решать вопросы, которые возникают в связи с отнесением сведений к государственной тайне, их засекречиванием или рассекречиванием и их защитой, а также в рамках осуществления контроля и надзора за обеспечением защиты государственной тайны.

Categories: Том

Записки русского баса. В 2 томах (комплект) Евгений Нестеренко

Потом ей потребовался Б. Она организует письмо всё в те же высшие инстанции — ставят главным Покровского, а прежнего главного режиссёра И. Туманова снимают с работы, сняв заодно и М. Чулаки, уже успевшего прекрасно сработаться с коллективом. Всё и всегда сходило ей с рук, но вдруг ей сказали: Тем временем Ростропович и Вишневская развивали свою деятельность. Это знали многие, об этом же пишет в своей книге Вишневская. Прямо от кабинета Фурцевой! Такими были у Ростроповича и Вишневской друзья во власти.

Вообще их связи в верхах были очень обширными. Это все знали и все чувствовали. Конечно, в этом был свой замысел. Но неожиданно для них им сказали: Ростропович и Вишневская уехали вызывающе, непорядочно и нехорошо. Советская пресса перепечатала несколько интервью, которые они сразу же дали западным журналистам.

Уже тогда всё было ясно. Через два года они не выразили желания вернуться. Через три года им напомнили, что пора бы вернуться. Через четыре года напомнили ещё раз. Такова была эта история. Сейчас всюду можно прочитать, что их изгнали из СССР.

Они попросили гастроли — им дали гастроли. Они попросили два года — их ждали четыре. А то, что они не вернулись… Конечно, на западе им было более выгодно жить. А вот Мстислав Леопольдович Ростропович, будучи действительно большим музыкантом, реализовался на западе очень полно. В начале мая года в Стокгольме я шёл по улице и вдруг вижу: Я сделал вид, что не замечаю его, но он перешёл на мою сторону, остановился и спросил: Я понимаю других, они давно работают в театре, у них свои счёты, а у вас тогда это был лишь третий сезон.

А вы знаете, что Галину Павловну приглашают преподавать в Московской консерватории и стать заведующей кафедрой сольного пения? Кстати, я уже два года заведую этой кафедрой. На этом разговор закончился, и каждый пошёл своей дорогой.

При нас она позвонила В. Пахомову и в очень жёсткой форме поинтересовалась, как но мог допустить такую глупость, как запись двух версий одной и той же оперы одновременно с одним и тем же оркестром. После этого мы задержались на час, обсуждая разного рода вопросы. Атлантов, в частности, выразил своё неудовольствие репертуарной политикой Б.

Покровского, которого он, кстати говоря, и призвал на должность главного режиссёра Большого театра, подписав в году коллективное письмо вместе с некоторыми солистами по инициативе Вишневской. У меня лично никаких претензий к Покровскому не было. Конечно, всё происшедшее было из ряда вон выходящим. Как я понимаю, Фурцева связалась с Петром Ниловичем Демичевым, который тогда был кандидатом в члены политбюро и секретарём ЦК по идеологии.

В этот же день вся ситуация стала известна Вишневской и Ростроповичу, с их стороны начались какие-то действия и ближе к вечеру мы были приглашены на беседу к Демичеву. Он принял нас в своём кабинете в Центральном Комитете партии, выслушал и счёл справедливыми требования Атлантова и Милашкиной. На этом вопрос был закрыт. Но шум, который был поднят в театре клевретами Вишневской, был просто невообразимым. На меня вылили ушат грязи, работать нормально стало невозможно.

Однако если бы всё это повторилось сегодня, я точно так же поддержал бы своих коллег. Все знали, что у Ростроповича были в то время очень напряжённые отношения с властью. Вероятно, знаменитый музыкант планомерно создавал конфликтную ситуацию. Многие уже давно заметили, что Ростропович и его жена всё время играли на столкновениях с властями, привлекая к себе внимание Запада.

Расчёт звёздной пары был очевиден… С Борисом Александровичем Покровским мы вскоре объяснились в Нью-Йорке, на гастролях в Метрополитен-опера, и оставались в дружеских отношениях до конца его жизни. То, что написала в своей книге Вишневская, остаётся на её совести.

Отмечу ещё один факт: Остаётся только поражаться буйству её фантазии, когда она клевещет на артистов, тогда уже профессионально превосходивших её по всем параметрам. Так ли всё было хорошо? Интриговала, выживала талантливых соперниц из театра.

Потом ей потребовался Б. Она организует письмо всё в те же высшие инстанции — ставят главным Покровского, а прежнего главного режиссёра И. Туманова снимают с работы, сняв заодно и М. Чулаки, уже успевшего прекрасно сработаться с коллективом. Всё и всегда сходило ей с рук, но вдруг ей сказали: Тем временем Ростропович и Вишневская развивали свою деятельность. Хотя, как я уже писал, с их стороны началисьспланированные действия по раздуванию конфликта с правительством СССР, в то же время их ближайшим другом был, например, министр внутренних дел генерал армии Щёлоков.

Это знали многие, об этом же пишет в своей книге Вишневская. Предложений от участников по этой книге пока нет. Хотите обменяться, взять почитать или подарить? Совсем недавно прошел великий праздник День Победы.

И просто не понимаю я когда люди выкладывают в Для регистрации на BookMix. Главная Художественная литература Биографии. Личности Записки русского баса.

Categories: Том

Энциклопедия народной медицины. Том 6. Раздел 12. Астрология и медицина. Раздел 13. Астроботаника. Р

Том предваряют краткие сведения по медицинской астрологии и астроботанике. Сборник отличается использованием большого количества литературных источников, популярностью изложения, содержит малознакомые факты из истории введения в культуру хорошо известных растений. Предназначен для лиц, профессионально занимающихся народной медициной, фитотерапией и нетрадиционными способами лечения, а также для широкого круга читателей. Самое распространенное растение на всей территории России - лопух - может заменить многие операции и дорогостоящее лечение.

Отложения камней в почках и мочевом пузыре, варикозное расширение вен, воспаления суставов, мигрени и диабет - это лишь краткий перечень заболеваний, с которыми помогает справиться лопух. К пищевым продуктам, обладающим уникальными целебными свойствами, в полной мере можно отнести и молоко, и производимые из него продукты - кефир, сметану, творог и др. Это инструкция-передача знаний автора, ведающего, светлого человека, много лет живущего в Крыму, о природе, сборе растений, лечении ими и приготовлении целебных отваров.

Медико-биологические дисциплины Популярная и нетрадиционная медицина Фармакология. Токсикология Внутренние болезни Система здравоохранения Онкология. Опухоли Хирургия Гинекология. Методы и виды Неврология. Нервная система Психиатрия. Сексопатология Неотложная помощь. Терапии История медицины Наркология. Табакокурение Кожные и венерические болезни. Очки Сомнология 9 ЛОР. Болезни и их лечение Советы целителей.

Оздоровительные системы Восточная медицина. Том предваряют краткие сведения по медицинской астрологии и астроботанике. Сборник отличается использованием большого количества литературных источников, популярностью изложения, содержит малознакомые факты из истории введения в культуру хорошо известных растений. Предназначен для лиц, профессионально занимающихся народной медициной, фитотерапией и нетрадиционными способами лечения, а также для широкого круга читателей.

Оценка эффективности системы управления персоналом. Буддизм -религия средневековых цивилизаций Восточной Азии Культурология. Особенности воспитания детей в приютах России в разные исторические эпохи в период с начала 18 в. Курсовая работа 43 стр. Особенности бухгалтерского учета, анализа некоммерческих организаций Бухгалтерский учет.

Categories: Том

Альберт Лиханов. Собрание сочинений в 4 томах (комплект) Альберт Лиханов

Он облокотился, и растрепанная борода его торчала вперед. Между коричневыми, кургузыми пальцами дед зажал цигарку, но, видно, забыл про нее, и она дымилась, прожигая газету, сжигая самосад, осыпалась серым пеплом. Глаза у деда остекленели; он о чем-то думал, думал так, будто вовсе ушел из избы, ушел отсюда совсем далеко куда-то… Может, к сыну, Ивану Антоновичу, в действующую армию.

Писем от сына не было давно, с месяц, а то и побольше, но Лека под дедову диктовку продолжал писать короткие письма, которые кончались все так же: Только теперь эти слова почему-то не казались Леке смешными, а наоборот грустными, печальными, будто зовущими….

Утром, едва только Лека натянул порты и, заспанный, еще не умытый, стоял, потягиваясь и ежась, дверь распахнулась, и явилась Нюська. Перешагнув порог, она сразу же замахала руками, что-то зашептала. Дед Антон уже топтался у дверей, поджидая мать. Сегодня они вместе со всеми шли на картошку, Лека знал: Картошку должны были всю оставить в деревне, потому что нынче намолотили хороший урожай хлеба и сдали и за картошку хлебом. Бабы радовались, что в погребах будет полно картошки, хватит сытно перезимовать.

Но дед Антон сказал Антониде, что и картошку надо, сколько положено, сдать государству. Дед просто сказал, и Антонида просто передала дедовы слова всем бабам, и никто не сказал ни слова, все согласно кивали головами, и вот сегодня все выходили на картошку.

Мать кивнула Леке, прихватила с печной приступки старые варежки, которые носила еще дедова бабка, и вышла вслед за стариком во двор. Лека, уже умытый, уставился на Нюську, а она, перебивая сама себя, запинаясь, волнуясь, сказала, что надо "поймати звезду". Тут Нюська все выложила снова, уже спокойнее и понятнее. Как и Лека, все думала она о том самом и вдруг вспомнила вчерашний школьный разговор, когда Мария Андреевна сказала, что, если падает звезда и что-нибудь загадаешь на нее, все сбудется.

Да, Нюськина идея ему нравилась. Только выйдет ли что? Ну хорошо, загадаем, чтоб счастье было, а дальше что? Сидеть и ждать, пока оно наступит? Нет, сидеть и ждать Леку не устраивало. Что-то сделать надо, а так — сидеть и ждать — всякий дурак может. Нюська сопела рядом, придерживая на коленках книжки, перевязанные обыкновенной бельевой веревкой, толстой и лохматой, и ждала Лекиного суда. В школу они не пошли. Мало ли, сколько придется идти.

А может, по лесу. И приготовиться в дорогу надо. Они привязали Нюськину бельевую веревку к Лекиной холщовой сумке, чтобы можно было нести, как мешок, через плечо. Нюська сбегала домой и принесла несколько холодных вареных картофелин и горбуху хлеба, а Лека сложил в сумку три ватрушки из клеверной муки, большую репу и даже морковь — на всякий случай, хоть он ее и не любил.

Потом они забрались на полати — подождать, пока стемнеет, и отдохнуть немного. Они уговорились рассказывать сказки, кто какие знает. Оказалось, что Лека знает больше Нюськи, и, когда у той кончился весь ее запас, он говорил уже один, вспоминая, какие сказки говорил ему отец там, в большом, красивом городе, где жили они до войны. Потом Лека увидел, что Нюська заснула под его сказки, и хотел было обидеться, толкнуть ее в бок, да раздумал: Нюська спала так сладко, что даже слюнка выбежала на воротник.

Лека толкнул ее в бок, и она вскочила, непонимающе глядя по сторонам, потирая рукой красную щеку, которую отлежала. Небо золотилось у края земли, потом постепенно голубело и, наконец, синело, у другого края становясь сиреневым.

Торопясь, Лека и Нюська забрались на крышу и по деревянным досочкам, прибитым к крутой ее спине, влезли на конек. Золотая полоска на горизонте все бронзовела, потом превратилась в красную медь, такую же, из какой отлита ступа, где толчет сушеные клеверные цветы мать на муку. Лека смотрел, словно завороженный, со своего шестка на чудную игру света за лесом и не мог оторвать глаз, смотрел, как слепой, не мигая и ни о чем не думая. В кустах щелкали синицы, обклевывая последние ягоды, прозрачный ветерок лизал затылок, шебаршила сухая трава.

Лека чувствовал себя легко и просторно, будто он стал частичкой всего этого — и медного, как ступа, заката, и ключевого воздуха, и чуть слышных шорохов земли. Он не чувствовал ни своих рук, ни ног, ни биения сердца, он забыл, что Нюська сидит рядом. Оказавшись между землей и небом, на коньке крыши, он будто растаял во всем, что его окружало. Неожиданно Лека понял, ощутил всем своим существом, что он скоро будет очень счастливым и что это счастье уже началось. Небо смотрело на них тысячами блестящих глаз.

Одни из них подмигивали, другие смотрели цепко, не моргая. Они зашевелились на коньке, повернулись спиной друг к другу и задрали головы. Звезды висели низко, зачаровывая и маня. Безмолвное небо, странное, черное небо с белыми крапинками смотрело на них, как волшебник, обещавший подарить счастье. Звезды висели на своих местах и не собирались падать, прочно, видно, приколоченные к небу.

Как загипнотизированные, Лека и Нюська смотрели, не мигая, на них, ожидая, прося, моля, требуя чуда. Ведь чудеса есть, бывают, об этом знают все в деревне. Вон и дед Антон говорил, что в лето, когда война началась, в лесу грибов много было, а есть такая примета, когда урожай на грибы — быть войне. Дед Антон шутить не будет: Если вороны кричат, быть дождю. Пусть на улице солнышко, ни одной тучки на небе, а если у деда Антона спину ломит, тоже жди дождя это уж точно.

Ну, а если собаки воют, жди покойника. Когда старуха Маковеевна, Христина тетка, помирала, собаки всю ночь выли, даже мороз по коже подирал. И Лека ждал, когда упадет звезда — веселая звезда, приносящая счастье. Прямо перед Лекой с черного полотнища сорвалась звездочка и, прочертив золотую дорожку, упала в лес. Они заметили елку, по которой нужно было ровнять путь, и быстро скатились с крыши. С картофельного поля возвращались люди.

Котомки с едой лежали на лавке. Пока шли по полю, еще ничего — видно все хорошо, луна вовсю помогала, хотя она и тонкая еще была, серпиком. А в лесу стало совсем плохо. Лека шел впереди и все время натыкался на кусты или елки. Он вздрагивал от прикосновения холодных, как чьи-то ладошки, листьев, кололся о хвойные иглы, но шел, стараясь не сбиться с дороги. А дороги не было. Лека просто шел прямо. Если перед ним вырастала огромная сосна, он обходил ее и продолжал дорогу прямо за ней, по ровной линии.

Нюська шла сзади, а поэтому Лека чувствовал, что за спиной есть защита, если чуть что. Над головой по-прежнему блистали звезды, и Лека рисовал себе картину, как они с Нюськой выходят на поляну, а поляна вся горит в темноте, как хрустальный дворец. На поляне, на траве, еще зеленой, лежит осколок звезды — это он освещает поляну.

Звезда горит, но не горячим пламенем, как уголья в печи, а просто светится голубым цветом, и ее можно взять в руки и не обжечься. И как только они с Нюськой подходят к звезде и берут ее в руки, сразу наступает счастье. Лека не знает, какое оно, счастье, и как все это произойдет, что он, и Нюська, и все вокруг станут счастливыми, если они найдут звезду. Но ему казалось, что счастье будет таким; все будут чувствовать себя так, как он чувствовал на крыше, и так же всем будет легко и свободно, и чего бы люди ни пожелали, все станет так, как им надо.

И будет в доме настоящая мука, о которой часто говорит мать, и дед Антон закурит не самосад, а тонкую папироску, какую он курил до войны, покупая в сельпо, и найдется муж Марии Андреевны, и придет письмо от Ивана Антоновича.

Лека остановился, и у него оборвалось сердце, и нехороший комок подкатил к самому языку — в темноте гулко что-то захлюпало, затрепетало. Лека остолбенело, до боли в глазах вглядывался в темноту, и только красные искры мельтешили перед ним. Лека, сам того не замечая, крепко сжал Нюськину ладошку и долго не отпускал, все еще не в силах отойти от перепугу. Потом они шли рядом, держась за руки, шли, переступая через сухие ветки, проваливаясь в неожиданные ямки, спотыкаясь о кочки, перелезая через упавшие деревья.

Лес то расступался, открывая поляну или большое поле, потом они вновь входили в чащу, шагая прямо, прямо и только прямо. На какой-то поляне, где было чуть посветлей, чем в лесу, они сели на кочки и достали еду.

Ватрушки съели сразу же, и холодные картошины с Нюськиной горбушкой съели тоже. Осталась репа и морковка. Потом они шли снова, и молчали, и говорили о пустяках и о школе, и снова молчали. Страх перед лесом постепенно пропал, притупился. Может, потому, что они устали. Но он молчал и не жаловался, потому что жаловаться было нельзя.

Наконец они снова вошли в лес. Ели шевелили верхушками; там, над головой, шумел ветер. Лека с Нюськой постояли под елью, дожидаясь, когда он перейдет, но дождь не утихал, и скоро с веток на них закапало. Нюськин жакет набух и стал скользкий, как жаба. С подола Лекиного пальто тоже капало.

Они почти побежали, натыкаясь на деревья, спотыкаясь, но все-таки стараясь бежать прямо, туда, где упала звезда. Брезентовые Лекины сапоги сразу промокли, и он шел будто босой, а в сапогах громко жулькала вода. Нюська дрожала, продрогшая насквозь. Потом силы кончились, и они брели, еле передвигая ноги. Лес шумел, свистел, как разбойник, хлопал ветками, будто рукавицами. Хотелось сесть куда попало и остаться тут, никуда больше не ходить. Лека подумал о том, что найти звезду будет трудно, а может, и совсем невозможно.

Лес ведь вон какой, вдруг они пройдут, а звезда останется в стороне. Или вдруг все это неправда, даже если и найдут они звезду: От этих мыслей сразу стало невозможно идти, и Лека остановился. Но тут он подумал про отца, про красноармейцев.

Ведь им бывает труднее; вон Мария Андреевна рассказывала, как и зимой, в стужу, и в самую распутицу весной и осенью бойцы сражаются с немцами. Их ранят, они истекают кровью, а все равно не сдаются и все равно побеждают.

Лека упал рядом, и они минуту лежали не шевелясь. Перед Лекой сразу поплыли круги и снова зеленые сверчки с рогами, как у жуков. Он вскочил, собрав остатки сил, и схватил за руку Нюську. Лека наклонился поближе к ней и понял, что она спит.

Лека стал трясти ее, толкать во все стороны, и Нюська что-то невнятно пробормотала. Наконец ему удалось растолкать ее.

Он расстегнул сумку и достал репу — последнее съедобное, что оставалось у них. Морковку Лека не считал. Нюська, куснула репу и тут же снова задремала, но Лека легонько стукнул ее в бок. Съев репу, она будто ожила. Лека поставил ее на ноги, и они пошли дальше. Он слышал это от кого-то из взрослых, что, если идешь и устал, никак нельзя садиться, невозможно, и поэтому повторял Нюське громко: Он чувствовал, что теряет силы, и повторял эту фразу все громче и громче, чтобы слышала не только Нюська, которая спотыкалась рядом, а и сам он, сам.

Перед глазами все стояло лицо отца, и Леке казалось, что отец смотрит на него, смотрит и улыбается, будто подбадривает, чтобы Лека шел вперед, шел, не останавливался и вел за собой Нюську.

Леку шатало, он уже ничего не боялся, все было безразлично, и только лицо отца да белая линия, прочертившая черное небо к высокой ели, оставались в голове. Лека будто проваливался в темноту, а когда выплывал из нее, быстро всматривался в темноту, лихорадочно оглядываясь вокруг. Ведь должна же, должна найтись эта звезда, о которой говорила даже Мария Андреевна, должна во что бы то ни стало.

Есть же на свете чудеса, так почему же не быть и этому? Они шли еще неизвестно сколько, и вдруг Лека остановился. Усталость будто упала, как камень, который тащил на загривке. Лека пихнул кулаком Нюську, и она уставилась туда же, куда смотрел он.

Впереди, за частоколом деревьев, светился яркий голубой огонь. Лека и Нюська ничего не сказали друг другу. Они схватились за руки и помчались вперед, прямо к звезде, упавшей впереди, на поляне.

Они бежали и уже не чувствовали, что по рукам и по лицам их больно хлещут ветки, они проваливались в ямки и оступались на каждом шагу, потому что смотрели только вперед — на долгожданный огонь, к которому они шли так долго и так далеко. Лека с размаху вылетел на полянку и остановился как вкопанный. За спиной тяжело дышала Нюська. На полянке, окруженной черными елями, горел костер. Дети, будто завороженные, подошли к огню. Вокруг никого не было. Лес, ночь, полянка и костер, разожженный неизвестно кем.

Сзади стоял человек в брезентовом плаще. Вместо одной ноги у него торчала палка. Нюська боязливо прижалась к Леке. Действительно, молчать было неудобно. Ведь не съест же их он; по лесу столько шли, а человека испугались. Он достал из кармана кисет, завернул цигарку и задымил.

Лека успел уже хорошенько его разглядеть. Лицо у человека было круглое, обыкновенное, ничем не приметное. Только вот морщинок много — и на лбу, и у носа, и у губ. В темноте, недалеко от костра, лежал мешок.

Обыкновенный мешок, дорожный, зеленый; с таким же мешком отец на войну ушел. Нюська толкнула Леку локтем: Как бы это попонятнее объяснить? И желание это сбудется…. Он дымил долго и глядел на огонь, будто и забыл, что рядом сидят Лека с Нюськой.

Потом он все-таки посмотрел на них, улыбнулся и спросил:. Человек покивал головой и опять задумался. Леке показалось, что тот не поверил, и он добавил:. Лека вскочил и побежал к тому месту, куда показал человек. Нюська бросилась вслед за ним. Они упали на коленки и стали ползать по сырой земле, вороша руками листья и траву. Он с трудом поднялся, глубоко в мягкую землю втыкая свою деревянную ногу, и подошел к мешку. Лека даже чуть зажмурился, ожидая, что яркий, жгучий свет звезды ослепит его сейчас, когда незнакомец достанет ее из мешка.

Но человек вытащил коричневый камень не больше кулака и протянул его ребятам. Лека разглядывал звезду со всех сторон, и Нюська вырывала ее из его рук. И он отдавал ей, а потом снова забирал эту маленькую звезду.

Странно, она совсем не была похожа на то, что представляли они. Обыкновенный камешек — вот и все. Сжав в кулаке упавшую звезду, Лека уснул, привалившись к Нюське. Проснулись они от лошадиного ржанья. Открыв глаза, Лека увидел мать.

Вчера вечером, когда они, заслышав бренчание ведер, уходили к лесу, Лека подумал, что им за все это хорошо достанется, а мать, вместо того чтобы плакать или ругать его, смотрела и улыбалась. И в глазах у нее горели огоньки, которых он не видел с того дня, когда пела Христя в их избе. Мать улыбалась, ерошила его волосы, а рядом причитала Нюськина мать, прижимая Нюську к животу, а та тоже ревела, как белуга.

В сторонке, возле телеги, стоял дед Антон и говорил с человеком, у которого одна нога была деревянная. Матери усадили Леку и Нюську на телегу, подошли к человеку в брезентовом плаще и чинно пожали ему руку. Дед Антон на прощание закрутил цигарку и отсыпал самосаду в широкий карман незнакомца. Потом развернул лошадь, и они поехали по мягкой дороге. Человек в плаще смотрел им вслед, широко улыбался и махал рукой. Ноги он расставил широко, только ведь вместо одной ноги была деревянная палка. Видно, когда живы были обе ноги, любил он широко ступать и широко стоять на земле.

Телега тряслась мелкой дрожью на кочках, и Лека все ждал, когда мать, и Нюськина мать, и дед Антон начнут ругать их или, хуже того, спрашивать, куда да зачем они убрели из дому. Но, странно, все молчали и даже вроде не собирались их допытывать. Возле такого завода непременно город должен быть, не менее. Лека протянул звезду деду, и тот, цепко ухватив ее коричневым пальцем, долго смотрел, внимательно оглядывая со всех сторон.

Показывать потом всем будете как редкую ценность. Уборщицей в школе работает. Нашелся муж-то у Марьи Андреевны! Дед Антон обернулся к Нюськиной матери, намотав на кулак вожжи. Лека и Нюська подались вперед. В окруженье попал, партизанил. Письмо пришло ей, Марье-то Андреевне. Ну хоть оживет девка-то! Лека с Нюськой прыснули.

Нюськина мать спохватилась, что назвала учительницу девкой, потом махнула рукой и прикрикнула:. И тут же рассмеялась весело и свободно. И Лекина мать засмеялась тоже, и все они. А дед Антон повернулся к лошади, подставил ветру свою белую бороду и озорно, по-молодому, дурачась, крикнул:. Они стояли все втроем под отцовской плащ-палаткой, а дождь, будто живой, плясал возле них, шлепал свои тяжкие капли на желтый булыжник, пузырился в лужах. Перрон жил суетой и спешкой, как и всегда все перроны, но сейчас было в нем еще что-то особое.

А дождь, теплый летний дождь все плескался, ходил по крышам вагонов, по площади, по плащ-палатке, под которой стояли они все втроем, по лужам и пузырился в них. Отец кивнул на лужу, в которой плавали пузыри, и сказал почему-то:. Сначала Алеше показалось, что это поют какую-то странную песню. Ее затянули где-то у паровоза, в голове эшелона, и подхватывали у каждого вагона, но когда она приблизилась, Алеша понял, что это никакая не песня.

Алеша вздрогнул, капля упала ему за ворот: К ним подбежал пожилой солдат с обветренным, морщинистым лицом, в длиннополой шинели, с гремящим у пояса котелком. Их лица сровнялись, они глядели друг другу в глаза — Алеша-большой и Алеша-маленький: Мама, да и не только она одна, все в их доме говорили, что они удивительно похожи друг на друга, просто даже поразительно: Алеша смотрел и смотрел в глаза отцу, на лицо его, запоминая до самых малых подробностей.

Отец улыбался, хотя надо было бы, наверное, хмуриться, улыбался во весь рот. Потом он посмотрел на мать и обнял ее. Они стояли, обнявшись, долго-долго, никого не замечая вокруг, будто они одни на всем свете. Паровоз гукнул, и по всему составу прокатился глухой удар, вагоны, дернувшись, двинулись, а отец все стоял, обняв мать.

Солдат, прыгнувший на подножку, тревожно глядел на отца. Отец, будто поняв его тревогу, вдруг отодвинулся от мамы, посмотрел ей в глаза, ничего не сказав, потом повернулся и побежал за поездом.

Солдат в длинной шинели протянул ему руку, и отец вскочил на подножку. Он сразу же обернулся к Ним, к Алеше и матери, и не крикнул, не махнул рукой, только глядел на них.

И вдруг вышло солнце. А дождь все не переставал. С неба тянулись белые нити. Над серыми облаками, над вагонами уходящего поезда, над дальним лесом у горизонта встала крутая радуга. К ней уезжал отец, стоя на подножке, глядя на них, будто стараясь навсегда запомнить.

Все смотрели на них, и Алеше вдруг стало неловко за маму: Все надели военную форму и едут, а отцу — что же, дома сидеть? Во всем их большом доме только у него был такой отец — военный, красный командир.

Алеша иногда думал, что весь их дом, когда люди видят отца, становится будто спокойнее оттого, что здесь живет красный командир. Когда началась война, в то воскресенье, за отцом пришла машина, и он исчез и не появлялся три дня, а потом, когда вернулся, измученный, усталый, к ним в квартиру сразу набилось полно людей — соседи со всего двора, были среди них и доминошники, теперь застегнутые на все пуговицы.

Они настойчиво расспрашивали отца что и как. Отец один был спокоен среди этих людей, весело, как до войны, улыбался и говорил:. А потом Алеша видел соседей — и доминошников, и других — в солдатских шинелях, с мешками, они уходили каждый день со двора, окруженные женщинами и детьми. Так что ж, его отец, кадровый военный, да еще командир, хуже их, что ли? Пришла и его очередь. Как же без таких, как отец, доминошники воевать будут? Дома было пусто и неуютно. Алеша ходил по гулкой комнате, прислушивался к радио, передававшему марши, поглядывал в окно.

Во дворе, как ни в чем не бывало, носились мальчишки; прямо от дома спускался крутой косогор, у его подножия синела река, а по ней шел буксир с баржей. Все было, как всегда, как обычно, будто и не было никакой войны. Мама, с лицом, опухшим от слез, молча сидела у стола. Там, в деревянной рамке, была фотография отца.

Иногда мама покачивалась, щеки ее сразу становились мокрыми; она всхлипывала, и Алеше больно и горько было от этих слез. Он подошел к маме, прижался к ней, она обняла его, положила голову ему на плечо, словно взрослому, словно отцу, но не успокоилась, а только еще сильней заплакала. Вот увидишь, к первому сентября уже вернется, что ты в самом деле. Мама хотела улыбнуться ему сквозь слезы, но улыбка не получилась, и она снова заплакала. Алеша осуждал мать; он думал про себя, что жена красного командира, так же как и он, сын командира, не может быть слабой и не может позорить отца слезами.

У военных даже в семье не может быть слез. Во дворе блистали на солнце лужи, мальчишки гоняли на велосипеде сразу по трое: Велосипед был во дворе всего один, у Гошкиного, из сорок третьей квартиры, отца.

Он ездил на нем всегда сам, и Гошка вечно просил у него покататься. Но дальше нытья дело не шло, Гошкин отец не доверял велосипед даже собственному сыну, потому что, дело понятное, ценная это была машина.

Да, велосипед был Гошкиного отца. Гошка был весь какой-то кругленький. К тому же он ходил в тюбетейке, и это еще больше закругляло его. Нос у него был пуговкой, маленький, уши торчали двумя розовыми кругляшами, и оттого Гошкина голова походила на маленький чайничек с отбитым носиком. Так они были непохожи. Гошка не смущался, говорил: Гошка был самым маленьким во дворе и самым добрым.

Алеша попробовал, но тут же упал, и тогда Гошка стал помогать ему и советовать, как надо ехать. На велосипеде кататься Алеша в тот же вечер научился, и с тех пор они с Гошкой все время почти вместе были.

Есть такая поговорка про нитку с иголкой. Только тут неизвестно, кто был ниткой, а кто иголкой, потому что Гошка и Алеша были настоящими товарищами, и никто никем не командовал, как это бывает у некоторых. А иголкой, наверное, был велосипед, потому что они целый день на нем катались или, если не катались, шли рядом с ним, вели его за руль по очереди, словно коня буланого под уздцы.

В тот день объехали почти полгорода, а когда устали, отвели своего коня на берег возле дома, уложили его на траву, а сами прислонились к столбу и стали слушать радио. Наверху, на столбе, висел черный рупор, похожий на граммофонную трубу. По радио играли тревожную музыку, а потом музыку прерывали и говорили, что случилось на фронте. И от того, что говорили, становилось тоскливо. За рекой синели леса и далекие поля.

Воздух будто застыл над землей; все вокруг было таким спокойным. Только радио гулко говорило над косогором. Гошка сразу нахмурился и посмотрел на велосипед. Его отец уехал на день раньше Алешкиного, но писем от него еще не было. Ведь он был сыном командира и знал, что говорил. Дороги на фронт закрыты, там стоит охрана и никого не пропускает.

Все правильно он сказал Гошке. И что бежать на фронт ерунда, и что без них там обойдутся… Да и какие из них бойцы? Ведь даже он, Алеша, ни разу в жизни не стрелял, кроме как из рогатки, а ведь у него отец командир. Только раз отец дал ему подержать свой пистолет, ощутить его тяжесть, да и то тут же отобрал. А когда уходил куда-нибудь из дому, переодевшись в обычный костюм, прятал пистолет в стол и ключ забирал с собой. Он очень берег свое оружие.

Вот если бы научиться чему-нибудь военному, это да! Цены бы не было мальчишкам, которые и стрелять умеют, и быстро бегать, и далеко ходить. Ведь, скажем, связных лучше мальчишек и не найдешь, сразу ясно! Взрослый поползет, его немцы тут же заметят. А мальчишка шмыгнет, как уж, и был таков.

Сколько бы взрослых в живых осталось! Неужели на это дело мальчишек поставить нельзя? Обед им доверить боятся! Ха, да еще бы такие обеды варили, пальчики оближешь! Будто они хуже собак! Гошка побежал за ружьем, а Алеша пошел к себе, посмотреть, из чего бы сделать мишень. Он вспомнил, что весной видел Гошкиного отца, когда тот возвращался с охоты. У пояса его болтались две утки, за спиной висело ружье; все во дворе хвалили Гошкиного отца, но он мотал головой и говорил, что охота не удалась.

Гошка тогда еще всем хвастался, что вкуснее дикой утки нет ничего на свете и что он когда ел ее, чуть не проглотил свинцовую дробинку, которая была в утке, и всем показывал тусклый маленький шарик. Мишень он увидел сразу же, как вошел. В прихожей висел плакат, на котором был нарисован значок и написано: Но сегодня — другое дело. На белой стороне листа он нарисовал тушью черное яблочко и круги возле него.

Они спустились вниз, к реке, и Гошка развернул сверток. Ружье было разобрано и лоснилось от масла. Они пыхтели, наверное, час, пока собрали его, лопухами стерли смазку, потом повесили на куст мишень. Он долго пыхтел, шмыгал носом, ружье качалось в его руках, вроде даже перевешивало. Алеша стоял рядом, глядел, как жмурится Гошка, советовал, чтобы он целил прямо под яблочко, и вдруг увидел, как Гошка закрыл глаза.

Тут же Алеша перестал слышать, в ушах звенело, а ружье лежало на земле, у Гошкиных ног, из дула вилась белая дымная змейка. Они подошли к мишени. Она была целехонька — ни одной дырочки, зато правая рука у Гошки не двигалась. Алеша помог ему стащить рубашку.

На плече расплывался фиолетовый синяк. Из ствола тянуло чем-то кисловатым. Мишень плясала перед мушкой, никак не хотела останавливаться, ружье было тяжелое, клонилось вниз. И тут же решил, что промахнуться не может, не имеет права, потому что ведь он сын командира. Алеша набрал побольше воздуха в легкие, перестал дышать, расставил пошире ноги, вжал в плечо приклад и подтянул мушку под мишень.

Алеша поглядел туда, и все в нем похолодело. На берегу стояла большая толпа, а по косогору, придерживая одной рукой кобуру, к ним спускался милиционер. От милиционера они удрали, косогор помог, но добрая Вера Ивановна откуда-то узнала, что они стреляли из ружья, страшно рассердилась и крепко побила Гошку. Их квартира была на первом этаже, и Алеша, стоявший под окнами, слышал, как ходил по Гошке ремень.

Но Гошка все вынес мужественно, не издал ни звука, только когда все это кончилось, он выскочил на улицу и у него были красные глаза. Говорить ни о чем не хотелось. Алеша смотрел за реку, в далекую даль, где было так спокойно и так тихо и где шла война. Возле столба с черным репродуктором, похожим на граммофонную трубу, стояла лошадь.

На телеге сидел бородатый старик и прилаживал к сапогам какие-то железные крючки. Прутья не прилаживались, старик кряхтел и чертыхался. Потом встал на землю и, осторожно переставляя прутья, подошел к столбу. Старик обхватил столб руками и быстро, как молодой, полез вверх. Смешно было смотреть, как старик с бородой лезет вдруг на столб, да еще так быстро. Возле рупора он остановился, привязал себя к столбу железной цепью, вынул кусачки и ловко перерезал провода.

Он что-то ковырялся там, наверху, что-то возился, и вдруг рупор с треском упал на землю. Он положил черный рупор на телегу, чмокнул и крикнул грубым голосом: После того случая, когда Вера Ивановна побила Гошку, с огнестрельным оружием им дела иметь не пришлось. Правда, Алеша попробовал сделать самопал, долго вырезал деревянную ручку, как у пистолета, приматывал к ней проволокой медную трубку и начинял ее серой от спичек…. Испытать самопал, чтобы не привлекать внимания, они уехали на пляж, на самую дальнюю косу, где не было народа, и Алеша, отвернувшись на всякий случай, выстрелил.

Самопал жахнул, мальчишек окутал серный противный дым, и, подумав, они постановили единодушно, что самопал — это ерунда, не оружие никакое.

Надо закалять себя, вот что. С тех пор они плавали каждый день, потому что самое трудное на войне — форсировать реку под неприятельским огнем. А ведь форсировать надо вплавь. Собрание сочинений в 10 томах комплект Лиханов А.

Собрание сочинений в 10 томах количество томов: Вход на сайт Нажмите для авторизации. В нашем каталоге Теоретическая механика: Чертов для заочников решебник Физика: Околостуденческое Новости образования Тонкий студенческий юмор Полезные файлы Обмен ссылками. А может и не интересно. Наши контакты Связь с администрацией. Они написаны в е годы и в начале х. Время действия их различно: Четвертый том собрания сочинений Лиханова включает произведения различных жанров, написанные автором с начала х по е годы и обращенных к разным по возрасту читателям - от младшеклассников до взрослых.

Купить за руб на Озоне. Прочитал первый том собрания сочинений А. Лиханова, в котором собраны повести о военном детстве, воссоздающие одну из замечательных страниц истории нашего народа. Повести автобиографичные, добрые и печальные. Все повести очень похожи друг на друга, суровы, но светлы и пронизаны глубокой верой в человека, а также духом молодости. Главный герой - Коля, мальчишка военного времени, глазами которого мы видим жизнь людей в городе и в деревне в военные годы.

Коля получает первые жизненные впечатления, встречается с благородством, дружбой, предательством, впервые сталкивается с жестокостью и трусостью.

Categories: Том

Сочинения Даля. Тома 4-6 Владимир Даль

Когда Далю было всего четыре года, его семья переехала в Николаев. Выслужив в году дворянство , Иван Матвеевич, старший лекарь Черноморского флота , получил право на обучение своих детей в Петербургском морском кадетском корпусе за казённый счёт. Родиной он считал не Данию, а Россию. В году во время учебного плавания кадет Даль посетил Данию, и позже вспоминал:.

Начальное образование Даль получил на дому. В доме его родителей много читали и ценили печатное слово, любовь к которому передалась всем детям. В возрасте тринадцати с половиной лет вместе с братом Карлом младше его на год поступил в петербургский Морской кадетский корпус , где обучался с по годы.

Выпущен 2 марта года мичманом на Черноморский флот, двенадцатым по старшинству из восьмидесяти шести. После окончания курса он был произведён в мичманы , проходил офицерскую службу сначала на Чёрном — , а потом на Балтийском морях — По словам историка флота Ф. С этим эпизодом и связан перевод Даля из Николаева в Кронштадт. После нескольких лет службы на флоте Владимир Даль 20 января года поступил в Дерптский университет на медицинский факультет.

Жил он в тесной чердачной каморке, зарабатывая на жизнь уроками русского языка. Спустя два года, в январе года В. Даль был зачислен в число казённокоштных воспитанников. Здесь ему прежде всего пришлось усиленно заниматься необходимым в то время для учёного латинским языком. За работу на тему, объявленную философским факультетом, он получил серебряную медаль. Учёбу пришлось прервать в году, с началом войны с турками , когда в связи с распространившимися за Дунаем случаями чумы действующая армия потребовала усиления военно-медицинской службы.

В ходе сражений русско-турецкой войны — и польской кампании года Владимир Даль показал себя как блестящий военный врач. Отличился при переправе Ридигера через Вислу у Юзефува. За неимением инженера Даль навёл мост, защищал его при переправе и затем сам разрушил его. От начальства он получил выговор за неисполнение своих прямых обязанностей, но Николай I наградил его владимирским крестом с бантом.

С марта года он служит ординатором в столичном военно-сухопутном госпитале и вскоре становится медицинскою знаменитостью Петербурга. Позднее, оставив хирургическую практику, Даль не ушёл из медицины совсем. Он сохранил интерес к офтальмологии и пристрастился к гомеопатии. Это сочинение принесло ему известность в литературных кругах русской столицы. Ознакомившись с книгой Даля, ректор Дерптского университета решил пригласить своего бывшего студента на кафедру русской словесности.

При этом книга была принята в качестве диссертации на соискание учёной степени доктора филологии. Осенью года Даля арестовали прямо во время обхода больных и доставили в Третье отделение. Его спасло от репрессий заступничество поэта Жуковского , который, будучи наставником наследника престола , представил ему всё происшедшее с Далем в анекдотическом свете как совершенное недоразумение.

Женившись в году, Даль был в июле переведён в Оренбург чиновником особых поручений при военном губернаторе В. На этой должности он оставался около восьми лет [13]. Во время пребывания на Южном Урале много ездил по уездам, собирал фольклорные материалы, занимался естественными науками. Помимо русского, Даль знал по меньшей мере 12 языков, понимал тюркские языки, собирал в Оренбурге тюркские рукописи, благодаря чему считается одним из первых в России тюркологов [14].

По образу и подобию его толкового словаря стал составлять собственный словарь тюркских наречий Лазарь Будагов. В году Даль был избран член-корреспондентом первого состава Уфимского губернского статистического комитета.

Военная деятельность Даля освещена в ряде его сочинений мемуарного характера, как, например: Даль так писал об этом:. Через год, сентября , В. Даль сопровождал Пушкина по пугачёвским местам Оренбургского края. Вместе с Далем поэт объездил все важнейшие места пугачёвских событий. В конце года Даль приезжал в Петербург.

Пушкин радостно приветствовал возвращение друга, многократно навещал его, интересовался лингвистическими находками Даля. Зайдя как-то к Далю в новом сюртуке, Пушкин весело пошутил: Ну, из этой выползины я теперь не скоро выползу. Я в ней такое напишу! Не снял он этот сюртук и в день дуэли с Дантесом.

Даль и здесь присутствовал при трагической кончине Пушкина. Узнав о дуэли, Даль приехал к другу, хотя родные не пригласили его к умирающему Пушкину. Застал погибающего друга в окружении знатных врачей.

Кроме домашнего доктора Ивана Спасского , поэта осматривал придворный лейб-медик Николай Арендт и ещё три доктора медицины. Пушкин радостно приветствовал друга и, взяв его за руку, умоляюще спросил: Пушкин благодарно пожал ему руку и сказал облегчённо: Он заметно оживился и даже попросил морошки, а Наталья Николаевна радостно воскликнула: Вот увидите, он будет жив, он не умрёт!

Арендта он вёл дневник истории болезни. Спасский вместе с Далем проводил вскрытие тела Пушкина, где Даль писал протокол вскрытия [16] [17]. Владимиру Далю умирающий Александр Сергеевич передал свой золотой перстень-талисман с изумрудом со словами: А когда Владимир Иванович отрицательно покачал головой, Пушкин настойчиво повторил: Впоследствии по поводу этого пушкинского подарка Даль писал В.

Владимир Иванович пытался вернуть его вдове, но Наталья Николаевна запротестовала: Этот был тот самый сюртук-выползина. В воспоминаниях Владимира Даля. Жуковского последняя одежда Пушкина, после которой одели его, только чтобы положить в гроб. Это чёрный сюртук с небольшою, в ноготок, дырочкою против правого паха. Над этим можно призадуматься. Сюртук этот должно бы сберечь и для потомства; не знаю ещё, как это сделать; в частных руках он легко может затеряться, а у нас некуда отдать подобную вещь на всегдашнее сохранение [я подарил его М.

Даль по рекомендации своего начальника В. Перовского был назначен секретарём его брата Л. Перовского , а потом заведовал частно особой канцелярией его, как министра внутренних дел. С по лето года жил в Петербурге в казённом доме по адресу: Александрийская площадь , Милютиным составлял и вводил в Петербурге городовое положение. К этому времени относится расцвет литературной деятельности Даля, публикация им очерков в духе натуральной школы.

Мирского , короткую описательную зарисовку той или иной социальной среды [18]. Тогда же по поручению военного ведомства составил учебники ботаники и зоологии, которые выделялись живым, образным языком. Сапожников выполнил для них не менее высокохудожественных иллюстраций [19]. Хотя корреспонденты из разных уголков России регулярно высылали Далю образцы пословиц, сказок и народного говора, пребывание в Петербурге отдалило его от стихии живой крестьянской речи. Он стал задумываться о возвращении из столицы в провинцию, хотя с точки зрения карьеры это означало шаг назад.

В Даль был назначен управляющим нижегородской удельной конторой, ведавшей делами 40 тысяч государственных крестьян, и прослужил на этом посту, доставившем ему возможность наблюдать разнообразный этнографический материал, десять лет, после чего вышел в отставку и поселился в Москве. Именно в Нижнем была завершена многолетняя работа Даля по собиранию русских пословиц.

Обработку толкового словаря Даль довёл в Нижнем до буквы П. В году действительный статский советник Даль вышел в отставку и поселился на Пресне в деревянном доме, построенном историографом князем Щербатовым. После переезда в Москву он приступил к публикации двух капитальных трудов, над которыми работал всю жизнь. Помимо лексики и пословиц, Даль в течение всей жизни собирал народные песни, сказки и лубочные картины. Богатое, лучшее в то время собрание лубочных картин Даля поступило в Императорскую публичную библиотеку и вошло впоследствии в издания Ровинского.

К спиритизму его приобщил в Нижнем известный мистик А. Даль рассказывал знакомым, что однажды ему удалось вызвать дух покойного Жуковского и получить у него ответ на вопрос, на который только тот мог знать ответ [21].

Осенью года с Владимиром Ивановичем случился первый лёгкий удар, после чего он пригласил православного священника для приобщения к Русской православной церкви и дарования таинства святого причащения по православному обряду.

Таким образом незадолго до кончины Даль перешёл из лютеранства в православие. Владимир Иванович Даль скончался в возрасте 70 лет и был похоронен на Ваганьковском кладбище вместе с супругой. Позднее, в м году, на том же кладбище был похоронен его сын Лев. В году В. Даль женился на Юлии Андре — Вместе они переезжают в Оренбург, где у них рождаются двое детей. Сын Лев родился в м, дочь Юлия в м названа в честь матери. Впечатления жены Даля об оренбургских днях Пушкина переданы в письмах Е.

Овдовев, женился в м году на Екатерине Львовне Соколовой — , дочери героя Отечественной войны года. В этом браке родились три дочери: Описание товара Сочинения Даля. Тома Санкт-Петербург, год. Тома Автор author:. Рекомендуем также следующие похожие товары на Сочинения Даля. Седакова Четыре тома комплект из 4 книг Это издание - к настоящему времени самое обширное хотя не полное собрание сочинений Ольги Седаковой. Владимир Голяховский Еврейская сага. Это Америка В четвертом, завершающем томе "Еврейской саги" рассказывается о том, как советские люди, прожившие всю жизнь за железным занавесом, впервые почувствовали на..

Собрание сочинений в 6 томах комплект Владимир Галактионович Короленко - русский писатель, общественный деятель и публицист, заслуживший признание народа своей правозащитной деятельностью Маргит Сандему Люди Льда.

Тома комплект из 4 книг Маргит Сандему - современная норвежская писательница, работающая в своеобразной жанровой разновидности фэнтези. Белинского в 4 томах.

Categories: Том

История II Ватиканского собора. Том 4. Соборная церковь. Третий период и перерыв между сессиями. Сен

Около приглашённых экспертов не участвовали в общих дебатах отцов Собора, но принимали участие в качестве консультантов и редакторов документов [1]. Работа первой сессии продолжалась до 8 декабря. Были обсуждены проекты документов о Церкви, об источниках Откровения, о средствах массовой коммуникации и ряд других.

Ни один документ не был принят, сформулировано большое количество поправок и предложений, направленных в соборные комиссии, которые должны были продолжить работу в период между сессиями. Наиболее горячие дискуссии на второй сессии вызвали проекты документов о Церкви, об экуменизме взаимодействии с некатолическими церквями и религиозной свободе. Документы по этим темам приняты на сессии не были.

Первыми документами, одобренными собором стали конституция о литургии Sacrosanctum Concilium и декрет об отношениях со СМИ Inter Mirifica [1]. Третья сессия проходила с 14 сентября по 21 ноября года. Четвёртая и заключительная сессия собора прошла с 14 сентября по 8 декабря года.

На ней были приняты все прочие документы собора. Интегристы критиковали теологическую часть Gaudium et spes , указывали на антропоцентризм документа и чрезмерную концентрацию на социальной сущности человека. Ещё одним важным документом принятым на заключительной сессии стала конституция о Божественном откровении Dei Verbum принята 18 ноября голосами против 6. На Втором Ватиканском соборе было принято 16 документов 4 конституции, 9 декретов и 3 декларации:.

В ходе подготовки и работы Второго Ватиканского собора выявились расхождения между рядом консервативных участников, стремившихся к максимальному сохранению традиционных элементов богословия и литургии т. Прогрессисты составляли большинство среди участников собора, но текст ряда итоговых документов представлял собой консенсус двух партий [1]. Несмотря на ряд революционных изменений в области литургии , отношения к служению Церкви в современном мире и отношения к другим конфессиям и религиям собор избежал новых догматических вероопределений, подтвердил как все общехристианские догматы, так и специфичные для католичества безошибочное учительство папы ex cathedra , непорочное зачатие Девы Марии , взятие Девы Марии в Небесную Славу душой и телом.

Экклезиологическое богословие собора выразилось в конституции Lumen Gentium. Многие дискуссии собора касались мариологии. В первоначальной программе Собора стояло обсуждение вопросов об учении о посредничестве Девы Марии в деле искупления и об Успении.

Многие даже ждали от Собора нового мариологического догмата. В память о Лидии Успенской 5 августа г. Древлехранилище памятников иконописи и церковной старины в Русском музее.

Смотрите канал портала на YouTube! Все права защищены Мнение редакции может не совпадать с мнением авторов публикаций. Редакция открыта к сотрудничеству и готова обсудить предложения.

Функционирует при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям. История II Ватиканского собора. Собор — поворотный момент в истории Церкви. Четвертый период и завершение собора.

Сентябрь - декабрь г. Сборник научных трудов Конфессии: Пятый том, в котором реконструируется и комментируется последняя сессия собора и переход к постсоборному миру, содержит главы о критическом периоде между третьей и четвертой сессиями и о начале четвертой сессии. Остальные главы повествуют о последних днях собора, истолковывают собор как экуменическое событие и показывают, как рецепция деяний собора всей Церковью предзнаменовала споры о назначении собора, ведущиеся и по сей день. Третий период и перерыв между сессиями.

Злобиной Новости Суббота, 26 мая Купить книгу на LitRes. Форматы книг для скачивания и чтения: Узнать как читать книги в формате: Подробнее о издании Объём: Обзор книги "История II Ватиканского собора. Возможно Вас так же заинтересует. Как жить полной жизнью в нашем сложном мире.

Categories: Том

Библиотека классиков сионизма. Теодор Герцль. Том 1

Хорошо сидим и не выйдем, и они поехали, серии, Сэт привел нас к комнате. Я не опытный бухгалтер и у меня сложилась такая проблема. Меня достало извиняться за то, впервые покинувшая Скачать книгу бесплатно.

Categories: Том

Чарльз Диккенс. Собрание сочинений в 16 томах (подарочное издание) Чарльз Диккенс

Собрание сочинений Чарльза Диккенса отсутствует том Замогильные записки Пикквикского клуба. Жизнь и приключения Николая Никкльби. Том Наш общий друг. Часть 9Том Оливер Твист. Вопросы, предложения пишите в книгу. Старая книга на Старой деревне СПб. Все книги в продаже Загрузка книг проводится ежедневно в 3, 9 и 23ч. Том 1 - отсутствует корешок; разлом блока в середине книги; загрязнение переплетов. Том 2 - корешок подклеен; трещины на корешке; загрязнение. Том 4; 5; 6 - загрязнение; владельческая запись на авантитуле; у тома 5 выпадает передний форзац.

Купить за руб. Твердый глухой владельческий переплет. Твердый глухой владельческий переплет, Обычный формат. У тома 19 корешок оторван по задней крышке. Собрание сочинений в одном томе. Собрание мудрости всех народов и времен. История России с древнейших времен до начала ХХI века. Русская история в жизнеописаниях ее главнейших деятелей. По ту сторону добра и зла. Все шедевры в одном томе. Иосиф и его братья: Собрание сочинений в одном томе: По ком звонят колокола войны.

Четыре романа в одном томе. Вся история Древней Греции. Самые опасные путешествия и приключения в одном томе. Самые таинственные и невероятные истории в одном томе. Три романа в одном томе. Лучшие произведения в одном томе. Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский. Возвращение с Западного фронта. Жизнь Дэвида Копперфилда, рассказанная им самим. Граф Монте-Кристо в одном томе. Юденича и многих других. Опыт художественного исследования — с. Мир как воля и представление.

Трилогия об Иосифе Флавии в одном томе: Истории из века джаза:

Categories: Том

1 2 3 4 5 6 7